Главный Инженер - Вадим Фарг

— Смирнов? — спросил он хрипло. — Ты тут откуда взялся?

— Ехал на вызов к клиенту, — ответил я четко, без лишних эмоций. — Данная гражданка грубо подрезала меня, вышла на проезжую часть, устроила скандал, а затем совершила намеренное движение задним ходом через двойную сплошную.

— Ты врешь! — завизжала та, тыча в меня. — Это он виноват! Он меня спровоцировал! Выпишите этому бомжу штраф, заберите его в обезьянник!

Я проигнорировал ее истерику и повернулся к капитану ДПС.

— Товарищ капитан, я являюсь прямым свидетелем происшествия, готов дать официальные показания, — произнес я деловым тоном. — Статья 12.15 часть 4 Кодекса об административных правонарушениях, выезд на полосу встречного движения. Плюс статья 12.28, грубое нарушение правил маневрирования. Отягчающим обстоятельством служит ДТП с участием служебного государственного транспорта. Видеорегистратор в вашей машине работает, я полагаю? Рекомендую сохранить запись, так как данная гражданка прямо угрожает использованием коррупционных связей.

Полицейские смотрели на меня с откровенным удивлением. Капитан заморгал, пытаясь переварить юридические формулировки, прозвучавшие из уст простого мужика в дешевой куртке.

— Работает регистратор, — медленно ответил капитан. — Слышь, мужик, ты юрист, что ли?

— Я просто внимательно читаю законы на досуге, — ответил я без улыбки. — Это повышает процент выживаемости в нашей правовой системе. Да и вам, я смотрю, сегодня крайне пригодится независимый свидетель.

Девушка лрожащими руками достала смартфон из кармана шубы. Она попыталась набрать номер своего покровителя, но телефон выскользнул из ее трясущихся пальцев и упал на асфальт. Экран мгновенно покрылся паутиной трещин, и тогда девушка не выдержала и закричала от отчаяния и злости, пнула колесо кроссовера и схватилась за голову. В этот момент она выглядела просто испуганной девчонкой, которая поняла то, что сама же и натворила.

— Оформляйте протокол, — сказал я капитану, чувствуя, как мое человеческое снисхождение борется с холодным прагматизмом. — Я подпишу все необходимые бумаги прямо сейчас. Мои паспортные данные, кстати, остались в базе после недавнего инцидента с соседом.

Петренко первым достал планшет и ручку. На его лице начала расплываться откровенно мстительная улыбка.

— С огромным удовольствием, Смирнов, — сказал он, начав заполнять бланк. — Лишение водительских прав минимум на полгода, плюс ремонт казенной машины из ее кармана.

Мы пожали друг другу руки. Я понимал, что эта случайная встреча сэкономит мне массу ресурсов в будущем. Полезные связи работают надежнее любых банковских вкладов.

* * *

Я припарковал «Хонду» у обшарпанного подъезда пятиэтажки. Мопед недовольно фыркнул напоследок и затих, остывая на промозглом мартовском ветру. Я же похлопал по сиденью своего «верного коня». Слез с сиденья, отстегнул самодельный кофр с инструментами и внимательно осмотрелся по сторонам.

Двор утопал в серой весенней слякоти, ржавые качели скрипели под порывами ветра. Возле переполненного мусорного бака сидел кот, и с явным подозрением сверлил меня взглядом, готовый в любую секунду дать деру. Я сразу вспомнил своего Дюбеля. Тот сейчас наверняка крепко спал в тепле, переваривая нормальный корм.

Заказчица впустила меня сразу же, стоило мне позвонить в домофон. Поднявшись на нужный этаж, нажал на кнопку звонка, и внутри квартиры слабо и хрипло тренькнуло.

За дверью послышались легкие, торопливые шаги. Замок щелкнул, дверь приоткрылась, и на пороге появилась женщина. На вид ей было около тридцати, но глубокие тени под глазами и сутулые плечи накидывали сверху еще пяток лет тяжелой жизни. Одета она была в выцветший, но чистый домашний халат. Русые волосы собраны в пучок на затылке, а на бледном лице читалась нескрываемая тревога.

— Максим, верно? — спросила она тихим, уставшим голосом, внимательно разглядывая меня.

— Именно так, — я коротко кивнул в знак приветствия. — Вызывали устранить потоп на кухне, вот я и приехал.

— Да, проходите, пожалуйста. Меня Рита зовут. Только очень вас прошу, давайте тихо, у меня там дочка спит в комнате, приболела немного, температурит со вчерашнего дня.

Я осторожно перешагнул порог и сразу оценил обстановку в жилище. Бедность здесь бросалась в глаза с первой секунды, это было невозможно скрыть. Старые выцветшие обои с нелепым узором, вытертый до основания линолеум, покосившаяся деревянная вешалка. Но при этом во всей квартире царила идеальная чистота. Ни единой пылинки на плинтусах, обувь выставлена по строгой линейке, воздух пахнет дешевым земляничным мылом и хлоркой.

Рита явно была из той категории людей, которые тянут лямку из последних сил, но не сдаются, стараясь сохранить человеческое достоинство. В моей прошлой жизни миллиардера такие женщины становились лучшими линейными сотрудниками. Исполнительные, невероятно ответственные, загнанные в угол жизнью, они держались за свое место мертвой хваткой.

— Проходите на кухню, — она махнула рукой в сторону узкого темного коридора. — Я там старых тряпок наложила, вода вроде пока не течет сильно.

Я прошел на тесную кухню. Раковина была завалена дешевой разномастной посудой, под сифоном стоял пластиковый синий тазик, до краев наполненный мутной водой. На полу действительно лежали старые застиранные полотенца, впитывая лужи. Но в целом ничего критичного, как могло послышаться по телефону. Я поставил кофр на табуретку, открыл защелки и достал базовый набор ключей, фонарик и запасные прокладки.

— Чай будете? — вдруг несмело спросила Рита, нервно теребя край своего халата. — Вы с улицы, наверное, сильно замерзли на своем мопеде. У меня, правда, только самый обычный чай в пакетиках, и печенье овсяное простое, без изысков.

Я планировал отказаться, но я посмотрел на ее напряженное, изможденное лицо и увидел, что это просто человеческая благодарность авансом. Мой отказ мог ее задеть, а мне этого почему-то не хотелось.

— Буду, — ответил я. — Только без сахара, если можно.

Она заметно выдохнула, словно сбросила тяжелый мешок с плеч, и засуетилась у плиты. Рита поставила помятый алюминиевый чайник на конфорку, чиркнула спичкой, конфорка пыхнула, и вспыхнул ровный голубой огонек.

Я тем временем опустился на колени, подстелил под себя кусок плотного картона из кофра, чтобы не пачкать штаны, и залез под раковину. Включив налобный фонарик, направляя луч света на проблему. Сифон был невероятно древним, дешевый белый пластик пожелтел и пошел микротрещинами от старости и постоянных перепадов температур. Резиновая прокладка давно превратилась в труху, она крошилась прямо под пальцами.

Вот почему люди обычно экономят на своевременном техническом обслуживании и часто откладывают проблему на потом, вот только это самое «потом» становится локальной катастрофой в виде залитых соседей снизу.

— Вы уж извините за этот беспорядок, — виновато произнесла Рита за моей спиной, разливая кипяток по разномастным кружкам. — Я на двух работах кручусь каждый день. Дочку из садика забираю, бегом домой кушать готовить, потом ночные смены удаленно беру на компьютере. Не всегда успеваю