Код волхва. Книга 2 - Алексей Даньшин

аккуратно выпиленный из кварца баюн-камень. Такие красивые звуковые амулеты я уже начал готовить для массового распространения после того, как в карьере у Сосновки начали точить камешки на продажу.

Музыка заиграла сразу, на заранее выставленной мною громкости, и поплыла по залу, чаруя волшебными звуками. Ведь таких музыкальных инструментов тут пока точно ни у кого нет.

Мстислава замерла и, похоже, даже дар речи потеряла.

Я вернулся к столу и спокойно продолжил трапезу, с усмешкой посматривая на неё.

Женщины вообще реагировали тут на музыку особенно остро. Пели практически все, причём очень мелодично. Поэтому она и встала тут сразу в стойку, как сурикат в саванне. Знал я, чем её можно пронять.

— Опять волшба? — она, наконец-то, смогла выдохнуть, и в слегка затуманенных музыкой глазах снова появилась осознанность.

— Совсем немного. Для создания хорошего настроения.

— Дорогой подарок! — она призадумалась, и, видимо, где-то там, вдалеке её умной головы, начало рождаться прозрение. — Погоди… ты сам их делаешь?

Я приподнял брови и отсалютовал ей поднятой чаркой. Пять баллов за сообразительность!

— И много таких…? — она запнулась, посмотрела по сторонам и вновь удивлённо уставилась на меня.

Я опять приподнял брови и склонил голову набок, улыбнувшись её догадливости.

Она медленно перекрестилась, не спуская с меня удивлённого взгляда.

— Ну да, — не стал отрицать я, — и светильники эти тоже. А ещё горюч-камни, и хлад-камни тоже. И много ещё чего.

— Но откуда? Ты всё-таки продал душу врагу рода человеческого?

— Ой, при чём тут дьявол? Это всё наука, — я тоже демонстративно перекрестился.

— Потому и смелый ты такой? — она задумчиво постучала пальцами по столешнице. — Только боюсь, для церкви одних твоих слов будет недостаточно. Могут и на правёж потребовать.

— С церковью надо дружить. Я вот у себя в Сосновке решил храм построить. Послал даже человека в Киев к митрополиту, чтобы прислал мне священника для служения в храме том.

— И что, прислал?

— Нет. Не захотели слушать его. Сразу на дыбу поволокли. Так и провисел мой человек в темнице у князя на дыбе почти целый день.

— Умер?

— Спасли. Вытащили.

— Из темницы княжеской?

— Угу.

— Но как?

Я покачал головой.

— Вопрос в другом. Я как бы не в обиде пока — бывают же ошибки. Может, люди князя Ярослава этого моего человека за кого-то другого приняли, оттого и не слушали. Но готов ли будет дядька со мной говорить, если я к нему сам приеду? Или и меня в темницу, на дыбу, сразу вешать поспешит?

— Так поехали со мной? Никто тебя там не тронет. Слово даю!

И такая в её голове и глазах уверенность была в собственных словах, что я почти поверил. Если бы не видел цветные полоски над её головой.

Врала тётка-красавица мне на голубом глазу, как сивый мерин.

…

В этот момент из камешка полилась другая мелодия. Что-то инструментальное и жутко лирическое. По-моему, Ника опять откопала саундтрек из какого-то любовного сериала.

Я хлопнул в ладоши, и в дверях тут же появилась Матрёна. Явно подслушивала под дверью, силясь понять, что за красивая баба к её князю с таким сопровождением пожаловала. Но, судя по выражению её лица, родственную принадлежность гостьи она уловила, поэтому была вполне спокойна, а не искрила от ревности.

— Матрёна, проводи княжну в уборную да покажи там всё.

Мстислава в удивлении уставилась на меня. Но без лишних разговоров встала и пошла. Ведь ей действительно уже давно хотелось. Ника сразу заметила эту нервозность в её поведении и идентифицировала её как позыв «по-маленькому».

Когда женщины вышли, я посмотрел на Хельгу.

— Ну что скажешь? Как тебе этот спектакль?

Хельга промолчала, повернувшись ко мне другим боком и сверкнув глазом.

— Ника, а ты чего молчишь?

— Так ты у вороны своей спрашиваешь, а не у меня.

— Теперь у тебя.

— Засада.

— Это понятно. Но стоит ли мне ехать вместе с ней?

— А Путевая? С завещанием не будешь квест проходить до конца?

Сундук мертвеца в пещере. Ё-хо-хо и бутылка рому…!

— Надо съездить за сундучком, — тряхнул я головой. — Я ж потом изведусь весь от неизвестности.

— Ну вот тебе и ответ.

В дверь вошла обалдевшая Мстислава. Видимо, то, как я сделал уборную в этом теремке, её потрясло не меньше, чем светильник и поющий камешек.

Она уселась на прежнее место в глубокой задумчивости.

— Так что ты решил? Едем?

— Да я бы и рад, но дела у меня тут есть неотложные. Так что, как лёд сойдёт, так и приплыву.

— Ну, как знаешь, — она махнула рукой.

Потом посмотрела на мой подарок и улыбнулась.

— А плясовые он играть умеет? Или только так?

…

Едва гости скрылись за изгибом реки, уходя по зимнику в сторону Киева, как Ника включила мне прямую трансляцию звуковой метки тётки в её закрытом кузовке.

— Не прост, крысёныш.

Это Мстислава.

— А я тебе что говорил?

Это, похоже, тот самый мужик, который тогда ринулся ей дверку открывать. Теперь он ехал вместе с княжной.

— Ты даже и малой части того, что он мне сказал, и представить не можешь.

— Даже так?

— Гляди.

Заиграла музыка.

Я прослушал «Зиму» Вивальди практически до конца, когда вновь раздался мужской голос:

— Колдун! Дьяволово отродье! Выбрось это!

— Сдурел? — Мстислава аж зашипела, и музыка прервалась. — Ты представляешь, сколько это стоит? А у него таких чудес — полон терем. В нужнике тоже музыка играет. И светло, как днём, везде. И тепло, а нигде дымом не пахнет.

— Дьявол! А я тебе говорил!

— Да что ты всё заладил… Говорил он…

Возникла пауза.

— Он про Болеслава знает. Что войско собирает и на Киев летом пойдёт.

— Откуда?

— Не знаю. И ведь даже глазом не моргнул, когда я амулетом его просветила.

— А я говорил!

— Ещё раз так скажешь — велю язык отрезать! — голос у Мстиславы был тихий, но решительный.

— Прости, княжна!

— Делать что будем? Он сказал, что как лёд сойдёт — так в Киев приедет.

— Как и намечали. Ярославу всё расскажем про Болеслава.

— А Илия?

— Как в Киев приедет, так и спросим уже.

— Как бы он сам первый с тебя не спросил. Человека своего он недавно из темницы княжеской как-то вызволил.

— Выходит, не привиделось мне. Никита там у терема его стоял.

— Тот самый?

Молчание. Видимо, мужик просто головой кивнул в ответ.

— Стало быть, за ним Царьград стоит? Тогда понятно, откуда у него всего столько. А ты всё про дьявола заладил…

Дальше опять молчание.

Я отключил канал и вздохнул.

Странный какой-то мужичок. С княжной прям как родной говорит. Но ведь не