Кто правит миром. Том 1 - Цин Линъюэ

Хань Пу, съев дикую грушу, набрался немного сил и, наклонившись к огню, подул:

– Фу!

– Недостаточно, еще сильнее! – сказала Фэнси, поворачивая фазана. – Если огонь не станет сильнее, тебе придется грызть кости.

Зная, что Фэнси всегда выполняет свои угрозы, Хань Пу быстро глубоко вдохнул, направил дыхание в даньтянь, затем изо всех сил выдохнул:

– Фу!

Бум!

Хворост и пыль взлетели в воздух, черная зола посыпалась вниз, покрывая головы, лица и одежду обоих.

Фэнси вытерлась, и ее белое лицо стало черно-белым. Она открыла глаза и процедила сквозь зубы голосом холодным, как осенний иней:

– Хань Пу!

– Я не нарочно! – Хань Пу тут же согнулся и побежал в кусты, и в этот момент он двигался явно быстрее дикого кролика.

– Стой! – Фэнси бросилась за ним, но в густых зарослях уже не было и следа мальчика.

Хань Пу прятался в кустах, медленно перемещаясь из страха, что малейшее неосторожное движение выдаст его Фэнси. В сотый раз он пожалел, что не пошел с Черным Фэнси – по крайней мере, перед смертью тот накормил бы его досыта.

Шорох!

Сзади раздался легкий звук – Фэнси приближалась! Он вскочил и рванул вперед, используя все свои скромные навыки скоростного перемещения в пространстве.

Дзинь! Позади него раздался звук, острый и хищный, словно оружие рассекало воздух.

– Я не нарочно, в следующий раз я буду осторожнее! – жалобно кричал Хань Пу.

Но звенящий свист за его спиной становился все ближе, затылком он уже ощущал холод.

Неужели она настолько безжалостна? Хань Пу в панике обернулся, и увиденное перепугало его до полусмерти!

К нему несся ворох бесчисленных снежинок, смешанных с острыми иглами, словно маленькое кровожадное облако. Не успел он даже восхититься красотой снежинок, как иглы уже приблизились к его коже, пронизывающий холод охватил его, и мальчик закрыл глаза, успев лишь крикнуть:

– Сестра, спаси меня!

Прошло много времени, но боль от пронзающих тело лезвий так и не пришла, даже холод значительно уменьшился. Вокруг, казалось, было очень тихо. Хань Пу осторожно приоткрыл глаза и тут же почувствовал, как дыхание застряло в горле.

Сверкающее острие меча замерло в цуне от его шеи. Подняв взгляд выше, он увидел, что в двух цунях от кончика меча клинок сжимали пальцы, покрытые черной золой. В отличие от этих измазанных дочерна пальцев рука того, кто держал меч, была другой – белой, тонкой, нежной. Она высовывалась из такого же белого и тонкого рукава. Наконец взгляд Хань Пу уперся в лицо нападавшего, и оно тоже обжигало своей белизной.

Это лицо было чистым, как снег, красивым, как снег, холодным, как снег, и хрупким, как снег, – казалось, что если слегка щелкнуть по нему, оно разобьется или растает.

– Ты оцепенел от страха? – у уха Хань Пу раздался слегка насмешливый голос Фэнси.

– Сестра! – Хань Пу очнулся и взволнованно обнял Фэнси. Весь холод мгновенно рассеялся, а его прыгающее сердце вернулось на место.

– Хм, – тихо ответила Фэнси, ее глаза были прикованы к человеку перед ней.

Мужчина это или женщина? Кроме лица, все прочее указывало на то, что это мужчина – будто бы вылепленный из снега и льда!

У этого человека волосы и одежда были белыми как снег, и кожа была белоснежной, а его глаза – прозрачными и холодными, как чистый лед, и держался он равнодушно и холодно. Черными были лишь его острые брови, доходящие до висков.

Интересно, так ли этот красивый, подобный зимнему изваянию человек хрупок, как снег?

Как только у Фэнси возникла эта мысль, она подняла левую руку и щелкнула пальцем по лезвию меча. Раздался звон, лезвие задрожало, рука человека в белом, держащая меч, дрогнула, но он продолжил крепко его сжимать. Его холодные, как снег, глаза пристально смотрели на нее, и в его зрачках появился странный светло-голубой оттенок.

– Ой? – Фэнси тоже была удивлена. В этом щелчке она использовала пятьдесят процентов своей силы, полагая, что драгоценный меч человека в белом непременно вылетит из его рук, но тот удержал оружие – похоже, его боевые навыки были неплохи.

Однако человек в белом был еще более потрясен. Эта женщина, покрытая пылью, с лицом, вымазанным черной золой, грязная, как деревенская простушка, только что вылезшая из ямы, с такой легкостью, буквально двумя пальцами остановила удар его меча, нанесенный в полную силу, а сила ее щелчка заставила его пальцы онеметь. Если бы он не использовал всю свою внутреннюю мощь, драгоценный меч, вероятно, вылетел бы из его рук.

Кто она? Когда в мире боевых искусств появилась женщина с такими выдающимися навыками?

– Я отпущу, а ты уберешь меч? Или… – Фэнси наклонила голову, глядя на человека в белом, уголки ее губ изогнулись в легкой улыбке, хотя на чумазом лице эта улыбка выглядела довольно комично. – Или… я сломаю его?

Как только она произнесла эти слова, в его взгляде появилось нечто зловещее, а светло-голубое сияние зрачков разгорелось, напоминая теперь синее небо над снежной равниной. Она чувствовала, как от всей его фигуры исходит угроза, он словно готов был в любую минуту ее атаковать. В тот момент он казался воином на поле боя, готовым убивать.

Какой гордый человек! Она не могла не восхищаться в душе.

Глава шестая. Обещания утром и вечером – будет ли им срок?

– Убери меч.

Внезапно позади Фэнси раздался чей-то голос, тихий, но властный. Словно король отдавал приказ своему подданному.

Услышав это, человек в белом тут же утратил весь свой боевой пыл и повернул запястье, пытаясь отвести меч и отступить, но не смог сдвинуться с места.

Кончик меча все еще был зажат в пальцах Фэнси. Он нахмурился и снова попытался вытащить меч, но по-прежнему не смог сдвинуть его ни на йоту. В этот момент голубое мерцание в зрачках человека в белом, которое только что потухло, вспыхнуло с новой силой. Он впился взглядом в Фэнси, словно очень хотел вытащить меч и сражаться, но с трудом сдерживался.

– Не могла бы барышня тоже отпустить? – снова раздался тот голос, все еще спокойный, но властный. Он словно приказывал, однако это совершенно не раздражало. Казалось, тот человек был таким от природы.

– А что, если не отпущу? – спросила Фэнси, не оборачиваясь.

– Сестра? – Хань Пу потянул ее за рукав.

– Что нужно сделать, чтобы барышня отпустила? – снова раздался голос, теперь уже с ноткой любопытства.

– Извиниться, – тихо сказала Фэнси, глядя на человека в белом.

– Хм? – Голос позади Фэнси, казалось, нашел это