Грань миров - Ольга ОСА

И вдруг гулкое эхо разнесло по залу голос:

— Леонард, ну чего ты там топчешься! Принес, что обещал? Или жизнь дочурки уже не важна?

Только сейчас, всмотревшись в центр зала, я заметила трон. Он был высечен из единого куска черного обсидиана, испещренного мерцающими прожилками аурелия, и подавлял своим мрачным величием. Трон стоял спинкой ко мне. Обладательница насмешливого женского голоса не спешила вставать.

Я осторожно обошла возвышение. На троне сидела та самая девушка из моих снов. Однако сейчас она была намертво прикована к подлокотникам массивными магическими цепями. На вид пленнице было не больше двадцати лет, роскошные черные волосы тяжелыми волнами спадали на плечи, но ее глаза... Это были глаза не молодой девчонки, а человека с тяжелым, пугающе взрослым опытом. При этом одежда на ней сидела безупречно.

«Как-то не очень она похожа на замученную пленницу», — пронеслось в голове.

— Ты кто такая? Где Леонард? — властно спросила брюнетка.

— Кто такой Леонард? — вопросом на вопрос ответила я.

Девушка мгновенно поднялась с кресла, а магические цепи послушно удлинились, звеня по каменному полу. В мгновение ока брюнетка оказалась вплотную ко мне, властно схватила за подбородок и впилась немигающим взглядом в глаза. По коже табуном пробежали мурашки — казалось, меня читают, как открытую книгу.

— Ты хронос! — искренне удивилась незнакомка. — И иномирянка! Что ты тут делаешь? Неужели преданный пес его величества Леонарда до сих пор тебя не поймал и не высушил ради пополнения несуществующего резерва Софи?

— Какая еще Софи? Что за преданный пес? — я попыталась отстраниться.

— Дурочку изображаешь? — брюнетка усмехнулась и отпустила мой подбородок. Мне сразу стало легче дышать. — Ну что ж... В эту игру можно и поиграть. Тем более что жить тебе осталось совсем недолго, а мне скучно.

«И вот эту самоуверенную стерву я должна спасти?» — мысленно взвыла я.

Тем временем брюнетка, неторопливо прохаживаясь перед троном, продолжила:

— Леонард — король этой страны. А его цепной песик, Дерек Лаосский — королевский палач, который ловит и высушивает иномирян ради их магии.

Увидев немой шок в моих глазах, девушка тихо, почти безумно рассмеялась.

— У короля всего две дочери, — продолжила она ледяным тоном. — Сыновей нет, но тут он сам виноват, впрочем, мы не об этом. Старшая, увы, упала с лошади и свернула шею. В младшей же он души не чает. Но вот беда — она пустышка. Магии ноль. Он ее даже сюда, в горы, водил, надеялся, что колодец сжалится и боги ее одарят. Но чуда не случилось. Тогда он нашел другой способ. Оказывается, только чистая магия иномирян способна осесть в накопителе так, чтобы пустышка могла использовать ее как свою.

— Получается, палач не убивает иномирян без суда и следствия, а просто забирает их магию? — выдохнула я, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Но почему тогда все считают, что инквизиция сжигает их на кострах?

— Наивное дитя, — фыркнула брюнетка. — Сжигают уже трупы. Редкий иномирец способен пережить насильственное изъятие природной магии. А те единицы, что выжили... Теперь они безвольно трудятся здесь, в шахтах, добывая аурелий.

— Ясно... — протянула я, судорожно пытаясь собрать мысли в кучу. — Но я все же здесь. И судя по моим снам, я должна вас спасти.

— Меня? От кого? — искренне удивилась брюнетка.

— Я больше задаюсь другим вопросом. А точно ли вас нужно спасать? Простите, но вы тут точно пленница?

После этих слов лицо девушки пугающе исказилось. Глаза полыхнули жутким алым светом, губы скривились в оскале, а крылья носа хищно раздулись, выдавая неконтролируемую ярость.

Я поняла, что, кажется, сказала что-то не то.

Пространство вокруг начало стремительно заволакивать удушливым алым дымом. Я схватилась за горло, зашлась в надрывном кашле и стала медленно оседать на пол.

Последняя мысль, вспыхнувшая в моем угасающем сознании, была страшной в своей простоте: «Дерек Лаосский — палач короля... Это ведь совпадение, что парня, который мне нравится, тоже зовут Дерек?!»

Темнота.

Глава 17

Я моргнула раз, другой — и поняла, что картинка резко изменилась. Пропал мрак пещеры, пропало удушающее чувство. Я стояла на залитой солнцем улице совершенно незнакомого мне города. Опустив взгляд, я опешила: на мне было невероятно дорогое, изумительно скроенное желто-зеленое платье. Но шокировало не оно. Изящные руки с тонкими пальцами, высокая грудь, смоляные пряди волос, падающие на плечи... Это было не мое тело. Я подошла к сверкающей витрине с пирожными и заглянула в отражение. Оттуда на меня смотрела та самая брюнетка с трона.

И тут прямо над ухом раздался шепот, похожий на шелест ветра: «А теперь смотри!»

С этого мгновения меня словно вытолкнуло из тела. Я стала бесплотным, невидимым наблюдателем, а девушка в желто-зеленом платье продолжила жить своей жизнью.

Она стояла у витрины, рассматривая причудливые десерты, как вдруг за спиной раздался приятный мужской голос:

— Говорят, «Секрет богини» — самый вкусный и ни с чем не сравнимый десерт во всем мире.

Брюнетка обернулась, посмотрела на говорившего, и я почувствовала, как ее сердце буквально пропустило удар. Высокий, статный, с чарующей улыбкой. «А хорош!» — пронеслось в ее мыслях, но вслух она с легкой усмешкой спросила:

— И кто же так говорит?

— А все, кто так и не смог разгадать секрет его приготовления, — рассмеялся парень.

— Вы так уверенно об этом рассуждаете, как будто лично пытались подобрать ингредиенты!

— А я и пытался... Правда, не лично... Но не суть! Хотите, угощу?

— Эммм... Вашим «шедевром»? — кокетливо изогнула бровь девушка.

— О, нет! Этот позор я унесу с собой в могилу! — он притворно схватился за сердце. — Конечно же, настоящим произведением кулинарного искусства. Пройдем внутрь?

— Вы серьезно хотите угостить меня моим же десертом?

Выражение лица парня в эту секунду надо было видеть. Смесь искреннего удивления и восхищения.

— Так это вы — та самая кудесница? Я сражен в самое сердце! Что хотите за секрет приготовления?

— Ну что вы! Это же секрет богини, а значит, раскрывать его я не имею права! Но раз уж вы фанат моего мастерства, то позвольте вас угостить лично.

— Почту за честь, леди?

— Яра. Леди Яра Новарро.

— Леонард.

— Просто Леонард?

— Пока — просто Леонард!

С того дня этот «просто Леонард» стал подозрительно часто бывать в маленькой кондитерской. Их отношения развивались стремительно и невероятно романтично. Он приносил ей редкие цветы, они гуляли ночами по узким улочкам, прячась от посторонних глаз, сбегали к озеру за городом, где часами болтали