Металлический вкус космоса. Пенталогия в одном томе - Юрий Корнеев

сверстниками пообщается. Сообщил о своём решении своей большой семье, удостоился кучи поцелуев. Пока ещё было время, предложил Линде закупить несколько комплектов мини-разведдронов, так им будет намного удобней наблюдать за своими сериалами. Линда с девчонками сразу загорелись и обо мне тут же забыли. И о празднике тоже. И это хорошо. А то ведь набухаются, а вдруг срочно улетать понадобится? Пока я их в порядок приведу – сколько времени пройдёт?

Утром загрузились в свою грузопассажирскую платформу и отправились всем табором на станцию. За охрану корабля отвечал искин: он распределил дроидов-абордажников по всему ангару, и теперь к кораблю хрен кто приблизится. А учитывая дроидов Джоре, он роту абордажников сдержать сможет.

Поплатформу оставили на стоянке у торгового центра. Я, вообще-то, хотел взять нашу небольшую пассажирскую платформу, её можно припарковать где угодно, но меня всё-таки уговорили взять грузопассажирскую. Ага, посмотрят они только и померяют! Хотя девчонок понять можно: они ведь впервые получили, можно сказать, на руки столько денег, и теперь им очень хочется их потратить. Раньше денег у них не было никогда, вообще – за них платили я или Линда. Не думаю, что дома, на Паоле, у них были какие-то деньги, иначе бы они не попали сюда. А вот теперь деньги руки жгут. Представляю, сколько никому не нужного барахла они наберут.

Девчонки рванули в торговый центр, а мы с малышкой пошли в парк. Там нашёл детскую площадку и отправил Анну к сверстникам. Сам уселся на скамейке и стал за ней наблюдать. Минут через пять ко мне присоединились две женщины, которые тоже привели сюда своих чад. Разговорились. От них узнал, что только отгремела война с Арваром. Правда, до их станции военные действия не докатились, флоты где-то на границе рубились, но всё равно было тревожно. Сейчас у империи конфликт с каким-то королевством, но это вообще далеко от них, так что совсем не интересно. Вот Арвар – это да, мерзкие рабовладельцы, всё время к нам лезут. Хорошо, что наши доблестные войска их дальше границ не пускают. И всё в таком же духе. Потом узнал цены на различные услуги на станции. На разные, вплоть до интимных. А потом женщины стали посматривать на меня с определённым интересом, и одна даже предложила пройти всем вместе к ней домой – она тут совсем рядом живёт – и продолжить наше знакомство в более интимной обстановке. И так это спокойно. Муж мол на работе, а когда вернётся, с удовольствием к нам присоединится. Сослался на занятость и отказался. Позвал Анюту и пошёл с ней на выход из парка. Надо же, а вроде такие приличные женщины. Да ещё и с детьми. Тьфу.

До выхода из парка дойти не получилось: впереди на аллее показалась группа из шести мужиков, довольно подтянутых и спортивных. Хотя, здесь все такие. Обернулся: позади ещё четверо идут. Интересно, именно меня ждут или кого бог пошлёт? Похоже, именно меня. Наверняка этот козёл из миграционного центра навёл. Ну а что? Если за какую-то ерунду одиннадцать миллионов отвалил, то денег, значит, много, отдавал ведь не последние.

И что делать? Был бы один, рванул через парк, и хрен бы меня догнали, а с малышкой не получится. Развернулся и пошёл назад. Может, прорвусь к детской площадке: там полно народу, там уж меня точно не тронут. И оттуда полицию вызвать можно. Хотя тут, насколько я помню, полиция на такие вызовы не реагирует. Но всё равно придумаю что-нибудь. Не получилось. Четверо заступили дорогу.

– Не спеши. У тебя, говорят, денег полно, так что придётся поделиться. Если не хочешь остаться без рук и ног. Да и с девчонкой мы твоей можем позабавиться, люблю таких мелких.

И он протянул руку к Анне. Тут меня и накрыло. Показалось, что у меня из груди вырвались четыре щупальца, пронзили грудь всех четверых, и сердца всех четверых превратились в смятые комочки плоти. Развернулся. Шесть человек находились шагах в десяти от меня. На лицах – недоумение и непонимание. Вот один из них рванул в кусты. Другие не успели сделать ничего. Мне даже щупальца не понадобились. Я просто представил, как такое щупальце сжимает их сердца, и из сердец вниз стекает какая-то густая красная жидкость. Это как когда-то я посуду мыл: сжимаешь губку, и из неё вниз сливается вода.

Кто-то подёргал меня за штанину. Я очнулся. Рядом стояла Анна.

– Папа, а почему дяди все упали, а один убежал?

– Дяди устали и решили отдохнуть. А один дядя ещё не устал и захотел побегать. Пойдём, малыш, нас твои мамы уже, наверное, заждались.

Подхватил её на руки и, переступая через лежащие тела, рванул на выход. По пути связался с Линдой и объявил боевую тревогу. Сбор немедленно у нашей платформы.

Быстрым шагом добрался до платформы. Чёрт, никого. Не дай бог, и их прихватили. Но нет: через пару минут показались и они, увешенные сумками и пакетами. А за ними плыла гравитележка, забитая теми же пакетами. Покидали всё быстро в грузовой отсек и помчались в арендованный ангар. Платформу даже разгружать не стали, прямо на ней залетели на лётную палубу. Пока летели к ангару, связался с искином и приказал ему готовить корабль к немедленному отлёту, так что с полётной палубы сразу направился в рубку.

Улетели со станции довольно спокойно: разогнались, я попрощался с диспетчером и рванул в сторону дикого космоса. Я не обольщался: моя выходка без внимания не останется, а трупаки наверняка уже нашли. Не думаю, что на этой аллее много камер, а если они и есть, то кто-то их наверняка отключил: ведь не зря же меня встретили именно там. Скрутили бы и утащили в кусты, а там можно делать всё что угодно. Но на короткое время видеонаблюдения точно не было: как я расправился с этой компанией, никто не видел. Если не считать сбежавшего. Его, конечно, найдут – не такая уж трудная задача – и поспрашивают как следует. Хотя что тут спрашивать – и так понятно, что работал псион: девять трупов, и у всех одно и то же повреждение. Так что к вечеру, край – к утру, у СБшников станции будет ясная картина произошедшего. В принципе, согласно местным законам, мне предъявить нечего: попытку ограбить меня я зафиксировал, так что защищаться имел полное право. Но если бы я им голыми руками шеи посворачивал, то никто бы мне никаких претензий не предъявил. Перестрелял бы их из игольника – тут