Между добром и злом. 8 том - Кирико Кири

— Контрабандой? А как её пропустили тогда к императору?

— Видимо, замолвил кто-то за меня словечко. А что насчёт тебя? — кивнул Кондрат на папку с фамилией Легрериан.

— Ща почитаем, — отложив папку с компроматом на Кондрата, которую и компроматом было сложно назвать, Вайрин открыл папку на себя любимого. — Та-а-ак… Беспорядочные половые связи… как будто что-то плохое… Нихрена себе, они даже имена девчонок почти всех откопали! А ведь я даже всех и не помню! — выглядело так, будто он не стыдился, а гордился этим. — Принимал наркотики…

­— Ты принимал наркотики? — удивился Кондрат.

— Да, в универе иногда торчали с парнями, — не смущаясь, ответил Вайрин, будто это было чем-то обычным. — О, связь с нежелательными людьми, прямо как у тебя… ну это не компромат даже…

— Какими людьми?

— Помнишь, я вас навёл на торговца оружием? Ну вот, я просто любил гудеть во всяких заведениях, а там… ну сам понимаешь, с кем только не познакомишься. И наркотики достанут, и оружие, и девочек, и вообще всё, если есть деньги.

— И как тебя взяли защитником императорского двора?

— Связи! — поднял он указательный палец. — Короче, не сказать, что здесь густо, и я чего-то из этого стесняюсь. Странно, что они содомию мне не записали, как тебе, учитывая, сколько я с тобой тусуюсь.

Дело не в том, что у Вайрина было негусто в этом плане. Скорее, просто у других кандидатов было гораздо хуже.

Кондрат взял наугад папку и пробежался взглядом по содержимому. Там был целый список: и изнасилование служанок, и сексуальное насилие над приёмной дочерью, убийство простолюдина, уклонение от уплаты налогов, даже воровство и контрабанда наркотиков. И это всё числилось за одним единственным виконтом по фамилии Гарсинг. Что-то знакомое, но Кондрат не мог ухватить, где слышал эту фамилию.

Но это и не важно, потому что хватало того, что он подтвердил свои догадки. Вайрин был одним из самых безобидных вариантов из возможных. А прибавить сюда ещё и влияние Тонгастеров, и был вообще идеальный кандидат. Наверняка, у других родов ситуация была гораздо хуже.

Интересно, какой компромат был на Тонгастеров и глав стражи и гвардии императора? Кондрат на мгновение задумался об этом, но отмахнулся. Сейчас это было ни к чему. Их грехи — это их грехи, а они занимались сейчас совершенно другим делом. Чего нельзя было сказать о Вайрине, который открывал папки с любой знакомой фамилией. Самое частое, что встречалось — взяточничество, измены, убийства и избегание налогов.

И за этим увлекательным занятием Вайрин почувствовал, что на что-то наступил. Ничего особенного, обычная книжка. Нет, не книжка, журнал учёта. Он поднял её с пола, покрутил в руках и раскрыл. Судя по списку фамилий, здесь или записывали всех, кто приходил за документами, или…

А нет, сюда записывали фамилии тех, чьи документы поступили в архив.

Вайрин пробежался взглядом по списку. Весь журнал был разбит по алфавиту, поэтому не составило труда найти и фамилию Легрериана, и Брилль. И если фамилия Брилль была единственной в своём роде, то вот Легрерианов была тьма тьмущая, причём часть и вовсе не были членами его семьи — или однофамильцы, или какие-нибудь дальние родственники.

— Прикольно… а ну-ка…

А что там по Дайлин? Вайрин был просто уверен, что её тоже пробивали и оказался прав — этих Найлинских здесь оказалось целых четыре. Но именно их Найлинская была только одна со скромным инициалом «Д». Будет ли это слишком подло посмотреть, какой компромат нарыли на девушку? Да, очень подло, и это низко, опуститься до такого уровня, особенно когда речь идёт о друге…

Слава богам, что он не святой!

— Найлинская Д. Найлинская Д…

Была Найлинская Памелия, был Найлинский Халан и Найлинский Брин, но никакой Найлинской Дайлин…

Так, где его Дай-ка⁈

— Я нашёл Тонгастеров, — подошёл Кондрат и бросил взгляд на стеллаж. — Ищешь Дайлин?

— Ага, интересно, что там Дай-ка прячет.

— Уверен, что на неё ест компромат?

— Уверен, — он протянул книгу с записями. — Доки точно сюда поступали, но я их чёт не вижу… Может у директора пока?

— Возможно. Но нам надо уходить. Мы получили, что хотели.

— Тоже верно… Блин, не узнать, чем грешит Дай-ка. А то прикинь, вдруг тоже за содомией заставали. То-то вы общий язык нашли, — засмеялся он, ткнув Кондрата в бок. — Ладно, идём, а то сейчас реально придёт и развоняется.

Они вышли без какого-либо сопротивления. Люди из секретной службы разве что могли провожать их взглядами, не в силах что-либо сделать без приказа свыше. Прежде чем покинуть территорию императорского двора, Вайрин заскочил к главам стражи и личной гвардии вернуть компроматы на них, на что Кондрат резонно заметил:

— Не думаешь, что с ними они были бы разговорчивее?

— С кем, с директором? — усмехнулся тот.

— С нами. Когда их ничто не держит…

— Ну их держит их место. Никто не захочет терять своё положение, и им плевать, кто займёт трон, если преференции будут теми же. К тому же, как сказал один человек, мой друг тот, кто враг моего врага.

Видимо у них был и свой Сунь-Цзы.

После своего набега они поехали не куда-нибудь, а присоединиться к своим жёнам на обед. Самое главное было сделано, а остальное…

* * *

Тонгастеры — семья советника императора. Один из сильнейших родов в империи, владеющих крупными предприятиями, десятком родовых имений, бессчётным количеством земель, на которых трудились тысячи людей и огромной личной гвардией. Если бы императору захотелось найти внутри империи врага, то не нашлось бы грознее, чем они. Может у них не было той номинальной власти, однако было достаточно средств, чтобы её если не захватить, то пошатнуть.

А что, если император таки нашёл врага в их лице? По идее, компромат мог бы что-то раскрыть в этом плане, однако там тоже ничего интересного не было. Ну как не было: измены все и вся, подкупы должностных лиц всех рангов, убийства людей, уклонение от налогов, рэкет, угрозы и много чего ещё. Список был практически, как у какой-нибудь крупной корпорации, что пользуется всеми своими ресурсами. Смешно то, что там и содомия была, как будто секретная служба просто вписывала это в любой компромат, когда не знала, что написать.

Однако, чего там не было, так это хоть одного вопроса, по которому