Белое крыло - Анна Дарвага

Когда Габи вернулся на крышу, его познабливало и мутило. Он распушил крылья и подставил их южному светилу. Было достаточно тепло, так что Вальге тоже принимал солнечную ванну, закатав рукава белой блузы.

– Итак! – Вальге обозревал окрестности. – До Волчьей скалы десять минут лёта. Ты в состоянии лечь на крыло?

– Да… Я вполне… – неубедительно отрапортовал он. – Только дай мне полчасика, ладно?

Вальге заулыбался.

– Слушай, я вообще‑то тебя защищал! – с раздражением буркнул Габи.

– Тише-тише! Я тебе признателен, но выглядит это действительно забавно.

– Ладно. Как думаешь, что мы там найдем?

– Полагаю, источник всего этого добра. – Вальге окинул рукой город. – Сверкает, как новогодняя елка.

– Хм! Ты тоже это видишь теперь? – изумился Габи, насколько это позволяло его самочувствие. – Что произошло?

– Не поверишь: я проникся теплыми чувствами. – Вальге попробовал вложить в этот ответ самый ювелирный цинизм, на какой был способен, но у Габи было профессиональное ухо на позерство.

Произошедшее с ними выходило за рамки настроек, заложенных в них при сотворении. Демоны разбираются со злом – держат в узде и платят по счетам. Они должны быть жесткими и циничными. Ангелы призваны культивировать добро во всем, что попадается на их пути. Четкое разделение на черное и белое работало без перебоев. До сих пор. Все яснее Габи осознавал, что скатывался в серую зону. Или, возможно… в Тень?

– Знаешь, тебе не нужно этого стыдиться. Я чувствовал одиночество, отчаяние и ярость, чего по своей природе не должен был испытывать никогда.

– Да, но вас это делает только возвышенными. Нас – уязвимыми.

– И мы становимся беззащитными! Посмотри только, какую дичь мы начинаем творить! – Габи было слишком худо, чтобы лукавить.

– Глубокая мысль. Но ничем мне не помогает. – Вальге развернулся и резко сел на парапет крыши. – Давай к делу. Пока ты отсыпался, я попробовал на этих штуках все, что умел. Мои чары их не берут.

Габи поморщился: тошнота становилась сильнее.

– Мои силы этой штуке тоже как ветерок в мае, – конец фразы слился с вульгарными звуками.

Нутро Габи окончательно запротестовало, и в серии судорог его хорошенько вывернуло наизнанку. На крышу выплеснулись сотни бабочек-лимонниц, и, испуганно брякая слюдяными крылышками, они разлетелись по округе. Габи наконец полегчало.

– Фух! Наконец‑то лучше! Мы должны хотя бы посмотреть, что там в источнике. Как выглядит этот Корень. Понять, что это вообще такое. Я думаю, нам нужно ограничиться документацией факта и потом с этими знаниями пойти к вышестоящим… – Габи задумался. – А ты тоже? Ну… уволился?

– Вроде того. – Вальге затеребил накрахмаленную манжету.

– То есть и тебя тоже могут наказать, если ты придешь обратно после самовольного расследования?

– Наказать? Ну, если ты хочешь сказать, что меня зажарят в большом количестве серы с кинзой и чесноком по вкусу, то да. Если никто не успеет заступиться…

Габи нахмурился и замолчал. Его план казался не особенно удачным – и это мягко сказано. Но другого не было.

– Ладно. Все равно лететь. – Габи поднялся на ноги, взмахнул волглыми крыльями и поднялся вверх. – Показывай дорогу.

Лёта оставалось на десять минут. Заснеженные горы были покрыты щетиной безлистых деревьев. Древняя прозрачная река шуршала по каменному ложу. Вальге и Габи миновали туристические анклавы, заполненные довольными отдыхающими с лыжами наперевес, и отправились еще выше.

Искомое место точно было рядом – всю землю, как покрывало, устилали синие жилы. Светящиеся лианы обвивали деревья, камни и столбы канатных дорог. С волнением Габи подумал, что еще немного – и случится беда, так как зловещие лозы заползли на металлические жгуты, на которых висели десятки кабинок с беззаботными лыжниками.

Вальге сделал поворот, спланировал в сторону от туристической деревни и обогнул один из горных хребтов. Габи последовал за ним и, когда оказался в ущелье, ахнул от изумления и испуга. Они нашли, что искали.

На одном из склонов, над грудой огромных валунов рос синий мигающий кокон, сплетенный из жильных лиан, концы которых прорастали в землю, тянулись вверх, как хвощ, и стреляли мелкой паутиной по окружающим деревьям. Неудивительно, что именно здесь обосновалось это чудище. Когда‑то в доисторические времена люди приходили сюда молиться богам. Древние хорошо знали, что Волчья скала необычная – на этом клочке гор сходились вихри подземных и небесных сил, и каждое сказанное здесь слово преображалось в заклинание. И в этой точке располагался один из истоков Рек слепой печали, в которых Корень растворил свою заразу и распространил по всей земле.

Синий мицелий свисал с деревьев шматами слизи. Сплошной ковер лежал на камнях, корнях, каждой коряге в ущелье. Невиданная дрянь заполонила все пространство, а из-за мерцания, пульсировавшего на ветвях – от самых толстых побегов до каждой былинки, – казалось, что синяя масса дышит и шевелится.

Когда Габи и Вальге слетели вниз, чтобы приблизиться к кокону, все щупальца, ветки и побеги вздрогнули, мерцание стало ярче, свободно висящие кончики синих лиан поднялись, будто стараясь прикоснуться к незнакомцам.

– Эта штука нас чувствует, – констатировал Габи.

– Осталось только понять, насколько она способна разделаться с нами, пока мы не поняли, как разделаться с ней.

Кокон был свернут из массы корней, но у самой маковки виднелась плоская часть, покрытая шрамами, которые напоминали несколько сомкнутых глаз. Вальге подлетел поближе.

– Корень спит. Самое время что‑то предпринять. – Вальге уже размахнулся, чтобы выстрелить по дремлющему существу какими‑то чарами, но Габи вцепился ему в руку.

– Стой! Мы знаем, что наши способности не работают даже на его отдаленных побегах. Сам Корень нам не одолеть, можем только разозлить.

– Что ты предлагаешь?

– Я отошлю сообщение в Министерство с координатами. Пусть думают, что делать! – с вызовом рявкнул Габи.

– А если они не знают? – уточнил Вальге. – Они его даже не видят!

– Ну если они не знают, значит, нам точно лезть не стоит! – Из прежней понятной жизни ангел помнил о своем незначительном месте в иерархии.

Вальге только поднял брови домиком в знак откровенного сомнения, но отлетел от Корня подальше и разлегся на воздухе в вальяжной позе. В это время Габи настрочил депешу и отправил ее Константину. И они стали ждать ответа. Прошла пара часов. Ничего не изменилось.

– Я предлагаю тебе отправиться из этого зловещего инфицированного места в пристанище каких‑нибудь горнолыжников. – Ангел понял, что Вальге приложил усилия, чтобы звучать непринужденно, будто ему захотелось кружечку глинтвейна. Однако за этим хорошо различалась нервозность от нездорового любопытства синих ветвей.

Габи ничего не сказал. Он был сильно разочарован, что прошло уже столько времени, а ответ так и не пришел. Может, они там думают, что он сумасшедший? Но он