7 дней до катастрофы - Константин Николаевич Буланов

немногословно говорит Дворкин. — Я бы на их месте тоже… роптал, — не сумев подобрать правильного слова, сыграл он той интонацией, которой было произнесено последнее слово. — Как там, кстати, движется расследование хищений и злоупотреблений при реконструкции аэродрома в Барановичах? — тут же уточнил командующий у своего главного контрразведчика, вынужденного заниматься ещё и борьбой на данном фронте.

Конкретно этот аэродром, как и ещё несколько площадок, начали переделывать и расширять ещё в прошлом году. Однако процесс изрядно затянулся по времени. И вот, наконец, случилось счастье. В первый день июня его вновь ввели в строй, собираясь сделать центральным местом базирования для новой 60-ой истребительной авиадивизии, окончательное формирование которой тормозилось лишь отсутствием техники, тогда как все структуры управления и даже пилоты уже сидели на низком старте.

Плюс там уже вовсю обживался один из двух отдельных разведывательных авиаполков ЗОВО, поскольку именно неподалёку от Барановичей был построен многоэтажный подземный бункер запасного командного пункта штаба округа.

Вот указанные авиаторы и должны были обеспечивать самое высокое военное начальство, как свежей разведывательной информацией, так и защитой от вражеских бомбардировщиков.

Но сколько же грязи вскрылось, когда на него в марте месяце заявилась ревизионная комиссия в лице заместителя Копца и собственно начальника контрразведки округа.

— Трое уже осуждены. По остальным фигурантам пока что идёт следствие, — на память ответил майор ГБ практически мгновенно.

— Трое — это те, кто отгрохал себе дачи, которым и царские генералы могли бы позавидовать? — уточнил Дмитрий Григорьевич, в памяти которого всплыли некоторые частные моменты данного дела.

— Они самые, — тут же подтвердил Бегма.

В будущем бывшему пенсионеру Григорьеву часто приходилось слышать фразу — «Сталина на них нет!». Так вот, попав в шкуру Павлова, знавшего на сотни порядков больше простого советского обывателя, он мог смело говорить, что Сталина и сейчас на всех, кого надо, катастрофически недоставало.

Сколько за последние 10 лет набралось репрессированных, посаженных в тюрьмы или отправленных в лагеря! Сколько было вовсе приговорённых к смертной казни! Но даже это всё не смогло искоренить главную беду человечества — беспредел полагающих себя неприкосновенными и неподсудными начальников всех мастей.

Ведь среди тех осужденных на разные сроки отбытия наказания или же расстрелянных немалую долю составляли именно что проворовавшиеся в край чиновники, директора заводов, руководители всевозможных баз и высокопоставленные военные. О чём после «развенчания культа личности Сталина» большую часть информации постарались замазать, скрыть или вовсе изъять, дабы многократно увеличить количество безвинно наказанных, которых, справедливости ради следовало отметить, тоже хватало в избытке. Всё же многие власть имущие подобным образом — через подведение человека под статью, сводили свои личные счёты, либо же освобождали пути построения карьеры для своих родных, близких, друзей. А уж сколько квартир с домами поменяли своих жильцов именно таким способом! Просто жуть!

Только вот нередко выходило так, что на место одних осужденных воров зачастую приходили точно такие же, только более наглые, самоуверенные и, конечно же всё ещё голодные, которые сходу начинали искать, как бы сделать свою личную жизнь максимально комфортной и сытой за чужой счёт.

А уж когда речь заходила о строительных организациях, что могли распоряжаться огромным количеством дефицитных в СССР строительных материалов, у многих вовсе срывало все клапана, включая даже аварийные.

Не обошла эта беда и 449-й строительный батальон как раз работавший в Барановичах. Выделяемый на строительство аэродрома цемент, кирпич, лес кругляк и пиломатериалы исчезали целыми железнодорожными составами, так сказать, в пути. С заводов или лесопилок материал уходил, а в работу так и не поступал по причине непоставки. Отчего лишь на один этот аэродром в итоге ушло почти 25 миллионов рублей, тогда как на весь 1941 год на строительные работы по всем армейским аэродромам суммарно отрядили всего 150 миллионов рублей. Что называется, прочувствуйте масштаб свершившихся хищений!

Про снабжение же бойцов батальона всеми необходимыми видами довольствия хотелось просто промолчать, так как ничего, кроме ненависти к советской власти вообще и к Красной Армии в частности, оно вызвать у людей не могло.

Так две роты из четырёх не были обеспечены, ни исподним, ни тёплой одеждой, ни обувью. Люди месяцами вкалывали во всяком изгвазданном и пованивающем псиной рванье и лаптях! В лаптях! Ибо никакой иной обувки не имелось, так как половина поставленных в батальон сапог оказались совершенно негодны к носке и мгновенно были отправлены на ремонт, да так назад и не вернулись.

Пищу же, которой там кормили призванных из запаса красноармейцев, члены прибывшей комиссии наотрез отказались пробовать, опасаясь подхватить какую-нибудь заразу. Тогда как людей подобной гадостью потчевали месяцами.

— Ещё где-нибудь вскрылись схожие факты? — Проверку, понятно дело, назначили по всем стройкам округа. Только вот людей на всё банально не хватало, ведь много где вместо намеренного преступления законов имело место быть обычное головотяпство. То цемент не того качества подадут. То этот самый цемент оставят под открытым небом без какого-либо навеса, и летний дождик превращал его из ценного стройматериала в трудно убираемый мусор. А уж припомнив доклад о том, как на стройках получали щебень, Павлов вовсе внутренне схватился за голову. Так как механизированных камнедробилок много куда поставлено не было, люди, словно в доисторические времена, кувалдами и кирками вручную дробили камни. И вот подобной неустроенности имелось повсеместно вагон да маленькая тележка.

— К сожалению, вскрылись, — меж тем кивнул головой командующий контрразведкой. — По командованию ещё четырёх стройбатов идут схожие разбирательства. Но там масштабы хищений оказались всё же поменьше. Хотя красноармейцев обкрадывали с не меньшим рвением, сволочи. Последним, впрочем, много где грешат в той или иной мере. Если мой отдел на все такие случаи станет отвлекаться, то некому будет выполнять нашу основную работу.

— По основной твоей работы мы ещё поговорим, — многообещающе посмотрел на того не сильно добрым взглядом Павлов. — А пока давайте разберёмся, какие ещё аэродромы мы можем вернуть обратно в эксплуатацию в ближайшие 3–4 дня, и откуда можно будет перебросить дополнительные силы с материалами на те, до сдачи которых остаётся неделя-две, чтобы ускорить и их ввод в строй тоже. Уж извините, товарищи строители, но, как командующий военным округом, я не согласен ждать результата аж до середины осени.

Глава 10

16.06.1941 полдень полный разбирательств. Часть 2

— На этом пока всё. К вечеру жду доклады о первых реальных результатах ваших действий. Можете быть свободны. Все, кроме товарища Бегмы, — стоило только большей части визитёров по завершению совещания начать подниматься со своих стульев, как командующий ЗОВО буквально приморозил своим взглядом обратно к месту