Змий из 70х II - Сим Симович

Напряжение, сковывавшее позвоночник хирурга с самого утра, начало медленно отпускать. Биология взяла свое. Человеческое тело, хрупкое и уязвимое, всё еще поддавалось лечению обычным шелком и сталью.

— Зашивайте, Петров, — Змиенко отступил от стола, сбрасывая окровавленные инструменты в металлический лоток. — И проконтролируйте выход из наркоза.

Ал сорвал маску, глубоко вдыхая запах эфира. Ярость ушла, оставив после себя кристальную, холодную ясность мыслей.

Генерала из секретных папок Исая придется оперировать. Но чтобы сделать это и не убить пациента болевым шоком, доктору были жизненно необходимы полные медицинские выписки, а не слепые наброски инженеров.

А значит, путь лежал в Министерство иностранных дел. Прямо в руки роскошной, опасной Вики.

Здание Министерства иностранных дел давило монументальной советской роскошью. Тяжелые дубовые двери, бесконечные ковровые дорожки, приглушенный гул голосов и строгие костюмы номенклатуры.

Ал уверенно шагал по мраморным коридорам. Светлые волосы и глубокий экваториальный загар делали хирурга похожим на хищника, случайно забредшего в вольер к травоядным. Встречные чиновники инстинктивно отводили взгляды от пронзительных фиалковых глаз Змиенко.

Приемная отца находилась на третьем этаже. Доктор толкнул массивную дверь, попадая в царство полированного дерева и стрекочущих печатных машинок.

За широким столом сидела Вика.

Безупречная, ледяная, недосягаемая. Строгая юбка-карандаш подчеркивала идеальную фигуру, а шелковая блузка была застегнута на все пуговицы, не оставляя места для фантазий случайным посетителям. Девушка печатала документ, не глядя на клавиши. Услышав шаги, красавица медленно подняла голову.

В её глазах на долю секунды мелькнуло опасное, жадное пламя, прежде чем снова скрыться за маской идеальной министерской сотрудницы. Официальная любовница всесильного Исая играла свою роль безукоризненно.

— Альфонсо Исаевич, — голос Вики звучал ровно, с выверенной деловой прохладцей. Девушка изящно отложила ручку. — Исай Маркович предупреждал, что вы зайдете за материалами.

— Добрый день, Виктория, — баритон Змия отозвался глубоким, бархатным эхом. Мужчина подошел вплотную к столу, опираясь на столешницу костяшками пальцев. Дистанция между ними сократилась до неприличия, но со стороны это выглядело как обычный рабочий разговор. — Мне нужны полные медицинские карты пациента. Всё, что есть, включая ранние выписки. Иначе инженеры из двадцать восьмого просто угробят генерала.

Вика едва заметно напряглась при упоминании закрытого отдела. Тонкие пальцы сотрудницы министерства скользнули по лакированному дереву, накрывая стопку серых папок.

— Карты находятся в архиве специального доступа, — девушка поднялась, одергивая и без того идеальную юбку. Воздух между ними заискрил от сдерживаемого напряжения. — Документы нельзя выносить из здания. Вам придется изучить их на месте. Я провожу.

Блондин молча кивнул, пропуская красавицу вперед.

Они шли по длинному, гулкому коридору цокольного этажа. Здесь не было красных ковров и суеты — только ряды глухих металлических дверей и тусклый свет казенных ламп. Стук каблучков Вики отдавался от стен ритмичным, гипнотическим эхом. Хирург сверлил взглядом прямую спину девушки, чувствуя, как кровь, еще недавно охлажденная операционной, снова начинает закипать.

Вика остановилась у двери с табличкой «Спецархив. Сектор четыре». Девушка повернула ключ в замке, толкнула тяжелую створку, пропуская доктора внутрь, и зашла следом.

Щелчок замка прозвучал в абсолютной тишине архива как выстрел. Тяжелая дверь отрезала их от министерской суеты, оставляя лишь запах старой бумаги, сургуча и терпких французских духов.

Официальная маска слетела в ту же секунду.

Вика медленно обернулась. В полумраке казенных ламп ее зеленые глаза вспыхнули хищным, голодным огнем. Строгая блузка больше не скрывала, а лишь подчеркивала точеную фигуру и аппетитные, волнующие формы любовницы Исая. Идеально уложенные светлые локоны разметались по плечам, когда зеленоглазая блондинка прислонилась спиной к металлическому стеллажу с секретными папками.

Змиенко не стал тратить время на разговоры.

Хирург шагнул вперед, одним слитным, властным движением вжимая девушку в холодный металл полок. Широкие ладони доктора, легли на узкую талию. Ал жадно впился в губы красавицы, сминая их с такой первобытной силой, что Вика тихо, приглушенно застонала прямо ему в рот.

Ее руки мгновенно скользнули под расстегнутый пиджак. Тонкие пальцы с безупречным маникюром вцепились в плечи мужчины, отчаянно комкая дорогую ткань рубашки. Блондинка отвечала на поцелуй жадно, подаваясь навстречу его напору всей своей горячей, извивающейся плотью.

— Сумасшедший, — выдохнула сотрудница министерства, когда Змий на секунду оторвался от ее губ, чтобы спуститься обжигающими поцелуями к изгибу шеи. — Если Исай узнает…

— Старик слишком занят спасением собственной шкуры, — глухо прорычал баритон Ала.

Пальцы хирурга нетерпеливо рванули пуговицы шелковой блузки. Ткань поддалась с тихим треском, обнажая кружево дорогого белья и высокую, полную грудь. Змиенко-младший знал каждое скрытое желание, каждую чувствительную точку на теле этой роскошной женщины. Игра за спиной всесильного отца добавляла в их страсть острый, пьянящий привкус адреналина.

Вика запрокинула голову, тяжело дыша, пока губы доктора властно хозяйничали на ее коже.

— Ал… послушай меня, — голос девушки дрожал от возбуждения и страха, а руки судорожно путались в светлых волосах гения. — Крид… человек из двадцать восьмого… он абсолютный психопат.

Хирург не остановился. Широкая ладонь скользнула ниже, безжалостно задирая узкую юбку-карандаш по точеным бедрам вверх.

— Я справлюсь с куском железа, — бросил мужчина, прижимаясь к ней всем своим литым, напряженным телом.

— Нет, ты не понимаешь! — зеленые глаза Вики расширились, когда блондинка поймала суровый, потемневший от желания взгляд фиалковых глаз. — Если генерал умрет, отдел зачистит всех. Исая, меня… тебя. Вытащи его, Змий. Спаси пациента любой ценой.

— Оставим медицину для операционной, — жестко отрезал хирург.

Ал рывком посадил зеленоглазую красавицу на край металлического стола, сметая на пол какие-то секретные отчеты. Бумаги разлетелись белым веером. Вика обхватила его бедра длинными, сильными ногами в тонких чулках, властно притягивая любовника к себе. В этом глухом архиве не было места страхам перед КГБ или проверками — только животная, первобытная жажда обладания, помноженная на смертельный риск быть застигнутыми врасплох.

Слияние было резким, глубоким и бескомпромиссным. Металлический стол ритмично поскрипывал в такт их движениям. Змиенко брал ее на пределе сил, вымещая в этой близости всю накопившуюся ярость утреннего разговора с дипломатом, а Вика только сильнее впивалась ногтями в спину доктора, растворяясь в своем опасном мужчине.

Вечерняя Москва тонула в густых синих сумерках, когда Змиенко повернул ключ в замке своей квартиры. За массивной дверью пахло чесноком, базиликом и настоящим уютом — тем самым, который нельзя было подделать ни в одном министерском кабинете или секретном архиве.

Хирург сбросил пальто, чувствуя свинцовую тяжесть в широких плечах. Горячий душ был жизненно необходим. Вода должна была смыть не только запах больничного