Режиссер Советского Союза 1-8 - Александр Яманов

моложе и достаточно привлекательна. Только периодически проскакивает в её глазах что-то жёсткое, несмотря на, вроде благожелательное отношение, и приятную улыбку. Оно и понятно, таких успехов добрячки не добиваются. Соврала она про Гастона или нет — не знаю. Может, они действительно были достаточно близки. Ещё сижу и соображаю, чем я могу помочь её компании, если L'Oréal и так займёт своё место под солнцем. Это наследники Луи Виттона не потянут бизнес и продадут его в восьмидесятые.

— Не сомневаюсь, что вы говорите правду, — отвечаю женщине, так как пауза излишне затянулась, — Только вы уверены, что я именно тот человек, который вам нужен?

А смех у Лилиан Беттанкур красивый. И вроде проявление эмоций было совершенно искренним.

— Мсьё Мещерский, за год компания покойного Гастона совершила рывок, который многие не могут сделать за десять или пятнадцать лет. Дело не в деньгах, которых у Луи Виттонов пока немного. Речь о потенциале, заложенном в их проекты. Думаю, что лет через семь состояние Одиль превысит миллиард, если не полтора. А далее оно будет только расти. И давайте не будем играть словами, ведь я знаю очень многое. В том числе про изобретение колёсика, за которое вы получаете немалые отчисления.

— Раз так, то, что вы конкретно хотите? Я пока не готов дать развёрнутого анализа по работе и перспективам развития вашей компании. И сразу предупреждаю, что рекламные ролики я буду снимать для всех, кто сможет заплатить. Здесь вопрос не только финансов, но и творчества, как бы наивно это не звучало.

Мы с Франческо решили перевести процесс производства рекламы на качественно иной уровень. Для этого в Париже будет открыт офис и студия. Итальянец должен подобрать толковую молодёжь, которая начнёт претворять в жизнь мои задумки. У нас уже есть целый портфель заказов на рекламу. Только я физически не успеваю, заниматься съёмками роликов на постоянной основе.

— Мы не претендуем на ваши планы по созданию рекламной кампании, — Лилиан показала, что осведомлена о моих планах, — Предлагаю вам пока просто подумать и дать ответ, когда будете готовы. Для начала, мы разместим у вас заказ на несколько рекламных роликов для марки «Lancôme», которую недавно приобрела наша компания. Если вы посоветуете, что-то интересное в плане маркетинга, то будет ещё лучше.

— Не боитесь, что предложу излишне провокационный и эпатажный вариант рекламы?

— Именно на это рассчитывает мой коммерческий директор, который является вашим большим поклонником. По словам Луи, ролик с водкой заставил его попробовать этот напиток. Это весьма забавно, если учитывать, что он практически не употребляет алкоголь. Я же до сих пор в восторге от вашей прошлогодней работы с рождественским подарком!

А что я по большому счёту теряю? Давать советы компании, которая и так мощно захватывает рынок косметики и парфюмерии. Хотя, есть у меня одно условие.

— Если у нас всё получится, то мы внесём в договор пункт о вашем сотрудничестве с СССР, — видя недоумение на лице миллионерши, быстро поясняю, — Никакой политики и тем более поддержки мирового коммунизма. Речь идёт о создании совместного предприятия.

— Гастон рассказывал о вашем необычном условии. Но насколько я знаю, переговоры об открытии завода в Советском Союзе ещё идут. И это не особо выгодно для Луи Виттонов. Что там делать нам, если из страны невозможно вывезти прибыль?

— Времена меняются и когда-нибудь экономическая ситуация в СССР, станет более притягательной для инвесторов. Не забывайте, что это страна, где проживает более двухсот пятидесяти миллионов человек. И тот, кто первый зайдёт на этот рынок, сможет получить наибольший профит или вообще эксклюзивное право на работу. Отправьте к нам грамотных сотрудников, которые изучат перспективы сотрудничества. Что касается вывоза прибыли, то берите её сырьём. Это просто один из вариантов, не более того. Я подобными вопросами особо не интересовался. Но нефть или цветные металлы ничем не хуже франков, если не лучше.

После неожиданных, но удачных переговоров я рванул покупать духи и косметику. Если успею, то приобрету для Ани и рыжиков, что-то из вещей. Думаю, мне не простят, если я в очередной раз приеду из-за границы без подарков.

* * *

Вернулся домой в самом радостном расположении духе. Невеста была просто счастлива, как и дочки, к которым я заехал на следующий день после прилёта. Первые рабочие дни после возвращения, пролетели в приятных хлопотах. Порадовал Солодвоников, который уже уверенно ощущал себя в должности исполнительного директора и мягкой силой наводил порядок в коллективе. Непосредственно рабочий процесс шёл в штатном режиме, даже опережая планы.

Вне работы дел тоже хватало, так как Аня повесила на меня организационные вопросы свадьбы. В первую очередь надо было договориться насчёт кортежа и вручить пригласительные наиболее важным гостям. Было ещё несколько мелочей, но всё быстро разрешилось.

Не понравился мне один момент, когда я встретил на киностудии Барабанову. Она посмотрела на меня излишне злорадно и не поздоровавшись, прошмыгнула мимо. В последнее время парторг вела себя тише воды и ниже травы. Оно не мудрено, если мадам получила отповедь от собственных однопартийцев и коллектива, которых Мария Павловна изрядно достала.

Как в воду глядел. С утра в четверг, когда я только начал читать план дел на текущий день, получаю письмо. А там вызов на комиссию в Госкино, которая должна состояться в понедельник. Как же любят в СССР подобные сборища! Вот прямо мёдом не корми, но дай позаседать, и поучить кого-то жизни, желательно покопавшись в его грязном белье. Сначала я психанул и хотел позвонить Фурцевой, а потом подумал и решил не дёргаться. Если произошло что-то важное, то информацию я всё равно получу. Тот же Бритиков обычно вводит меня в курс того, что происходит вокруг. Ещё подумал, что больше не буду стесняться в выражениях. Особой вины за собой не чувствую, а всю эту вакханалию пора прекращать.

Партократия хочет в очередной раз согнуть Алексея Мещерского? Хорошо. Только это будет не мелкие препирательства, а самая настоящая война. Тем более что моя персона в данный момент фактически неприкосновенна. Мне могут запретить снимать кино в США, только если я совершу уголовно наказуемое деяние. В контракте прописана такая неустойка, именно на этот случай, что у министра финансов случится инфаркт, если её придётся заплатить. Товарищи ещё не знают меня с плохой стороны, но скоро узнают.

Глава 18

— Дорогие Аня и Лёша! Дети мои, — хорошо поставленным голосом с небольшим надрывом начала поздравления моя новая тёща, — Я хочу пожелать вам, чтобы в вашей семье всегда было