"Фантастика 2026-43". Компиляция. Книги 1-21 - Павел Смолин

— Простите, — только и оставалось извиниться мне.

— Да за что⁈ — всплеснула руками тетя Лида. — Ты-то причем? Это эти… эти… Сволочи! — подобрала максимально оскорбительное для интеллигентной (в хорошем смысле, конечно) себя. — Как что случится, так никто и не почешется помочь, а теперь от зависти грибы надувают и молятся на то, чтобы ты Катюшку бросил, чтобы потом великодушно посочувствовать!

— Сволочи! — подтвердила Катя. — Помнишь как Володя в четыре годика заболел?

— Помню, — насупилась Лидия Геннадьевна и пояснила для меня. — Порок сердца у Володи был. Врачи говорили — само к переходному возрасту пройдет, совсем, мол, не опасно. А в четыре годика обострилось, пришлось в Германию лететь, операцию делать, мы тогда кредитов набрали сколько смогли, но все равно не хватило. По друзьям и знакомым ходили занимали, уже думали квартиру продавать, и слава богу, что хоть трое помочь смогли — Каменевы, Дейкины да Ковровы. Остальные руками разводили да глаза прятали — никак, мол, помочь не можем. Но я их не виню, — смутилась Лидия Геннадьевна. — Они же не обязаны, и своих проблем у них хватает. Просто обидно очень, что сейчас вот так… — шмыгнув носом, принялась промокать глаза платочком.

— Как бы там ни было, Катю я бросать вообще не хочу, и это как будто взаимно, — заверил я.

— Я тебе дам «как будто»! — возмутившись, показала мне кулачок невеста.

— Я тоже тебя люблю, — улыбнулся ей я.

— Живите, детки, — умиленно шмыгнула носом Лидия Геннадьевна. — Ну их всех к черту! — ожесточенно вытерла слезинку и повторила. — Просто обидно очень, столько лет друг к дружке в гости ходили, а они… — подавленно замолчала.

— Это Танька всё, — вдруг заявила Катя.

— Пекарская-то, которая с тобой учится? — спросила теща.

— Да. Я ее, видишь ли, с миллионером не знакомлю, вот она своим и напевает про то какая я шлюха, а они и рады дальше понести. Мы теперь богатые, вот они и злятся.

— Мы — не замена, — мягко заметил я. — Мы с вами в одном месте не жили, в гости друг к дружке не ходили, но прошу вас, теть Лид — помните, что теперь у вас есть очень большая и очень дружная семья.

— Вы — не замена, вы — семья, а это гораздо важнее, — улыбнувшись сквозь слезы, ответила Лидия Геннадьевна. — А те, кто нас за глаза помоями поливает, пусть подальше катятся! Не настоящие они были, значит, и от этого настоящие только ценнее становятся. Спасибо Таньке на самом деле, помогла разобраться кто есть кто.

— Правильно, — одобрил я. — Злиться и обижаться вообще не нужно — оно себе во вред идет.

— Твоя правда, Ванюша, — согласилась теща.

Жаль, что понимать и воплощать на практике — совсем разные вещи.

Раздался звонок в дверь, и китайский дворецкий (в таком домище без дворецкого никак) пошел открывать. Гость, стало быть, желанный или хотя бы с правом доступа в дом — иного бы охрана на территорию не пропустила.

— Володя вернулся наверное, — засуетилась Лидия Геннадьевна. — Хорошо, что он здесь будет, хоть не узнает как нас бывшие друзья ненавидят. Пойду-ка на стол… — начав подниматься, опомнилась и хихикнула. — Ой, привычка!

Мы с Катей посмеялись — забыла тёща, что тут повар, официант и прочие работники имеются. Скоро прикатят прямо сюда, в гостиную, столик со вкуснятиной.

— Ну что, как тебе Цинхуа? — сработала на опережение Катя, не дав заглянувшему в гостиную Вове сказать и слова.

— Отпад! — коротко ответил он. — Препод классный, настоящий китаец, в Москве учился. Щас умоюсь и приду, расскажу все, — пообещав, скрылся в коридоре.

Вову мы «переехали» в Китай, два годика будет ходить на языковые курсы, а потом поступит в Цинхуа. Жаль, что остальную родню в лице тестя в Китай перетащить не получится, он из родной Сибири никогда и ни за что не переедет.

В телевизоре тем временем наступил финал чемпионата пастушьих собак, и отец приготовился побороться за элитных козлов. Удачи тебе, Ван Дэи!

Глава 9

Самолет нес нас в провинцию Гуанчжоу, и сидя в кресле напротив Вовы Оюна я предавался сожалениям:

— Величайший позор! Всё, что я так долго строил, все мои победы и кубки… — вздох. — Мой отец своим позорным вторым местом разрушил всё!

— Ты серьезно⁈ — выпучил на меня глаза Вова.

— Шучу конечно! — хохотнул я. — Папа молодец, и я надеюсь, что в следующем году он попробует снова. Если потренируется, имеет все шансы победить.

От легкого подкола, правда, не удержался — купил Ван Дэи пять элитных козлов, типа утешительный приз.

— Волнуешься? — спросил я, увидев, что Вова как-то подозрительно ерзает в белом кресле.

— Немного, — соврал он, подумал и решил больше не врать. — Я же не спортсмен, как ты. У меня нет вот этого вот победить любой ценой. Ты-то даже больной на финале в Лондоне победил. Я бы никогда так не смог, — повесил голову и покраснел ушами.

С детьми не угадаешь — даже самые лучшие в мире родители порой проигрывают природной предрасположенности отпрыска к чему-то конкретному и врожденным чертам характера, которые выражаются в гормонах и нейромедиаторах. Воспитание, безусловно, очень важно, но «хищника» из мальчика с невысоким уровнем тестостерона не вырастишь как не пытайся. Это не хорошо и не плохо, это просто так есть.

— Миру нужны все, — ободряюще улыбнулся я ему. — И те, кто по головам идти способен, и те, кто совсем придурошных «ходоков» приземлять будет, как твой папа, и те, кто спокойно будет переливать научные штуки из пробирки в пробирку в недрах лаборатории или штамповать промышленный продукт. Вот последние, на мой взгляд, самые важные, потому что всем этим вот, — я обвел руками окружающее пространство. — Мы обязаны именно им. Без незаметного труда способных к созиданию людей мы бы до сих пор жили в пещерах и иногда били друг дружку дубинами по головам.

Вова хохотнул, на глазах возвращая уверенность в себе. Комплексы-то легко лечатся, достаточно не давить на их носителя и иногда говорить «ты — молодец». Вон живой пример через проход сидит, натуральный качок