Великий Кузнец - 7 - Анри Олл

а из оружия предпочитал старый, но надёжный меч с потёртой рукоятью, который носил за спиной. Клык был скитальцем по натуре: он не мог долго оставаться на одном месте, его вечно тянуло куда-то вдаль, и даже сейчас, лёжа в засаде, он, казалось, мысленно брёл по какой-то далёкой дороге. К этому делу он присоединился не столько из жадности, сколько из любопытства и скуки: Морт обещал лёгкую наживу и небольшое приключение, а Клык не мог устоять перед такими предложениями.

— Тише вы, — прошипел Грим, самый молчаливый из них, и все замолчали.

Грим по кличке «Жнец» был высоким, худощавым мужчиной, но при этом невероятно сильным и выносливым. Его фигура напоминала туго натянутую тетиву лука: казалось, что он состоит из одних жил и мышц, без единой унции лишнего жира. Лицо у него было бледным, почти болезненным, с тёмными кругами под глазами и тонкими, плотно сжатыми губами, а взгляд — пустым и отсутствующим, словно он смотрел куда-то сквозь этот мир в какую-то другую реальность. Одевался он всегда в чёрное: чёрный плащ с капюшоном, чёрная рубаха, чёрные штаны, и двигался так бесшумно, что иногда казалось, будто он не идёт, а скользит над землёй. Грим был самым опасным из них, хоть и самым незаметным: его специализацией было устранение проблем: быстро, тихо и без лишних вопросов. Он не был садистом и не получал удовольствия от насилия, но относился к нему как к работе, которую нужно сделать хорошо. Морт нанял его в последний момент, заплатив половину вперёд из своих сбережений, и Грим согласился, потому что цена была хорошей, а задание казалось простым. Он был где-то на уровне Лиры и уже имел железный ранг, зато было хотя бы понятно, по какой причине он валялся тут вместе со всеми: плата вперед и ещё четверть от награбленного. Да и к тому же: раз Морт по кличке «Скряга» платил столько и вперед, значит дело явно того должно было стоить.

Именно этот крысинолиций собрал их всех здесь, у лесной опушки, примерно в трёхстах метрах от хутора Громова. Он долго вынашивал этот план, собирал информацию по крупицам, выспрашивал у знакомых в тавернах, подслушивал разговоры на рынке. Мол, тут живёт молодой парень с девчушкой без взрослых, лишь пара рабов-зверолюдей представляют опасность. Но на их стороне численное превосходство и внезапность. Да и не будут рабы без особого приказа рваться в бой с ними и рисковать своими жизнями ради своего надзирателя: так он убеждал остальных. А внутри их ждало множество серебра и золота: Морт слышал, что этот молодой кузнец продаёт какие-то дорогие полумагические безделушки через лавку «Эхо Магии» и получает баснословные прибыли, плюс имя «Алая Подкова» была уже в всех на слуху. Да и большая бронзовая конструкция, стоящая прямо у входа на участок (ветряк, который он видел издалека) лишний раз подтверждала, что у хозяина водятся деньги и далеко не малые раз на подобное он выкидывал столько бронзы на ветер: они думали, что это просто такой элемент декора, ведь не знали для чего и чем он служит по факту. Допустим: мельницу можно было бы и поскромнее сделать. В общем, никто не ставит такие дорогие штуки, если у него нет лишних монет.

— Давайте ещё раз пройдёмся по плану, — прошептал Морт, придвигаясь ближе к остальным. — Лира, ты была внутри днём. Расскажи, что видела.

Лира кивнула и, понизив голос до едва слышного шёпота, начала рассказывать:

— Я пришла туда под видом клиентки, заказала у них пару простых подков, — её губы тронула лёгкая усмешка. — За прилавком сидел светло-синий тощий ящер. Ну, знаете, из этих, с вертикальными зрачками и чешуёй. Он был вежлив, но, по-моему, туповат: просто повторил за мной заказ и ушёл в кузню. Потом вышла девушка лет пятнадцати: такая милая, улыбчивая, с косой. Она была приветлива, предложила мне чай, но я отказалась. Она, видимо, за хозяйку тут. Сказала, что они живут одни, без взрослых, и что мастер (тринадцатилетний мальчишка) сейчас работает в кузне с подмастерьями.

— Тринадцатилетний мальчишка? — переспросил Клык, и в его голосе прозвучало сомнение. — И он — мастер?

— Видимо, да, — Лира пожала плечами. — Я мельком видела одну подмастерье — хобгоблиншу. Симпатичная, но скромная и застенчивая, совсем не боец. Пряталась за спиной ящера и боялась даже поднять глаза. В общем, никакой опасности они не представляют. Самого мальчишку я не видела, но, думаю, он такой же — просто ребёнок, который возомнил себя кузнецом.

— А охранники? — спросил Грим, не поворачивая головы. Его голос был тихим и безэмоциональным. — Кто-нибудь ещё есть?

— Я не видела, — призналась Лира. — Но Клык разведал получше.

Клык кивнул и заговорил, продолжая разглядывать звёзды:

— Я поспрашивал в городе. Этот парень, Яр Громов, действительно молод, но, говорят, талантлив. Продаёт артефакты через «Эхо Магии» — это лавка Василия Мельника, знаете такую? И, по слухам, зарабатывает неплохо. Но что важнее: у него на хуторе действительно нет взрослых. Только он, его толи жена, толи сестра — та самая пятнадцатилетняя, — и трое работников: ящер Гракх, полуорк Ург Варг и хобгоблинша Скарлетт. Никакой охраны, никаких наёмников. Только они.

— Полуорк? — нахмурился Грим. — Это может быть проблемой.

— Да брось, — отмахнулся Морт. — Полуорки тупые и медлительные. Мы нападём ночью, когда они спят. Свяжем или оглушим — и всё. Главное — найти, где они хранят деньги. Я слышал, у них есть какой-то сейф или тайник в кузне. Мы проберёмся внутрь, возьмём всё, что ценно, и уйдём до рассвета.

— А если они проснутся? — спросил Грим всё тем же бесстрастным тоном. — Если этот полуорк окажется не таким тупым, как ты думаешь?

— Тогда у нас есть ты, — Морт оскалился в кривой усмешке. — Ты ведь не зря взял свои игрушки Жнец?

Грим ничего не ответил, лишь чуть заметно кивнул, и его рука скользнула к поясу, где висел длинный кинжал с тёмным лезвием, которое, казалось, поглощало окружающий свет.

— Вот и хорошо, — Морт потёр руки. — Значит, ждём. Как только свет в доме погаснет и всё стихнет — выдвигаемся. Помните: первым делом — мастерская. Там должно быть золото, серебро и эти их артефакты. В дом не суёмся без крайней необходимости. Всё ясно?

Остальные кивнули, и они снова замерли в ожидании, вглядываясь в темноту, где вдалеке,