Долг клана - Алексей Викторович Широков

Начнём завтра с утра. — время едва перевалило за полдень, но в сезон Уробороса темнело рано, так что дёргаться действительно не было смысла. — Так что обедаем и отдыхаем. Приводите себя в порядок, проверяйте снаряжение. Готовьте свитки и артефакты. Василь, на вас контроль территории. Не хотелось бы получить удар в спину от проснувшейся не вовремя твари.

— Сделаем. — кивнул главный разведчик клана и тут же зарядил дозор. — Дуня, Ерёма, давайте пройдитесь спиралью. Гляньте есть кто в округе. Потом будем решать отпугнуть или завалить чтобы не мешался.

Ребята кивнули и исчезли в подступающих сумерках. За эту неделю мы все устали как собаки, но никто не роптал. Безумная гонка через Запретную и Зелёную зоны вымотала всех, оставив следы и шрамы, однако слабых в нашей команде не было. Все, кроме меня привыкли к глубоким рейдам, длящимся зачастую месяцами и пусть поведение духов нельзя было назвать нормальным нам, удалось пробиться без потерь и серьёзных ранений. Правда меня зацепило.

Мы тогда сцепились со стаей бродячих духов, похожих на заморских обезьян, только с шестью лапами, перепонками между ними, позволяющими парить в воздухе, и теневой дымкой, окружающей тушку, размазывая её очертания. Их так и называли, теневыми летягами, или телягами, но несмотря на некую комичность недооценивать этих ублюдков не стоило. Они обитали крупными стаями на вершинах деревьев и нападали, падая сверху и полосуя жертву острыми как бритва когтями. И увернуться от практически невидимых в полумраке леса тварей невероятно сложно.

В сезон Уробороса теляги должны были спать, набиваясь в дупла целым десятками, но Кощей взбаламутил духов не только под Москвой, но и во всей округе. Так что для нас нападение стало крайне неприятным сюрпризом, особенно учитывая, что атаковали они уже когда стемнело и мы встали лагерем. Конечно, у нас нашлось чем ответить, но стая оказалась уж слишком крупной, а наши силы не бесконечными и тёткой Марфой было принято решение сваливать. Теляги были существами территориальными и за границы своих владений не совались.

К сожалению, на этом неприятности не закончились. Зима не зря считалась сезоном Уробороса. Даже то, что многие духи впадали в спячку, не уменьшало их опасности, даже скорее увеличивало. Как например, сейчас, когда, убегая от теляг, мы выскочили на покрытую снегом полянку, на которую намело приличный сугроб и я едва успел шарахнуться в сторону, пропуская мимо увенчанный костяным гарпуном язык твари, похожей на капусту. Старый знакомый, о котором я читал в «Малом Московском Бестиарии». Он так и звался «Земляной язык» и был чем-то средним между червём и растением.

К сожалению, даже выросшей от Игниса скорости реакции не хватило увернуться полностью. Шип вспорол мне плечо, неглубоко, но при этом успел впрыснуть желудочный сок твари, начавший разъедать плоть прямо на глазах. Я вовремя успел выжечь его выбросом живицы, подкреплённым эго, но рана всё равно оказалась довольно глубокой. Двигать рукой я мог, хоть это и причиняло боль, так что махнул остальным, что двигаемся дальше. И лишь через полтора часа, когда мы наконец, оторвались от теляг, рану обработали, залив алхимией и перевязав специальными бинтами, пропитанными заживляющими составами. И пусть за пару дней даже у чародея рана затянуться не могла, я практически не обращал на лёгкие вспышки боли, сосредоточившись на деле.

— Ты как? — подошла ко мне наставница, когда разведчики исчезли в лесу, а остальные занялись собой. — Как рука?

— Игнис говорит почти зажила. — да, реликвия Бажовых была способна и на этой. С её помощью очень удобно было отслеживать состояние организма. — завтра уже буду в норме.

— Давай посмотрим. — не поверила на слово тётка Марфа. — Не подумай, я доверяю Игнису, но…

— Доверяй, но проверяй. — я прекрасно понимал мотивы старой охотницы. Привыкшая полагаться только на саму себя она старалась контролировать каждый аспект, от которого могла зависеть жизнь и ранения были одним из первых в списке. — Да я понимаю. Помоги снять бинты.

Рана на самом деле выглядела уже почти зажившей, хотя ожоги от желудочного сока «Земляного языка» обычно так просто не проходили. Но мне же лучше. И даже Марфа, поцокав языком, согласилась, что дополнительный отдых мне не нужен. Но вот чинить одежду всё равно пришлось, правда, не только мне. Шмотки пострадали и от налёта теляг и от других стычек, хорошо ещё что кроме пары порезов других повреждений у самих чародеев не имелось.

В итоге наш лагерь вскоре напоминал швейную фабрику. Ну и походную кухню заодно. Василь по дороге умудрился добыть небольшую кабаргу и даже сумел на ходу её выпотрошить, ободрать и разделать. Вот что значит опыт. В итоге вскоре в котле на огне аппетитно бурлила похлёбка. Целую неделю мы не ели горячего, не говоря уже об жидком, так что вариантов чего готовить не имелось, и Астрид, взявшая на себя обязанности повара, штопала штаны, возле костра, без стеснения стянув те и оголив стройные, длинные ноги. Это никого не удивляло, чай в походе даже погадить ходят вдвоём и далеко не всегда эти пары однополые. Брезгливые, стеснительные или ханжи остаются в полисе, а здесь, в Запретной зоне, выживают лишь те, кто во главу угла ставит эффективность.

— Пахнет вкусно! — из накатившей темноты появилась Дуня, а следом за ней Ерёма. — наконец, горячего похлебаем. Мы прошли примерно на полкилометра, ничего серьёзного, требующего немедленного внимания нет. На северо-востоке логово Грозовой саранчи. На неё можно внимания не обращать. Даже если не спит, зимой она не летает. А вот на юге поселился Шелестень. Мы пометили место обитания, так что, если пойдёте в ту сторону внимательней к меткам. Из стоящих упоминания там же обитают Грибные ходоки, они часто вместе с Шелестенями живут, но эти нам вовсе не страшны. Наше эго выжигает их споры, а в бою Ходоки слабы. Больше ничего серьёзного не встретили, но сигналки всё равно расставили.

— Хорошо, — кивнула Марфа, внимательно слушающая доклад. — Отдыхайте. Василь, распределяй дежурства. Далеко не уходите, задача охрана лагеря, ну не мне тебя учить. Астрид, что там с похлёбкой?

— Почти готово, — Новгородка как раз пробовала варево на соль, и кивнув своим мыслям, щедро сыпанула приправ из специального мешочка. — Ещё пять минут. Пусть чутка настоится и будет самое оно!

Бажовы на новость отреагировали дружным счастливым вздохом и тут же зашуршали, доставая походные чашки, ложки, кружки да котелки. Чуть в стороне от пламени