Весь Пол Андерсон в одном томе - Пол Андерсон

отсюда! — Грациллоний свесил ноги с кровати. Камышовая подстилка затрещала. Хорошо знавший расположение жилища, нашел дверь и снял засов. Первое, что он увидел, — это звезды на черном небе. Иней покрывал все вокруг. Дыхание белой струйкой поднималось к небу. Отовсюду слышались крики. Вскоре они слились в хор.

На пороге появилась Верания. Она добралась в темноте до вешалки и взяла для него тунику, а для себя — платье. Он отмахнулся и побежал смотреть на дом с другой стороны. Желтые и голубые языки пламени облизывали крышу. Ветер раздувал огонь. Сухой торф быстро воспламенялся, и пожар набирал силу и мощь.

Он оглянулся. Через несколько минут вспыхнули, как свечки, соломенные крыши других домов. Дома горели и справа, и слева от него.

— Вон отсюда! — повторил он. Верания колебалась. Грациллоний схватил ее за руку и вытащил из дверей. — Иди, а я посмотрю, что можно сделать.

Она подала ему тунику. Он сквозь зубы рассмеялся: нашла время для соблюдения приличий. Да нет… она оказалась права: его охватил пронизывающий холод.

— Погоди, — сказал он и, пока она через голову натягивала платье, нырнул в дом.

— Гай! — испуганно закричала она.

Он прорычал ей в ответ: — Стой на месте. Не забывай, что ты теперь не одна.

Всего несколько дней назад она восторженно призналась ему, что, судя по некоторым признакам, у них будет ребенок. Он нашел в доме сандалии для себя и для нее.

Одетые и обутые, они пошли по улице, держась за руки. Люди кидались в горевшие дома и вытаскивали оттуда жалкие пожитки, стонали, спотыкались в темноте. Другие же стояли, словно окаменев. Грациллоний кричал им: — Оставьте все! Идите к слиянию рек. Передайте всем мои слова. — Если они не сразу слушались, добавлял: — Я, король Иса, приказываю вам. — Обычно это действовало.

В одном из домов провалилась крыша. Искры и головешки разлетелись по сторонам, соседние дома тут же заполыхали. Огонь шумел, словно разбушевавшийся прибой, шипел, трещал, свистел. Конфлюэнт оплакивал собственную гибель. Небо заволокло дымом. Там же, где дыма не было, звезды равнодушно смотрели на все происходящее.

Грациллоний и Верания вышли на условленное место. Тускло светилась темная вода. За Одитой подпирала небо гора Монферуджи. К этой минуте люди начали собираться. Грациллоний надеялся, что всем удалось спастись. Они столпились вокруг него, рыдали, ругались, молились, умоляли, бормотали.

— Отведи их от меня, пожалуйста, — попросил он Веранию. У нее был прирожденный талант — умение поддержать и успокоить людей.

— Может, сможем потушить пожар? — спросил охранник. — Я видел несколько людей с ведрами.

Грациллоний покачал головой.

— Хорошо, что они об этом подумали. Но посмотри. Ведь это не один пожар. Горит не менее дюжины домов. Каждую минуту вспыхивает новый пожар. Надо отвести людей в безопасное место.

Появился Руфиний. Зиму он обычно жил в городе, хотя иногда выезжал куда-то и отсутствовал довольно долго. О поездках своих никогда и никому не рассказывал. Сейчас, освещенный красными всполохами, он похож был на демона.

— Это все не случайно, — заявил он. — Кто-то перемахнул ров и перелез через стену — вон там, с восточной стороны, а потом пошел по домам с факелом.

Слова его услышала Верания, и рот ее исказила болезненная гримаса.

— Почему? — воскликнула она. — Кто может пойти на это? Сумасшедший?

— Я бы не сказал, — мрачно возразил Руфиний. — Сэр, могу я взять с собой людей и пойти за ним вдогонку?

Грациллоний кивнул:

— Иди.

Он подумал, что Руфиний разделяет его догадку относительно поджигателя.

Сейчас у Грациллония задачи были поважнее. Отобрав несколько человек, на которых мог положиться, прошел через толпу. Кого-то пугал, кого-то ободрял и мало-помалу навел относительный порядок.

Несколько человек пришли из Аквилона с предложением помочь. Грациллоний перевел большую часть своих бездомных через мост и повел по дороге. Дача Апулея и надворные постройки могли приютить их. Дома эти, за исключением обслуживающего персонала, стояли пустыми. Они с Веранией могли бы жить на даче. Там, разумеется, было намного комфортнее, чем в его жилище. Однако Верания, по собственной инициативе, сказала, что будет жить в его лачуге, рядом с другими жителями Иса.

Он сколотил команду из крепких мужчин.

— Попытаемся спасти то, что еще можно, — сказал он. — Геройствовать не будем, нет ничего дороже человеческой жизни. Но нам прежде всего надо спасти городской амбар, и, думаю, мы сможем это сделать.

Верания схватила его за руку.

— Ты будешь осторожен? — умоляюще спросила она.

Даже сейчас он не удержался от улыбки:

— Ну конечно, мне ведь хочется увидеть своего сына.

— Рукопись… я совсем про нее забыла. Господи прости, не мог ли бы ты… хотя нет, рисковать нельзя. Но ведь это такая ценность…

Он тоже позабыл о ней. Память сыграла с ним злую шутку. Незадолго до пожара она принесла в дом из базилики историю Иса, начатую Руной. Хотела в редкие минуты досуга изучать ее. Саму Руну она не вспоминала. Не вспоминал и он. Хотя в тот раз, взяв в руки рукопись, Верания сказала:

— Мне хочется поблагодарить ее за все то, что она сделала для сохранения памяти о городе. Быть может, мы найдем кого-нибудь, кто продолжит работу.

Освещенный всполохами пожара, он лишь покачал головой:

— Очень жаль, но теперь это невозможно.

В мозгу стучало: месть богов, покров Бреннилис или что там еще, до сих пор отбрасывают тень, и продлится это до тех пор, пока об Исе не позабудут окончательно. У нас никогда не будет времени написать эту хронику. История Иса умрет вместе с последним человеком, дожившим до конца ее дней, и город превратится в легенду.

Повернулся к окружившей его толпе: — Пошли.

* * *

Руфиний вернулся на рассвете. Грациллоний был в базилике. Не спал. Остальных свалил сон, вызванный переутомлением. Всю ночь они боролись с огнем и не допустили его распространения на амбар и склад. Здания эти по распоряжению Грациллония построили возле Стегира, в стороне от жилых домов. Несколько домов не пострадали. Спасли и некоторые домашние ценности, но такие случаи были редким исключением.

На востоке занялся бледный рассвет. Стало видно, что Конфлюэнт обернулся в груду золы. Затухающее пламя дожевывало обгорелые бревна. Много стен обрушилось, так как ослабевшие деревянные конструкции не могли удерживать скреплявшую их глину. Другие дома похожи были на черные, обуглившиеся стволы деревьев после лесного пожара. Липкий, едкий дым наполнял воздух.

— Вместе с двумя товарищами я обнаружил в лесу следы, — докладывал Руфиний. — Поджигателей было трое. Они вышли из леса, а потом туда же и вернулись. В лесу следы затерялись. Двое поджигателей благополучно скрылись, а третий