Проклятая жена. Хозяйка волшебной пасеки - Эми Эванс

Пока срезала воск, задала все эти вопросы дракончику. И ответ получила такой же туманный:

— Так, кто ж этих пчел разберет? Они магические создания. Мало ли, на какие фокусы способны. И вообще, это особые пчелы. Таких, как эти, больше нигде в этом мире нет. Уж не знаю, сами они уродились такими необычными или кто умелый опыты проводил… Вот только обитают они на этой полянке дольше, чем соседняя деревня тут стоит. Это потом уже им ульи приличные сколотили, дом тут рядом построили, пасеку организовали. А сначала ведь летали сами по себе.

Слушая дракончика, я лишь кивала рассеянно, принимая интересную информацию к сведению, а сама продолжила срезать воск.

Наконец, закончив с ним, вставила раму в медогонку. И пчелы тут же зажужжали громче, будто подбадривая.

— Надо заполнить рамами медогонку, — важно заметил ящер, — Так и мед будет проще качать. И работу двойную не делать.

Я послушно отправилась к улью за следующей рамой. И повторив все свои действия, взялась за третью, потом за четвертую.

Все рамы с сотами из одного улья ровно уместились в медогонке.

— Воск отложи пока, — скомандовал дракончик, — Потом придумаем, что с ним делать.

Послушно отложила крышку бочонка, доверху наполненную воском, на землю. А следом взялась за ручку медогонки и начала ее крутить.

Если честно, устала я еще к тому моменту, когда срезала весь воск с рам. Все же, тело Оливии развитой мускулатурой не отличалось. А руки совсем уж были слабыми и уже болели. Но я продолжала крутить ручку медогонки.

Дракончик со своими коротенькими лапами и крыльями при всем желании с этой задачей не справится. Как и сами пчелы. А что-то подсказывало мне, что эти милые создания Гектера к этому процессу и близко не подпустят, хотя этому крепкому мужчине подобная физическая нагрузка далась бы с легкостью.

Да и у меня возникало ощущение, что никому, кроме меня, они такое ответственное дело не доверят. А уж считаться с пчелками и их смертельными жалами приходилось.

Центробежная сила выгоняла мед из сот, и он стекал по стенкам медогонки, сверкая на солнце.

Когда мне стало казаться, что еще чуть-чуть и руки у меня точно отвалятся от усталости, дракончик остановил меня короткой командой:

— Все. Хватит.

С радостью отпустила ручку и выдохнула с облегчением, утирая рукавом платья капли пота, выступившие на лбу.

— Так, теперь доставай рамы с сотами. Поглядим, в каком они состоянии, — продолжил раздавать приказы ящер.

Послушно вытащила первую раму из медогонки и покрутила перед ним. Лично мне было не очень понятно, в каком она там состоянии и что с ее состоянием вообще может быть не так.

— Соты, на удивление, качественные и целые, — рассмотрев раму со всех сторон, важно покивал дракончик, — А вот были бы потемневшими, пришлось бы раму менять.

— А откуда ты столько всего знаешь? — не сдержала я все же своего любопытства.

И получила емкий, но весьма лаконичный ответ:

— Читаю много.

Дракончик мотнул головой и тут же продолжил:

— Ты пока рамы в улей верни, а я нам емкости организую. Мед перелить надобно.

Вернув рамы с сотами на их законное место, я накрыла улей крышкой и, обратившись к пчелкам, что кружили неподалеку, произнесла:

— Простите, милые, но что-то я быстро устала. Продолжим завтра.

Рой расстроенно зажужжал в ответ.

— Но я обещаю, что мед весь откачаем в самое ближайшее время, — заверила их я, мысленно содрогнувшись.

Ульев на полянке было не меньше двадцати.

Развернувшись к медогонке, заметила, что возле нее стоит несколько трехлитровых баллонов, накрытых крышками. А сверху над ними парит довольный ящер.

— Так переливать проще будет, — пояснил он мне, — А потом уже разольем мед по емкостям поменьше.

Я кивнула, соглашаясь с дракончиком. У этой медогонки, краника с вентилем не было, как у друга-пасечника моего деда.

Быстро сбегав в дом, нашла на кухне подходящий ковш, и вернувшись на полянку перед ульями, наклонила наполнившуюся медогонку, подставляя ковш, и принялась разливать мед по банкам.

— Ты внимательнее следи, чтоб кусочков воска не попало, — командовал дракончик, важно топающий рядом по земле, — Иначе потом процеживать еще придется.

Уж не знаю, что он там за книги на досуге читает. Но, судя по всему, какую-то профессиональную литературу.

Глава 30

Когда мы с дракончиком закончили и разместились на кухне, чувствовала я себя, как выжатый лимон. Ящеру-то было хорошо, он только команды раздавал. А всю работу делала я.

Стоило лишь представить, что меня ждет еще девятнадцать ульев, как сразу становилось не по себе. А я ведь пока мед из этих ульев откачаю, пчелки остальные соты снова заполнить успеют. И ждет меня вечный круговорот труда…

Хотя, наверное, так даже лучше. И заняться будем чем, и дело полезное сделаю. Да и позже, когда тело привыкнет к такой физической нагрузке и появится навык, справляться, наверное, смогу легче и быстрее.

— Ну, давай пробовать скорее, — поторопил меня дракончик, когда я поставила на стол чашки с чаем.

Мы, между прочим, как раз собрались дегустировать мед, который я откачала из сот своими руками. А какая же может быть дегустация меда без горячего чая?

Дракончику, впрочем, чай был не особо нужен. Но я настояла на своем. И сейчас ящер, нервно постукивая хвостом по столу, меня поторапливал.

Наконец, опустившись за стол, я зачерпнула ложкой ароматный, прозрачный, жидкий мед и отправила ложку в рот. Дракончик, внимательно следивший за каждым моим действием, даже замер, ожидая моего вердикта.

Отравиться боится, что ли?

Все посторонние мысли оказались тут же позабыты, едва лишь я попробовала мед на вкус. Мед местных пчел был похож на майский, но чувствовалась в нем еще какая-то нотка. Вот только я никак не могла понять, на что именно похож этот необычный привкус.

Ощущения были такие, будто вместо меда у меня на языке перекатывался искрящийся, теплый, солнечный луч. Даже усталость отступила вместе с ломотой в теле.

— Ну как? — нетерпеливо уточнил дракончик, стоило мне распахнуть глаза.

— Лучший мед, что я пробовала, — честно призналась ему, двигая к ящеру фарфоровую розетку, в которую мы с ним мед и налили для дегустации.

Ящер прямо лапой зачерпнул варенья и сунул ее в рот. Прикрыл на мгновение свои изумрудные глаза, причмокнул и пробормотал:

— Хм… Очень необычно, очень… И неожиданно…

Что именно было для него неожиданным, я так и не поняла. Распахнув глаза, дракончик весело и в то же время строго произнес:

— Завтра вплотную беремся за работу. Такого меда нам надо побольше.