Главный Инженер - Вадим Фарг

Она неуверенно кивнула, шмыгнув носом, и осторожно прикрыла дверь. Я же схватился за руль, стиснул зубы и потащил «Honda» дальше.

Закатил скутер прямо в прихожую, где грязные шины моментально оставили чёрные следы на линолеуме. Затем протолкал технику на кухню, хотя места здесь было катастрофически мало. Обеденный стол пришлось сдвинуть вплотную к окну, а табуретки закинуть на кровать в комнате, чтобы освободить рабочее пространство.

Из-под дивана бесшумной тенью вылез Дюбель.

Котёнок подошёл осторожно, вытянул худую шею и внимательно понюхал покрытую слоем мазута заднюю покрышку. Резина источала запахи въевшейся грязи и бензина. Дюбель смешно сморщил нос, громко чихнул и посмотрел на меня с осуждением.

— Извини, партнёр, — сказал я, присаживаясь перед ним на корточки и почесав за ухом. — У нас сегодня производственный цех прямо на дому, так что временно терпим неудобства ради будущих дивидендов. Обещаю, скоро купим тебе лучшего корма, а пока придётся потерпеть запахи.

Кот недовольно фыркнул, потёрся о мою ногу в знак принятия ситуации и запрыгнул на подоконник. Оттуда открывался отличный вид на площадку, поэтому Дюбель прищурил свои глаза и приготовился контролировать процесс в роли строгого прораба.

Я достал стопку бесплатных газет и застелил ими пол на кухне в два слоя. Бумага должна была впитать капли масла и химикатов, ведь лучше заранее перестраховаться, чем потом отмывать линолеум. Включил свет, поставил рядом пластиковый ящик с инструментами, достал баллончик со смазкой, стопку чистых тряпок, набор отвёрток и торцевые головки. Сняв тёплую куртку, я остался в старой серой футболке, и процесс пошёл.

Начал с демонтажа пластиковой обшивки. Болты заржавели и прикипели к металлической раме. Обычный человек в такой ситуации сорвал бы шлицы, психанул, взял бы в руки дрель или болгарку, но я работал иначе. Я моргнул, перестраивая фокус зрения, и включил «Аналитический взор», отчего мир вокруг мгновенно сменил контрастность. Теперь я чётко видел точки критического напряжения на крепежах и микроскопические паутинки трещин в слоях ржавчины. А мозг просчитал, куда именно нужно направить вектор усилия. Пшикнул смазкой на проблемные соединения, подождал ровно минуту, затем взял отвёртку с мощным жалом, вставил в паз и чуть постучал ладонью по рукоятке для сбивания кристаллов окиси. Один короткий поворот, и болт поддался с сухим щелчком. Никакой грубой силы, только физика и выверенный рычаг.

Я снял боковые панели, аккуратно сложив их в коридоре, и обнажилось нутро японского механизма. Рама покрылась вековой пылью, провода сплелись в хаотичную паутину, а картер двигателя зарос грязью. Воздух на кухне быстро пропитался запахами бензина и старого моторного масла.

Руки быстро покрылись липким мазутом, который забился под ногти и въелся в поры кожи. В прошлой жизни я брезговал даже лёгкой пылью на рабочем столе, и если бы секретарша принесла мне кофе с каплей на блюдце, она бы вылетела с работы в ту же минуту. А сейчас я по самые локти ковырялся в отработанном масле и чувствовал странный кайф от происходящего.

Это была честная работа, не перекладывание абстрактных цифр в отчётах и не лицемерные совещания с советом директоров. Это была осязаемая материя, где ты совершаешь действие и получаешь результат. Открутил закисшую гайку, снял сломанную деталь, поставил новую. Механика не умеет лгать, не способна плести интриги за твоей спиной, не переписывает активы компании на подставные офшорные фирмы, винтик либо закручен, либо нет.

Я добрался до карбюратора, который был сердцем всей топливной системы. Снял патрубок воздушного фильтра, внутри которого оказалась сплошная чёрная слизь вместо поролона. Сам карбюратор выглядел так, словно его только что достали со дна болота. Открутил два удерживающих болта и отсоединил топливный шланг, из которого на газету вылилось немного вонючего бензина, давно потерявшего свои горючие свойства. Я положил деталь на стол, взял старую зубную щётку и баллончик с едким очистителем. Процесс методичной очистки завораживал меня. Я брызгал химическим составом на металл, тёр жёсткой щёткой, смывая многолетние слои отложений, и под панцирем мазута начал проступать чистый алюминий.

Затем я разобрал нижнюю поплавковую камеру. На дне лежал плотный осадок, напоминающий ржавый песок, а крошечные жиклёры оказались забиты наглухо.

— Вот почему ты умер, дружок, — тихо произнёс я, обращаясь к куску металла. — Кто-то слишком ленился за тобой ухаживать, но мы это исправим.

Я выкрутил латунные элементы, взял тонкую медную проволоку и точными движениями прочистил отверстия. Продул очищенные каналы химией под давлением, и посмотрел на просвет. Отверстия сияли идеальной чистотой. Поплавок оказался целым, запорная игла не имела следов износа, поэтому я неторопливо собрал карбюратор обратно. Поставил его на место, затянул стальные хомуты и заменил рассохшийся резиновый шланг на кусок нового силиконового патрубка.

Мои мысли текли плавно и удивительно спокойно. Карбюратор выполняет простую задачу, смешивая потоки воздуха и бензина в строго заданной пропорции. Если пропорция нарушена, двигатель захлебнётся топливом или расплавится от перегрева бедной смеси. В большом бизнесе всё работает по точно таким же законам, ведь существует капитал и существует труд, деньги и исполнители. Если влить в проект слишком много денег без контроля, система захлебнётся в коррупции и лени, а если пережать финансовые ресурсы, система сгорит от выгорания сотрудников и текучки кадров. Руководитель обязан постоянно искать баланс, находя ту самую правильную топливную смесь для своего предприятия. Я усмехнулся собственным мыслям, этакой философии топ-менеджмента на тесной кухне среди грязных тряпок.

Следующим этапом стала электрика. Я вывел «Аналитический взор» на максимум, и внутренняя проводка под пластиком засветилась разными спектрами. Я сразу же обнаружил почему нет искры на свече. Толстый провод массы перетёрся об острый край рамы, медная жила окислилась и превратилась в труху. Я откусил гнилой кусок кусачками, зачистил концы проводов до блестящей меди, после чего скрутил их. Нашёл в ящике отрезок термоусадки, надел на место соединения и аккуратно нагрел пламенем зажигалки. Трубка плотно обхватила контакт, создав монолитную изоляцию. Затем я выкрутил свечу зажигания, покрытую слоем нагара, зачистил контакты металлической щёткой, выставил щупом правильный зазор, протёр изолятор и вкрутил деталь обратно.

Пришло время трансмиссии. Я снял боковую крышку вариатора и увидел, что приводной ремень мёртв. Резина рассохлась, покрылась трещинами, зубья местами оторвались и болтались лохмотьями, а центробежные ролики сточились и стали квадратными. Я достал из пакета новые расходники, заменил стёртые ролики, натянул новый ремень. Смазал ось кикстартера, чтобы механизм не скрипел и чётко возвращался на исходную позицию, после чего закрутил крышку обратно, методично протянув болты для равномерного распределения.