Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

мере, половина твари отцепилась от потолка и повисла в воздухе. Я только собрался развить успех, как вдруг Барух пронесся мимо меня, запрыгнул на стену, а потом промчал по потолку прямо к твари, которая пыталась уплотнится в какой-то параллелепипед, и всосал ее в себя.

Тут сработала команда Сброс по лимиту, поскольку на этом деянии крокодил увеличил свой объем раза в три, и вместе с потоком воды Барух рухнул на пол. В воздухе он перевернуться не успел, но на земле тут же уверенно встал на все свои шесть лап.

— Молодец, — похвалил я. — Все ты правильно понял, и по стенам лазить, оказывается, умеешь.

Мне показалось, что глаза у него заблестели. Крокодил резво сделал два вертикальных круга по коридору и вернулся на прежнее место.

«И о чем нам это говорит? — думал я. — Что это слишком сложная форма для автоматической очистки пещер. И умная. Нет, мне Барух нравится, но оставлять его здесь бессмысленно и накладно. Надо наделать круглых поглотителей и закрепить их в ключевых точках, и так они будут делать простую операцию «Сбор — Сброс». А такое умное создание надо натравливать на что-то посерьезней».

Тут рядом со мной заволновался Уфф.

— В той пещере что-то несусветное. Следящий артефакт ничего не видит. Все затянуто радужным туманом.

Я подхватил Уффа, и мы рванули на помощь друзьям.

***

Роман Николаевич сидел у себя в кабинете и пил чай в компании Балакирева, который как обычно ничего не пил.

— Что думаешь? — спросил Роман Николаевич.

Конструкт пожал плечами.

— Ничего пока. Лучше двигаться по плану. Я предположил бы сейчас, что у Сопа возникнут проблемы на Меркаторе, как только мы подтвердим сделку, но это дело будущего.

— Все настолько серьезно?

— Рог в отчаянии. Они заигрались в магию. Как будто это волшебство, а не разновидность технологии в предлагаемых обстоятельствах.

Роман Николаевич расхохотался.

— От тебя это смешно слышать.

— Хех, я знаю. По уму нам бы надо как можно скорее провести сделку и организовать смещение вице-президента по развитию, он там главный дурак. У меня есть кое-какие идеи.

— Надо понимать, что ты эти идеи уже воплотил?

— Ну конечно. Я же не настоящий землянин. Я не рассказываю о планах, только о реальности.

— А обещал советоваться.

— Я обещал советоваться в делах, касающихся Домино. А та история вообще никак Домино не касается. Все, что происходит на Меркаторе, остается на Меркаторе. По крайней мере, они сами так считают.

— Ты не думаешь, что они на тебя выйдут?

— Нет. Но даже если и выйдут, то что? Меркатор любит деньги. Земля любит превентивные удары. Никто из них не любит месть, это бессмысленная трата ресурсов. Но даже среди них и найдется желающий осуществить, я готов его встретить здесь. Пусть приезжает.

Роман Николаевич помешал ложкой чай в стакане. Никакого спокойствия. Каждый, кто приезжает на Домино, непременно привозит в голове кучу коварных планов.

— А что с тем землянином, которого вы выловили с пультом для проекций? — поинтересовался Роман Николаевич.

— Да ничего. Быстренько впал в кому. Одноразовые они у них. Мы разобрались с его пультом и блоком хранения. Там было еще пять таких же проекций. Они безумно тупые и могут только ходить туда-сюда, ими можно только народ пугать. Делать они ничего не могут, звуков не издают. Подозреваю, что еще и делать их дорого. Так что человека мы упаковали и отправили домой. А пульт оставили себе, сейчас они по дипломатическим каналам пытаются получить его обратно, говорят, научная разработка.

— А ты что?

— А я попросил таможню выписать им штраф за незадекларированную технологию неизвестной направленности.

— Прекрасно, — ухмыльнулся Роман Николаевич. — Просто прекрасно.

***

— Что это на хрен такое? — изумился я, вырвавшись из перехода в основную пещеру.

Все пространство было перетянуто радужными пленками сверху донизу, и все это безобразие нагло переливалось.

— Это же не Ластырь. Это вообще неизвестно что, — сказал я, достал копье и ткнул в ближайшую пленку. Пленка со звоном лопнула, но на ее месте тут же выросла другая. — Почему ты так себя ведешь?

И я ткнул в следующую с тем же эффектом.

— Уфф, ты наших чувствуешь там?

— Нет, — с ужасом произнес камень.

Я крикнул. Никто не отозвался. Достал из кармана телефон, но связи предсказуемо не было. Убрал копье, достал Термит и ударил в центр. Вот это пленкам не понравилось, и образовавшаяся дыра стала затягиваться уже не так быстро. Это было хорошо. Но тут пленка бросилась на меня, проскочила сквозь ружье и принялась наматываться на меня, как на бобину.

В кармане у меня испуганно пискнул Уфф.

— Барух, фас! — заорал я. Команда была не та, но крокодил все понял правильно и ломанулся в самые пленки.

Крокодилу тоже было непросто, чем-то эти образования отличались от обычных туманных тварей, и он периодически залипал в слоях, но зато я получил необходимую паузу, содрал с себя намотанное и принялся палить поверх головы крокодила, чтобы не зацепить его ненароком.

Так мы проели дыру до середины пещеры. Ни Драка, ни Стефана с Георгием нигде видно не было. К счастью, дыра, которая образовалась на месте нашего прохода, не затягивалась, но лохмотья, висящие у меня над головой, меня изрядно подбешивали.

Я снова крикнул, и опять никто не отозвался. Куда дальше-то? Ладно, проедаем дорогу к выходу. Мы продвинулись еще на четверть, и тут мне показалось, что за моей спиной пленки начинают смыкаться.

— Так! — скомандовал я Баруху. — Сброс отменить, Сброс по лимиту отменить. Жри всё и расти.

Это было опасно, конечно, мало ли что придет крокодилу в голову, когда он вырастет раза в два, но дело и так пахло керосином, так что я решил не осторожничать.

Барух с удвоенным рвением вгрызся в пленки, прибавляя в холке с каждым пройденным метром.

Тут в кармане у меня завозился Уфф:

— Слева! Я чувствую что-то слева!

— Влево, — скомандовал я крокодилу, и мы ударными темпами сместились к стене. Вдруг из пленок показались подошвы ботинок, и я еле успел тормознуть крокодила, который нацелился на новый объект.

— Собирай, — показал я на пространство за собой и крокодил приступил к круговой очистке, пока я ножом вырезал из пленочной обмотки Стефана с Георгием, а это были, конечно, они. Оба были без сознания, рядом валялись Термиты, видимо, полностью разряженные, но проверять мне это было некогда. Пленки под ножом рвались как миленькие, и новых не появлялось, что не могло не радовать.

Барух хрустел пленками за моей спиной. Он дорос в холке уже до половины