Вечно голодный студент 8 - RedDetonator

— Тогда идём к Ронину, — позвал его Вин. — Нужно договориться о рейде — не думаю, что он будет возражать…

*Исламская Республика Иран, остан Хузестан, город Ахваз, карцер, 1 февраля 2028 года *

— «Даст» — это рука? — переспросил я. — А как будет «правая рука»?

— «Даст-е раст» — это правая рука, — ответил Бабак. — А левая рука — «даст-е чап».

Реальная цель присутствия здесь евнуха — это идеологическая и воспитательная работа. Он должен уговорить меня, чтобы я перестал выёбываться — обещано, что вся происходящая хуйня прекратится, и я смогу каждый день ебать выделенных мне баб, жрать от пуза и наслаждаться жизнью.

Но мне это невыгодно!

Я хочу, чтобы они тратили силы на поиск и отлов свирепых зверей, чтобы я мог убивать их на потеху публике, получая за это кучу опыта!

Они думают, что для меня это наказание, но это я наказываю их, заставляя выполнять тяжёлую работу и качать меня за их счёт…

А ещё сейчас вынуждаю бабки нарядного хуя, которого все зовут шахиншахом, простаивать — он купил меня за солидную сумму, чтобы я оплодотворял женщин и давал ему будущих бойцов в гвардию Бессмертных, но вместо этого я ему хуем машу. Получается, что инвестиция невыгодная, но с надеждой, что всё изменится, когда я сломаюсь.

А я до сих пор не решил, когда именно «сломаюсь от сурового обращения» и «покорюсь воле великого шахиншаха» — надо выжать из этой ситуации доступный максимум, но и не довести ситуацию до того, что меня станет выгоднее замочить, чем терпеть дальше.

И этот безъяйцево-бесхуевый уёбок очень талантлив — даже несмотря на то, что я владею английским на крепком разговорном уровне, позволяющем вербально трахать мамок иностранных тиммейтов, он сумел залезть мне в мозг.

Он почти убедил меня: с первого раза он нащупал правильный заход — урезонил меня тем, что мне нужно беречь силы, чтобы тупо дожить до того, как придут мои друзья. Я-то уверен, что Фронтир уже ищет меня и будет искать до тех пор, пока не найдёт — Бабака, как я понимаю, проинформировали о том, что я не какой-то хер с горы, и за мной кто-то стоит, поэтому он решил это использовать.

Но я всё осознал — мне в хуй не упёрлось сидеть тут, как принцесса на горошине, потому что это не даёт никакого прогресса.

После этого моего осознания, потуги Бабака стали бессмысленными и он это понял только через два часа монологов о светлом и вечном.

И после того, как он всё понял, я предложил ему провести время, выделенное на пропаганду и агитацию, с пользой — начать учить меня фарси.

Буквы мы уже прошли — я запомнил их всех с первого раза, а затем были самые ходовые глаголы, которые Бабак повторял, а я пытался запомнить их на слух, чтобы лучше различать.

— Ага, «даст-е чап» — левая рука… — повторил я.

— У тебя идеальное произношение, Студик, — похвалил меня евнух. — Не ожидал, что ты окажешься настолько способным учеником.

— Может, сразу перейдём к этапу, в котором ты лижешь мне жопу, а потом мы страстно целуемся? — спросил я с раздражением. — Что за хуйня, Бабак⁈ Это тупая методика — надо действовать гораздо тоньше!

Бабак коротко кивнул, признав, что выбрал неверную тактику — топорная лесть не сработает.

Занятие продолжилось, и я начал старательно запоминать слова, описывающие части тела.

Нет, если честно, я сам очень впечатлён, как быстро всё запоминается — мой мозг работает прямо существенно лучше, благодаря новому апексу, поэтому с запоминанием новых слов нет вообще никаких проблем.

— Не сочти это за лесть, — вдруг сказал Бабак, — но мы должны были потратить четыре-пять занятий на то, что ты выучил за последние пять часов.

Пожимаю плечами. Я-то знаю, почему это так, но делиться с ним такими подробностями личной жизни не буду.

Возвращаемся к занятию, в котором переходим к простым фразам и разбору каждого слова в них, но через десяток минут нас прерывает тварь по имени Сука и по фамилии Опасная.

Она подходит к окошку в клетке и цедит мне что-то сквозь зубы.

— Что она говорит, Бабак? — поинтересовался я.

— Она говорит, что завтра ты умрёшь, потому что против тебя будет выставлен смертельно опасный зверь, — перевёл её слова евнух.

Сука начинает злорадно улыбаться, смотря на меня.

А я приспускаю трико и показываю ей хуй. Даже трясу им, чтобы она получше рассмотрела его с доступных ракурсов.

На лице её появилась злоба, и она вновь что-то сказала.

— Она говорит, что завтра посмотрит на то, как животное отгрызёт твои причиндалы, — сообщил Бабак.

— Да похуй вообще, — махнув рукой, ответил я и спрятал член обратно в штаны.

Сука ушла, а я вновь приблизился к окну в двери карцера.

— Зря ты продолжаешь провоцировать её, — произнёс Бабак. — Она имеет влияние на шахиншаха.

— Да пусть хоть ебётся с ним, — ответил я. — Мы с ней ещё не закончили…

*Исламская Республика Иран, остан Хузестан, город Ахваз, арена, 2 февраля 2028 года *

— Куни!!! — рявкнул я, обращаясь к Суке, сидящей рядом с нарядным хуем, то есть, шахиншахом Баграмом № 6.

Не знаю, что за зверь будет выступать сегодня против меня, но мне в камеру временного содержания закинули копьё и щит, а также шлем в древнегреческом стиле. Этот круглый щит из тонкого листа стали мне нахуй не нужен — кажется, его закинули сюда для прикола или аутентичности. Оставляю его на полу.

А вот шлемом я пренебрегать не стал — он не из бронзы, а из легированной стали и имеет серьёзную толщину. По моим прикидкам, он никак не тоньше семи миллиметров, а это существенно, пусть и тяжеловато.

«Не сильно тяжелее „Алтына“, блин», — подумал я, упирая копьё в песок.

Врата в противоположной части арены открылись, но оттуда никто не вышел. Затем из темноты сверкнула электрическая вспышка и на арену, яростно рыча, выбежал тигр. Вернее, мутантская хуйня, которая когда-то была тигром.

И это пиздец!

Я вижу, что он не стал отращивать себе РСЗО на спине, не стал покрывать себя костяной бронёй, а просто усилил то, что у него и так было: он раза в два больше обычного тигра из зоопарка,