Хранитель Замка. Том 2 - Виктор Молотов

— Вот третий интересный! — Блокнот раскрылся на заложенной странице. — Бригада целиком из выпускников. Только-только из академии, все с даром, все голодные до работы.

— Долго делать будут, — хмыкнул я.

— Не факт, что дольше! У выпускников море энтузиазма. Они хотят собрать портфолио, каждый объект фотографируют, оформляют, выкладывают. Думаю отдать им часть работ. И договорились мы о минимальной оплате: им важнее подрастить дар на нашем фоне после учёбы.

— А бригадир у них кто? Тоже вчерашний студент?

— Староста выпуска. Пришёл на собеседование с папкой эскизов и сметой на пробный участок. Смету, между прочим, посчитал грамотно, я проверяла.

— Смету посчитал, уже неплохо. Одно условие сразу впиши в договор: любая съёмка на объекте только по согласованию. Список запретных зон я выдам.

— Из-за… наших? — Альбина понизила голос, хотя в машине нас было двое.

— Ага. Портфолио пусть собирают, а вот некоторых особо активных жильцов в кадре мне не надо.

— Записала. Пункт восемь, съёмка по согласованию, чтобы никто материальный в кадр не попал.

— Нематериальные тоже могут ненадолго проявляться. Тогда на фото отображаются пятном, но чем больше энергии вложили — тем четче они проявляются. Я пробовал снимать. Кстати, рвутся эти выпускники почти бесплатно. Звучит как подвох.

— Был бы подвох, если бы не выгода, — Альбина мотнула головой. — Виктор Александрович, ваш магический замок единственный такой сохранившийся на всю европейскую часть. С другими странами сами знаете, какие у нас сейчас отношения.

Я кивнул. Какие у нас отношения с другими странами, я не знал, но по её интонации понимал главное: не очень.

— Есть ещё два объекта с приличным фоном, — продолжала она. — Только там фон раза в два меньше. Если не в три. И оба на начальном этапе: там до сих пор комиссии ходят и бумаги согласовывают, всё делается за счёт государства. Пока они согласуют, наши выпускники уже уровень поднимут. А у нас фон то и дело растёт!

— Откуда данные? Про два объекта.

— Отраслевой справочник, я подписана. И форум реставраторов читаю, там всё обсуждают. Нас там, между прочим, тоже обсуждают.

— И что пишут?

— Половина пишет, что вы сумасшедший. Вторая половина спрашивает, как к вам устроиться. Здоровый рынок.

— Это я заметил по вытянутому лицу Дрозда, когда он вчера приходил, — усмехнулся я.

— Да! Я помню! — Альбина фыркнула. — Сел посреди двора на коврик и стал напитываться. Полчаса сидел! И ему хорошо: через год он так не один уровень поднимет.

— Пускай сидит. Стройке не мешает.

— Может, внести его в опись? — деловито предложила она. — Графа «периодические явления». Инспектор Дрозд, появляется по графику, безвреден, подкармливается фоном.

— Не вноси. Узнает — обидится. А обиженный инспектор — это уже явление вредное.

— Жалко. У меня и формулировка была готовая: «прикормлен, опасности не представляет».

— Вот эту формулировку забудь особенно крепко, — от смешка я всё равно не удержался.

Решение по выпускникам я принял ещё до поворота на промзону.

— Берём. Определи их к северо-западной башне.

— Так там же работы совсем немного! — Альбина даже развернулась ко мне. — Она лучше других сохранилась!

— Отлично. Вот и покажут, на что способны. Справятся — дам следующую.

Новичков проверяют на малом объёме. Правило старше меня, и менять его я не собирался ни в одном из миров.

— Что там по северо-западной, кстати? Освежи.

— Кровля местами, расшивка швов, водоотвод. Перекрытия целы, Степаныч смотрел. Он сказал: «неделя работы, если руки растут откуда надо».

— Вот заодно и узнаем, откуда у выпускников растут руки.

— Записала. — Карандаш пробежал по странице. — Ой, и про встречу с нотариусом не забудьте, конец недели, у него в конторе. Я в календарь внесла, напомню за день.

— Не забуду. К Вайсу у меня вопросов накопилось на отдельный блокнот.

— И на завтра у меня ещё три собеседования. Может, четыре, как получится. Я хочу нанять очень опытных. Под северную стену.

— Северная стена это серьёзный объём. Двести метров погонных, высота местами за восемь. Одних лесов на неделю монтажа.

— Поэтому и опытных! — Альбина закивала. — Если договорюсь с теми, с кем хочу, её за месяц восстановят.

Я хмыкнул. Прикинул объёмы, сроки, пересчитал.

— Такими темпами весь замок к концу года восстановим. Что особенного в этой бригаде? Почему так быстро?

Пока я не верил, что такое в принципе возможно. Но, учитывая где я оказался после смерти, лучше уточнить.

— Сама пока не знаю, — честно призналась Альбина. — Но они строят императорские дворцы. И сейчас, судя по всему, свободны.

Дворцовая артель, внезапно свободная и доступная провинциальному замку. Вопрос «почему свободны» я записал в голове отдельной строкой и решил задать его лично, на собеседовании.

— Через двести метров поверните налево, — сообщила тётенька из навигатора.

— И последнее, чуть не забыла! — Альбина щёлкнула ручкой. — Выпускникам нужно жильё на время работ. Их восемь человек. Я подумала про восточное крыло, первый этаж, там после ремонта три комнаты пустуют.

— Согласовано. Только проведи инструктаж по зонам. Полный, под подпись.

— С формулировками как для той бригады? «Отдельные помещения на реставрации, вход опасен для жизни»?

— С ними. Формулировка рабочая, ни разу не подводила.

Разговор кончился сам, и Альбина переключилась на поиск стройматериалов в приложении магазина. Судя по тому, сколько она там тыкала, набрала она на целую фуру, не меньше.

Вскоре моя машина остановилась перед шлагбаумом дежурного поста.

Над постом висела вывеска. «Областная психиатрическая больница № 12», сообщала она казённым шрифтом, и ниже, мельче: «Посещение по установленным часам».

Вот сюда нотариус нас и отправил. Бывший смотритель замка Хорбрунг, Краев Семён Игнатьевич, четвёртый месяц числился здесь пациентом. Диагноз Вайс назвать не смог — сам не навещал его, и всю дорогу я гадал, что скрывается за этой тайной.

Охранник в будке отложил кроссворд, выслушал нас, записал номер и поднял стрелу.

— Родственники?

— Коллеги с прошлой работы.

— Надо же, — он записал номер машины в журнал. — К Игнатьичу коллеги. Проезжайте.

По тому, с каким удивлением это было сказано, я сделал первую пометку: посетителями старик избалован не был.

Парковка нашлась у главного корпуса. Мы вышли.

Больница была старая, в три этажа. Жёлтая штукатурка держалась из последних