Ясное сердце - Кейт Ченли

– Я вручаю третье ли-ву победителю, принцу Джие, – объявляет король. – Надеюсь, вы не против, старейшина.

– Вам решать, как поступать с вашим ли-ву, ваше величество, – отвечает Хансинь.

По толпе проходят шепотки, как восхищенные, так и тревожные. Рейфень даровал Джие легендарного скакуна, подобающего монарху, и тем самым взбаламутил политические воды.

Джие подходит к клетке на колесах. Беорнский скакун встает на дыбы и бьет мощными копытами. От этого деревянный пол скрипит, а колеса крутятся. Слуги вздрагивают, но Джие лишь останавливается в паре шагов от коня и смотрит ему в глаза.

– Однажды ты будешь принадлежать мне, – громко произносит Джие и переводит взгляд на меня.

Мое сердце переворачивается в груди. Он что, хочет меня «приручить»? Ну уж нет. Я не буду принадлежать вам, принц Джие, и никому другому.

– Пожалуй, на сегодня волнений достаточно, – говорит Рейфень, и аристократы отвечают ему благодарными смешками. – Прошу, присоединитесь к нам за ужином, старейшина Хансинь.

Мы идем обратно к залу, и я ловлю взгляд Хансиня, когда тот проходит мимо. Он не кажется ни обозленным, ни разочарованным, но на его губах играет хищная ухмылка, как у охотника, который загнал в угол свою добычу, и зубы блестят, словно заточенные клыки.

Глава пятнадцатая

Я неохотно снимаю и откладываю свой кулон, чтобы быстро принять ванну в гостевых покоях. И после мытья сразу надеваю его снова.

Маи и одна из служанок при дворце помогают мне переодеться в синее платье и поправляют мою прическу. Маи, будто птичка, все щебечет о том, как изумительно я себя показала на скачках.

По пути в столовую я надеюсь перехватить Джие, но его нигде не видно. У входа служанка уходит, и мы с Маи остаемся вдвоем. Я смотрю на нее, и она бледнеет:

– Пожалуйста, простите меня, госпожа. Мне не следовало принимать подарок без вашего разрешения. Больше я так не поступлю.

– Столица – опасное место, Маи. Мне необходима твоя помощь. Я в тебя верю и надеюсь, что это не изменится. Прислушивайся к моим советам и не позволяй себе слепо доверять ни членам королевской семьи, ни аристократам.

Она кивает, как цыпленок, клюющий зерно. Что ж, на сей раз этого достаточно.

Уже без Маи я ступаю в обширную столовую с высоким сводчатым потолком и разноцветной мозаикой на полу. Десятки ламп освещают стены из мрамора с золотыми жилами.

Большинство аристократов уже устроились за двумя длинными столами. На платформе, за главным столом, беспечно о чем-то переговариваются Рейфень и Лан, а остальные члены королевской семьи и старейшина Хансинь сидят вокруг.

Рен замечает меня и сразу подходит ко мне с улыбкой:

– Я рад, что вы целы, Миньсин. Надеюсь, вам помог мой талисман.

Он кажется таким искренним, что мне почти стыдно за то, как я надругалась над его фамильной реликвией. Но я вовремя вспоминаю истинное лицо принца и прижимаю ладонь к груди, принимая виноватый вид:

– О, Рен, мне так жаль! Похоже, он потерялся в схватке…

Его глаза вспыхивают ярким пламенем, а губы сжимаются в тонкую белую полосу.

Что ж, подольем еще масла в огонь.

– Я с радостью компенсирую вашу утрату. Наверняка талисман был очень ценный. Назовите свою цену, – умоляю я.

Он с такой силой сжимает челюсти, что зубы могут покрошиться. Давай, Рен, отбрось самообладание. Было бы чудесно.

Он выдавливает из себя кривую улыбку:

– Это всего лишь несчастный случай, Миньсин. Прошу, не будем портить нашу дружбу деньгами.

В прошлой жизни я бы восхитилась его великодушием, но теперь знаю, как глубоко скрыты его истинные чувства и как он на самом деле страшен.

– Благодарю, Рен.

Он сухо кивает:

– Поговорим позже, Миньсин.

Мне предлагают почетное место рядом с Юнли, напротив Джие, Хансиня и Рена. С другой стороны сидят Кай с мрачным видом и Вен с кислым лицом.

Слуги в яркой униформе, маршируя подобно солдатам, разносят по столам мраморную говядину, глазированную оленину, печеную свинину, жареную рыбу и хрустящих креветок. Все блюда украшены ободком из орехов, зелени и гороха. На десерт подают фруктовые кексы, политую медом выпечку, кокосово-рисовые шарики и булочки с самыми разными начинками, от свинины до сельдерея. Наместники вместе со своими помощниками разливают по бокалам рисовое, красное и янтарное вино из белого винограда. Кульминация пира наступает, когда выносят роскошного павлина, сваренного в собственном соку и украшенного его же перьями.

– Я не сомневалась, что вы победите, – говорит Юнли и поднимает за меня бокал.

Я отвечаю ей тем же:

– Спасибо, что верите в меня, ваше высочество.

– Я слышала отчет дворцовых стражников. Просто поразительно, как умело вы обезвредили Лафне. Где вы научились так драться?

– Я тренируюсь со своей телохранительницей. Она способна одолеть сразу несколько противников в битве на мечах.

– Это с ней вы ходили в оружейную лавку? Она выглядела сильной и ловкой.

Я киваю:

– Вы тоже приходили за чем-то конкретным, ваше высочество?

– Нет, мне просто было любопытно. Я долго умоляла отца позволить мне посещать подобные места. Он разрешил, но под одним условием. Я должна наряжаться мужчиной и никуда не ходить без стражи. Поэтому вы меня впечатлили, когда зашли в магазин уверенной походкой, в своем женском наряде. Мне даже стало завидно. А потом вы преподали урок алчному продавцу, и я подумала: нет, надо обязательно познакомиться с этой девушкой. Но вам бы показалось странным, если бы я спросила ваше имя в моем мужском образе, – со смехом говорит принцесса.

Я расплываюсь в улыбке:

– Я рада, что нам снова удалось встретиться и помочь друг другу, ваше высочество.

– Прошу, зовите меня Юнли. Знаете… Я всегда мечтала о такой подруге, как вы, – добавляет она после небольшой паузы.

Я гляжу на нее, разинув рот. Мне очень нравится Юнли. Она уверенная в себе, настойчивая, умная. Но я должна следовать своему же совету и не доверять членам королевской семьи лишь по поверхностным впечатлениям. Однако на данный момент ничто не мешает мне принять ее добрые намерения. Наши бокалы соприкасаются с хрустальным звоном.

– За начало нашей дружбы, Юнли, – объявляю я.

Она искренне смеется:

– За нашу дружбу.

Мы отпиваем вина, и принцесса заговорщически шепчет:

– Джие каждые секунд десять на вас поглядывает.

Я едва не давлюсь вином:

– Откуда вы знаете? У вас всего одна пара глаз.

– Поверьте мне на слово.

Покосившись на Джие, я вижу, что он увлеченно беседует с Хансинем. Видимо, я его недооценивала. Наверняка