Главный Инженер - Вадим Фарг

и подвели меня в самый нужный момент. Кулак Игоря чиркнул по моей скуле, удар прошел вскользь, но в голове на секунду помутнело, а во рту появился солоноватый привкус крови. Тупая боль обожгла лицо, и в этот момент я понял, что разговаривать с этим животным не имеет никакого смысла.

— Осторожно, Максим, он же недавно из тюрьмы вышел! — воскликнула Рита из-за моей спины.

Этот крик мгновенно расставил все по своим местам. Он бухал со своими собутыльниками после недавней отсидки, жаловался на жизнь, а потом решил провернуть дельце. Надрезать газовый шланг лезвием, дождаться ночи, пока сестра и племянница задохнутся во сне, а потом спокойно вступить в права наследства как единственный выживший родственник. Получить квартиру, продать ее за копейки и прокутить деньги.

Гнев поднялся откуда-то из глубины, этот ублюдок был готов убить родную кровь ради нескольких квадратных метров старого бетона.

Игорь снова замахнулся, но на этот раз я не стал играть в уклонения. Я жестко перехватил его запястье, выкрутил кисть на излом, перенося вес своего тела вперед. Вторым движением я дернул его на себя и вниз, подсекая его правую ногу. Игорь потерял равновесие и рухнул на живот, а я оказался сверху, придавив его спину коленом, заломил его руку за спину ровно до той грани, где начинается разрыв связок. Никаких ударов по лицу, никаких видимых увечий для придирчивой судмедэкспертизы, только парализующая боль в суставах и физический контроль над ситуацией.

Игорь жалко заскулил, пуская слюни на грязный линолеум, вся его спесь испарилась за секунду.

Я наклонился ближе к нему, и мой голос зазвучал тихо, почти ласково, но от этого становился еще страшнее:

— Покушение на убийство двух и более лиц, — зашептал я, вдавливая колено ему между лопаток. — Ты же недавно откинулся, значит у тебя рецидив. Твой порез на газовом шланге задокументирован, там остались твои потожировые следы. Я лично прослежу, чтобы ты попал в самую нерадостную зону, где такие как ты не живут дольше пары месяцев, я сделаю все, чтобы ты сел надолго и сгнил там заживо.

Он судорожно дернулся, попытался вырваться, но я надавил на болевую точку чуть сильнее, раздался неприятный хруст хрящей. Игорь по-бабьи взвизгнул, умоляя отпустить его, но я даже не ослабил хватку.

— Рита, возьмите телефон, — скомандовал я, не оборачиваясь. — Звоните в полицию прямо сейчас. Скажите дежурному, что нападение в квартире, и обязательно попросите прислать лейтенанта Петренко. Скажите, что это по поводу Смирнова, он поймет и приедет быстро.

— Поняла, сейчас позвоню, — дрожащим голосом ответила она, нажимая кнопки на стареньком смартфоне.

* * *

Двери кабинета с грохотом распахнулись.

— Карина, какого черта ты вытворяешь? — мужчина, сидя за столом, оторвался от бумаг и посмотрел на свою любовницу с явным неоодобрением.

Карина влетела внутрь и швырнула сумку на диван. Никаких слез и никакой размазанной туши, на ее лице читалась только злость и обида.

— Какого черта⁈ — она подошла вплотную к столу, уперла руки в бока и начала сверлить его взглядом. — Твоего черта, Артур!

Она тяжело дышала и продолжала выплескивать накопившуюся ярость, совершенно не стесняясь в выражениях.

— Какой-то хрен на табуретке с болтами меня подрезал, а они забрали мои права, вызвали эвакуатор и увезли машину на штрафстоянку. А я стояла на обочине и мерзла на ветру, пока эти уроды оформляли протокол. Ты вообще собираешься решать эту проблему или будешь дальше свои бумажки перебирать?

Она ждала, что он сейчас схватит телефон, начнет звонить нужным людям и защищать ее статус, к которому она так привыкла. Но Артур даже не потянулся к трубке, он просто отложил ручку, откинулся на спинку кресла и посмотрел на нее взглядом человека, которого отвлекли от серьезных дел ради сломанного ногтя.

— Ты закончила? — спросил он ровным голосом.

— Нет, не закончила! Этот бомж…

— Закрой рот, Карина, — перебил он, не повышая тона, но слова прозвучали резко. — Ты устроила цирк на дороге, разбила ментовскую машину, а теперь приперлась сюда и качаешь права. У меня сегодня сорвался контракт на двадцать миллионов, а ты лезешь ко мне со своим бампером.

Карина открыла было рот для ответа, но Артур поднял руку и заставил ее замолчать.

— Я решу этот вопрос завтра утром, позвоню начальникам, и тебе вернут права. Но если ты сейчас же не выйдешь за эту дверь и не прекратишь свой спектакль, я заблокирую твои карты. Соберешь вещи и поедешь на электричке к маме в провинцию. Я понятно объясняю?

Глава 12

Мы ждали около двадцати минут, все это время Игорь смирно лежал на полу, изредка постанывая от боли в вывернутом плече. Я не произнес больше ни слова, просто связал его хомутами и поднялся, мой мозг просчитывал варианты дальнейшего развития событий, выискивая риски.

Наконец в подъезде послышались шаги, дверь была приоткрыта, и через несколько секунд в прихожую вошел лейтенант Петренко в сопровождении еще одного молодого патрульного. Участковый окинул взглядом картину, посмотрел на лежащего Игоря, потом перевел взгляд на меня, и его брови поползли вверх от удивления.

— Смирнов, и правда по твою душу? Я сперва не поверил. Ты опять в неприятности влез? — спросил Петренко, стягивая фуражку и проходя вглубь коридора. — Я уже начинаю привыкать к твоей фамилии.

Он внимательно посмотрел на мою распухшую скулу, дотронулся до нее пальцем, и я невольно поморщился.

— Что тут у вас произошло на этот раз? — вздохнул участковый, доставая служебный планшет. — Опять пьяная драка?

— Никакой драки, товарищ лейтенант, — спокойно ответил я, передавая Игоря в руки подоспевшего патрульного. — Гражданин проник в квартиру своей сестры в состоянии алкогольного опьянения, угрожал физической расправой, нанес мне телесные повреждения при моей попытке защитить женщину. А самое главное, он намеренно повредил газовое оборудование с целью убийства сестры и ее дочери, дабы завладеть их квартирой.

Петренко подошел к Игорю, которого патрульный уже поднял на ноги и осмотрел его с ног до головы, хмыкнул, достал фонарик и посветил задержанному прямо в лицо.

— Удивительное дело, Смирнов, — задумчиво протянул Петренко, поворачиваясь ко мне. — Враги твои постоянно оказываются целыми, ни единого синяка на нем нет, а вот ты стоишь с разбитым лицом. Обычно в таких ситуациях все бывает ровно наоборот, народ у нас меры не знает, бьют друг друга до полусмерти.

— Я уважаю закон, лейтенант, — хладнокровно ответил я. — Применил исключительно гражданский арест до прибытия сотрудников правопорядка, превышения пределов обороны не было.

Рита быстро написала подробное заявление, описав все угрозы и факт недавнего освобождения брата из тюрьмы.

Петренко