Большая игра - Наиль Эдуардович Выборнов

Я протянул ему руку. Он несколько секунд смотрел на нее, затем глянул на меня, а потом криво усмехнулся и пожал мою ладонь.

— Без обид, — кивнул он. — Я бы тоже так поступил на твоем месте, если бы мне что-нибудь угрожало. К тому же, как выяснилось, крыса была все-таки в моей Семье.

— Я рад, что ты все понял, — только и оставалось кивнуть мне. — Тогда до встречи.

— До встречи.

Я двинулся наружу, где осталась одна из машин Анастазии и трое его парней. Меня на секунду передернуло — уж очень они своеобразными были, и если бы Альберт решил избавиться от меня, то сейчас был бы чертовски подходящий момент. Но он, несмотря на наклонности маньяка, был еще и верен мне.

— Поехали, отвезете меня домой, — сказал я.

Интермеццо 2

Альберт Анастазия сидел на переднем сиденье. Машина ехала, подпрыгивала на выбоинах дорожного покрытия. Джек — здоровенный детина и один из его приближенных людей, несмотря на то, что ему никогда не стать членом Организации, потому что его отец ирландец — сидел за рулем.

Сзади разместились еще трое, им пришлось потесниться, но и так нормально, машина большая, сиденья просторные. Хорошая машина, жаль, что после сегодняшнего дела от нее придется избавиться. Она ему нравилась.

Ночь выдалась холодной, и стекло машины слегка запотело. Он даже протер его рукавом, чтобы лучше видеть номера домов и уличные указатели, чтобы не проехать мимо.

Ночь холодная, но ничего, они сегодня согреются. Раз уж впереди такое дело. Трое всего — самый нормальный вариант для того, чтобы разогнать кровь, но при этом не ввязываться в слишком опасное дело.

Ехали они, не обращая внимания на ограничение скорости, да и улицы были уже пустыми. Один раз им вслед засвистел своим свистком постовой, но они попросту уехали от него, и тот все равно ничего не смог сделать.

Через час они добрались до места. Угол Тридцать Восьмой и Снайдер оказался тихим местом. Дома невысокие, и почти во всех окнах свет уже не горел — это хорошо. У них был номер нужной квартиры, а значит все пройдет совсем легко.

Джек остановил машину, но двигатель глушить не стал. Посмотрел на своего босса.

— Эннио, ты остаешься в машине, — сказал Альберт. — Садись за руль, мотор не глуши, уходить будем быстро. Остальные — за мной, но держитесь чуть поодаль. И да, постараемся на этот раз обойтись без стрельбы.

Анастазия же на всякий случай засунул руку в карман — у него там лежал револьвер. И стрелять можно прямо так, через ткань, все равно бой, если и начнется, будет происходить на дистанции удара ножом. Целиться практически не нужно.

Они вышли из машины и двинулись в здание. Естественно, что никакого консьержа тут не было, люди здесь живут небогатые, и им не до такой роскоши. Нужная квартира находилась на третьем. Свет в подъезде тоже не горел — похоже, что экономили. Или лампочка перегорела.

Анастазия остановился напротив нужной квартиры и постучал в дверь костяшками пальцев. Около минуты ничего не происходило, а потом он постучал еще раз. За дверью послышались шаги, а потом Альберт услышал голос, говорящий на итальянском.

— Кто там? — спросили с той стороны.

— Мы от Фрэнка, — ответил Анастазия. — Фрэнка Скализе. У него проблемы, Мангано все узнал. Нужно убрать его, пока он не донес Лучано.

Замок щелкнул, дверь приоткрылась, и в проеме показался невысокий мужчина с заспанным лицом в трусах и майке. Он увидел Анастазию, который стоял ближе всех к двери, его глаза чуть сузились — похоже, что он его узнал. Но было уже поздно.

Потому что Альберт изо всех сил ударил в дверь ногой так, что цепочку сорвало с креплений. Створка распахнулась, отшвырнув в сторону человека Антинори. А секунду спустя люди Альберта уже ворвались в помещение. Один остановился возле упавшего человека, резким движением перевернул его на спину, и надавил коленом между лопаток.

А остальные рванулись по сторонам. Квартира была типовой планировки, люди Альберта, естественно, такие знали, и им уже не раз приходилось врываться в подобные и брать людей живьем.

Из соседней комнаты послышался короткий вскрик, потом несколько хлестких ударов.

— Вы кто такие? — проговорил голос из спальни. — Да вы хоть знаете, кто я такой?

А следом — звук удара, и свист выходящего из легких воздуха. Через несколько секунд оставшихся двоих уже выволокли в прихожую и уложили лицами вниз. Альберт кивнул своим людям и отправился вглубь квартиры, чтобы обыскать ее.

Навыками обыска он тоже владел превосходно, умел видеть то, что пытались спрятать от обычного человека. Прошелся по шкафам, где не было ничего кроме одежды, потом проверил матрас и вытащил из-под него несколько пачек денег. Мелкие купюры, двадцатки, но много, на вид тысяч двадцать долларов. Это, похоже, парням на оперативные расходы.

Он взял саквояж, лежавший рядом, и покидал туда деньги. Ценности особой для Чарли они не имели, но их потом можно будет разделить между парнями, расплатиться, так сказать, за услугу.

Нашлось и оружие. Два автомата в разобранном виде, упакованные в футляры от скрипок, четыре пистолета, но самое главное — шесть ручных гранат. Это тоже можно будет забрать, лишнее оружие — не лишнее. По крайней мере гранаты точно — их не отследить, в отличие от остального, потому что одноразовые. А Анастазии нравились гранаты и нравились взрывы.

Быстро оглядев спальню, он вышел в гостиную и увидел, что на столе горит настольная лампа. Подошел туда и увидел несколько листов бумаги и авторучку. Подобрал один из листов, наполовину исписанный, и взялся за чтение.

Написано было на итальянском, но он его знал, потому что вырос в Калабрии, а в США приехал, когда ему было уже семнадцать лет. Не так давно, кстати говоря, уже взрослым практически.

'Дон. Пишу тебе, чтобы держать в курсе того, что происходит в городе. Лучано вышел из тюрьмы, суд закончился ничем, обвинение развалилось на первом же заседании. Свидетели побоялись говорить против него, все знают про его столовые и ночлежки, и никто не захотел рисковать. Теперь в газетах о нем пишут, как о святом, а еще там хорошенько пропесочили прокурора, который пытался его