Большая игра - Наиль Эдуардович Выборнов

Он в действительности ведет себя как святоша, ходит в церковь регулярно, и теперь мы понимаем, почему он не хочет связываться с нашим бизнесом.

Лучано по-прежнему ищет того, кто слил информацию про встречу в офисе Костелло. Мы заметили слежку за Мангано и Рейной, он подозревает их, и это нам только на руку. Есть идея: если не получится сделать дело самим, то нужно организовать бойню между ними. Винченцо — жесткий парень и может отреагировать резко, если мы сольем ему информацию о том, что за ним следят.

Если дашь приказ — мы так и сделаем. Если нет — будем дальше ждать подходящего времени. Но мне уже начинает казаться, что ты был неправ — он не собирает местных боссов, а они рулят независимо от него. Даже командовать не пытается.

После этой истории с гранатой все начеку, подобраться к нему просто так не получается. У него даже у дома теперь дежурят пять человек: и днем, и ночью. Если не хочешь пытаться поссорить их, я бы первым делом убрал Костелло — он не такой осторожный.

Несколько попыток подкатить к его людям провалились — они действительно верны ему. Я не понимаю, как он это сделал, но один раз дело чуть не дошло до драки, хорошо, что рядом оказался полицейский и разнял нас. Того парня закрыли, а Фрэнки успел убежать.

Джимми

p.s. Да, пришли, пожалуйста, еще денег — у нас заканчиваются.'.

Альберт прочитал письмо дважды и усмехнулся — однако парень, которого отправили сюда, был, похоже, не рядовым бойцом, а достаточно образованным. По крайней мере, в письме он не матерился, да и ошибок в нем практически не было.

Но письмо было адресовано Антинори. Интересно, почему было просто не позвонить ему? Хотя, наверное, это чтобы никто ничего не заподозрил — мало ли, вдруг рядом оказался бы Санто, с которым у босса договор, и подслушал бы этот разговор.

Но это однозначное доказательство вины этих парней. Только конверта с адресом Тампы не хватало.

Он свернул письмо и убрал его в карман. Потом взял со стола записную книжку, пролистал — тоже на итальянском, не только имена, но и адреса и прочее. Эти парни следили за местными гангстерами из верхушки Семьи. За самим Анастазией нет, а вот за одним из его людей — да.

Он тоже бросил ее в саквояж — Чарли наверняка будет потом интересно посмотреть, что там пишут.

На всякий случай он проверил и кухню, но там уже ничего интересного не нашел, хотя даже в холодильник заглянул. Но там оказалась бутылка холодного молока, он взял ее и двинулся в коридор. Отпил немного прямо из горла, после чего посмотрел на трех лежащих на полу парней.

— Спрашиваю один раз, — сказал Альберт. — Кто из вас — Джимми Пикколо?

Никто не ответил. Анастазия повернулся к Джеку и спросил:

— Который из них был в гостиной?

— Вот этот, — Джек кивнул в сторону парня с зачесанными назад волосами. Он лежал на полу, повернув голову, и было видно, что под его глазом уже наливается внушительных размеров синяк.

Анастазия наклонился, взял правую руку парня и осмотрел ее. И в действительности, на его пальцах были пятна от чернил. Получается, что именно он писал это письмо, а оно было однозначно подписано Джимми.

— Что же ты так, парень? — спросил у него Альберт. — У тебя под матрасом двадцать тысяч баксов лежит, а ты пишешь своему боссу и просишь прислать еще. Получается, обманываешь.

Тот дернулся, а Анастазия врезал ему по затылку ладонью.

— Ты Джимми или нет?

Парень не ответил, и тогда Альберт воспользовался безотказным методом — сунул палец ему в глаз и слегка надавил. Парень задергался, закричал, но наученный опытом боец сразу же заткнул ему рот.

— Ну, ты или нет? — спросил Альберт и отхлебнул еще молока.

Тот кивнул.

— Свяжите его и наружу, — приказал Анастазия, поднимаясь, а потом запустил руку в карман и вытащил из него стилет. Бутылку аккуратно поставил на пол.

Нажал на кнопку, выщелкивая лезвие. Остальные им были не нужны, и Альберт не мог отказать себе в удовольствии расправиться с ними лично.

Первому он вогнал нож под лопатку поставленным ударом. Провернул, выдернул. Тот дернулся пару раз и обмяк — умер. Со вторым он сделал то же самое.

Джимми, который наблюдал за этим, снова дернулся. Его руки уже успели связать самым обычным кожаным брючным ремнем. А потом Джек и еще один из бойцов схватили его и потащили наружу.

— Идите, парни, я сейчас, — сказал Альберт.

Он вытер нож об одежду одного из убитых, сложил лезвие и убрал в карман. А потом взял бутылку, сделал еще несколько глотков, достал из кармана носовой платок и прошелся по квартире, стирая отпечатки везде, где касался. И в тех местах, где могли оставить отпечатки его люди.

В последнюю очередь он протер саму бутылку, оставив ее на столе. Двинулся наружу, перешагнул через один из трупов, и в этот момент телефон, стоявший на тумбочке зазвонил.

Альберт остановился на несколько секунд, после чего через платок взял трубку и прислонил ее к уху.

— Кто? — спросил он, стараясь сделать голос более хриплым.

— Джимми… Джимми, это ты? — послышался голос через помехи. Аппарат на съемной квартире был старым, так что давал сильные искажения.

— Да, — ответил Альберт. — Кто это?

— Это Джо…

— Какой еще Джо?

— Джо Валачи.

Альберт улыбнулся. Понятно. Значит, не только у Мангано в Семье была крыса. Все мафиози в городе были так или иначе знакомы, и Джо Альберт знал — они несколько раз пересекались в клубах и выпивали. Это был солдат Семьи Рейна и жадный парень. И насколько знал Анастазия, он приторговывал наркотой на стороне. Да, знал, что если об этом узнает Томми, то убьет его, но все равно торговал, очень уж ему хотелось денег.

— Ты хоть знаешь, сколько времени, черт тебя дери? — сказал Анастазия. — Чего тебе надо?

— Фрэнк… — снова послышалось сквозь помехи. — Фрэнк Скализе, его взяли парни Мангано. Вам надо уезжать как можно скорее, этот слабак по-любому вас сдаст. Уже к утру обо всем будет знать Лучано, и за вами придут.

— Хорошо, спасибо за предупреждение, — проговорил Альберт. — А ты что будешь делать?

— Томми не узнает, он не подозревает меня, и