Балаклава Красная - Виктор Карлович Старицын

ошеломленные и обрадованные ополченцы, сначала малыми группами, а потом и толпами, опасливо посматривая на грузовики, пошли мимо них к дороге на Херсон. Через четверть часа последние стратиоты скрылись за поворотом дороги. Обозники ушли тоже, оставив повозки.

— А все-таки, напрасно мы не представились посланцами богов. — Подойдя к Фрегеру и Белобородько, заметил Греков. — Посмотрите, какое впечатление мы на них произвели! А так мы бы еще больше их впечатлили, заявив о нашей божественной сущности.

— Еще не поздно, — ответил Председатель Президиума. — Мне даже наше выступление от имени цезаря идет «против шерсти».

— Ну, тут у нас даже выбора не было. По их менталитету присягу республике они бы просто не поняли. Здесь и сейчас присягают только персонам: императору, кагану, царю или князю.

— Это я понимаю, но все равно, противно это мне, как коммунисту.

— С волками жить, по-волчьи выть, товарищ Председатель Президиума.

— А это мы еще посмотрим. Может, это им придется по нашему выть.

Воины регулярных тагм уже стали надеяться, что их тоже отпустят. Однако, их ожидания не оправдались. Божественной силы глас приказал всем друнгариям тагм и кентархам сотен подойти к разрыву в частоколе. Раненых приказал поднести к этому же месту. Остальным приказал сесть на землю.

Командиры херсонцев подошли к указанному месту. Там их встретил человек, представившийся тагмархомреспублики. Это был каплей Опарин. Через переводчика он приказал пленным положить раненых на подогнанные к проходу повозки. Раненых повезли в медсанчасть Морской школы и в медсанчасть пограничников. Верховых лошадей приказали завести за частокол, где их принимали курсанты.

Сотникам приказал вместе со своими подчиненными построить два укрепленные лагеря рядом с частоколом по ромейским военным уставам. Каждой сотне назначили конвой из отделения курсантов с винтовками и повели на вырубки за заготовленными там бревнами. Пленным выдали лопаты и топоры, чтобы острить бревна.

Два уже готовых участка частокола становились одной из сторон двух будущих лагерей. Периметр лагерей наметили кольями, отмерив с внешней стороны частокола два прямоугольника размером 100 на 200 метров. По трем другим сторонам пленным надлежало построить из бревен частокол, огородив таки образом территорию лагерей, оставив по одному входу. Эти лагеря и должны были стать лагерями для военнопленных. Президиум намеревался и в дальнейшем использовать их на работах.

Как пояснили ученые, римские военные укрепленные лагеря имели стандартизованную планировку. В лагерях предусматривались продольная прямая улица и поперечные переулки, вдоль которых устанавливались палатки для воинов. В лагере предусматривались отхожие места, пищеблоки и даже плац для построений. Палатки, котловое имущество, посуда и шестидневный запас продуктов для пленных обнаружились в трофейном обозе. Солому для постелей пообещали подвезти позднее. А для костров пленные набрали сучьев на вырубке.

Почти 1200 здоровых мужиков оказались мощной строительной силой. К ночи оба лагеря были огорожены частоколом и обустроены. Палатки в них тоже были поставлены. В одном лагере разместили катафрактариев, трапезитов и скутатов. На ночь пленных завели в лагерь и выставили караулы. Второй лагерь подготовили для размещения пленных моряков. Они до сих пор сидели в бухте на своих кораблях.

Утилизацию убитых лошадей организовали так же, как и в прошлый раз, с привлечением жителей Ямболи. Поработав, каждая семья обогатилась на лошадиную шкуру, ногу и на несколько голов. Кроме того, им досталась одежда и обувь, снятая ими с похороненных византийцев. Все ямболийцы внезапно разбогатели. Даже кузнец Василий, сильно занятый выгодным ремонтом доспехов, отправил своих домочадцев на захоронение трупов и обработку шкур убитых лошадей.

Курсанты собирали трофеи и отвозили их конными повозками на места складирования до самой темноты. Подсчеты показали, что в плен попали 1243 воина. Плюс к тому, 78 раненых пленных попали в лазарет. Как и в прошлый раз, врачи взялись лечить только легко раненых. Безнадежных положили в палатки, поставленные на месте сражения. Было взято в трофеи 570 здоровых лошадей и полсотни пароконных повозок.

Дозорный катер у Херсона утром заметил выход двух больших галер в сторону Балаклавы. Оставаясь не замеченными, моряки сопроводили галеры до входа в бухту. А тут их встретил сам Родионов с двумя катерами. Большие двухсот тонные галеры с двумя рядами весел — биремы оказались набиты лучниками. Для того, чтобы вынудить их сдаться пришлось трижды открывать огонь из пушек и пулеметов. Только после этого галеры сдались. Тем не менее, серьезных повреждений галеры не получили. Родионов был доволен. Двести тонн порожнего водоизмещения, это уже не мало. На борт галеры могли принять до полутора сотен тонн грузов и до 300 человек. После доработки из них могли получиться отличные войсковые транспорты. В плен на галерах сдались 180 моряков и 140 лучников. Всего в плену уже оказалось более 8 сотен византийских моряков, не считая лучников — стратиотов.

Вооруженные силы республики одержали блестящую победу, не понеся в этом сражении никаких потерь. Совсем никаких!

Глава 9

Херсон

Друнгарию трапезитов Сарториусу повезло. Он и раньше был по жизни везунчиком. В сражении с войском цезаря Балаклавского из восьми начальников воинских сил Херсона выжили только двое. Он сам и раненый друнгарий 1-й тагмы скутатов Галдориус. Это, конечно, не считая друнгариев стратиотов. Стратиг Херсона, два тагмарха и трое друнгариев были убиты дьявольским оружием пришельцев. Второй друнгарий трапезитов Стефан погиб еще раньше, вместе с двумя сотнями своих воинов.

Тагма трапезитов, усиленная сотней воинов погибшего Стефана, была назначена стратигом Серапионом в резерв херсонского войска. Согласно диспозиции, резервная тагма расположилась в полусотне шагов за ставкой стратига в ожидании его приказов. Поэтому, Сарториус в деталях рассмотрел весь ход сражения. Собственно говоря, никакого сражения и не было. Было избиение грудных младенцев злыми взрослыми дядями. Причем, в роли младенцев выступали херсонцы.

Стратиг совершенно верно, на взгляд Сарториуса, определил уязвимые пункты оборонительной линии противника. В разрыв недостроенной стены он нацелил главные силы — тагму катафрактариев и все три тагмы скутатов. Атаку главных сил поддерживали четыре тагмы лучников. Шесть тагм стратиотов должны были обойти стену с флангов по склонам гор через виноградники.

Однако, красивый в военном отношении замысел стратига реализовать не удалось. Захватчики применили поистине чудовищные колдовские боевые машины.

Стоило только войску Херсона пойти в атаку, как на наступающие тагмы обрушился дьявольской силы вой. Такого устрашающего звука Сарториусу слышать не приходилось никогда в жизни. Казалось, за стеной завывает огромное злобное чудовище — многоголовый дракон. Или стая драконов. От этого звука шевелились волосы под шлемом, стучали зубы, подгибались колени и даже звенели одна о другую пластинки доспеха. Вой налетал волнами, то усиливаясь, то ослабевая. И это,