Торговец будущим 3 - Мархуз

— Ваше величество, — убеждал короля премьер-министр Аддингтон, — в нужный момент и в нужное время мы их перенаправим от обороны в наступление.

— Сэр Генри, а вы уверены что русские настолько просты, что ими возможно управлять в критической ситуации? — засомневался Георг Третий.

— Обратите внимание, ваше величество, что царь Александр назначил политическим руководителем военной группировки столь удобного для нас графа Воронцова на которого мы имеем безусловное влияние. Кроме того, всегда в нужный момент можно организовать провокации на границе, которые вовлекут русских в конфликт с французами. Тогда не только стотысячная армия окажется на нашей стороне, но и Россия вынуждена будет разорвать свой Пакт о ненападении.

Кроме того, простоватый премьер искренне полагал, что гигантские (на его взгляд) суммы, которые платят по сабсидиарному договору, слишком сладкий кусок для российской казны. Никто же не откажется от таких вливаний будучи в здравом уме и твёрдой памяти. Ну и придворные англоманы, если что, смогут надавить на российского императора при необходимости. Любому понятно насколько сильны козыри на руках лидеров Британии, так что овечью шкуру можно смело сбросить уже через год-другой, разорвав Амьенский мир.

— Я вам полностью доверяю, Аддингтон, но и вы меня не подведите, как это сделал Питт-младший. Продолжайте свою политику как считаете нужным.

Дополнительный карт-бланш (если такой существует) настолько окрылил премьера, что он решил что ухватил бога за бороду. И чего, спрашивается, не поверить ещё больше в свои силы и даже удачу, когда всё складывается просто отлично. Продовольственный и экономический кризисы в стране подходят к концу, мир с французами заключён лишь для видимости и временной передышки. Деятельность Ост-Индской компании вот-вот начнёт гораздо более тщательно контролироваться правительством.

Ну, а Россия никуда не денется со своей окраины цивилизованного мира. Да и что она может противопоставить европейским странам и в первую очередь Англии? Она способна лишь обеспечить ведущие державы сырьём для промышленности и большими количествами солдат для военных действий. Эдакий придаток Европы, не более.

Я не стал надолго затягивать с приобретением земель в Итальянской республике. Уже через неделю посетил вместе со своим юристом Одиноковым, а также Ланским и Строгановым в качестве свидетелей посольство Франции, где подписал все необходимые соглашения. Заодно оплатил оговоренную сумму ассигнациями, благо золота никто не требовал, а от бумажных денег всегда предпочитаю избавляться при возможности.

Тут имеется небольшая хитрость на будущее. Дело в том, что мои китайцы откопали где-то ещё одного соотечественника, который занят теперь разработкой бумаги повышенного качества на основе хлопка-сырца, рисовой соломы и подобия васи. По крайней мере, для последнего вида у нас имеется специалист из Парижа, который согласился выращивать японское бумажное дерево в наших палестинах. Таковое называют бруссонетией и в прошлом веке его завезли во Францию (кажется из Луизианы), где оно прижилось.

Ну, а на козырные сорта бумаги у меня имеется громадьё планов: от высококачественных листов для частной писанины до каких-нибудь крутых облигаций и, возможно, денег с повышенной защитой от подделок. Могу себе позволить повыёживаться, коли пока нет бумаги из опилок, тем паче, что под это дело выделены средства из государевой казны и создано вспомогательное частное товарищество.

И это не хухры-мухры какие-нибудь, а очень обстоятельная программа действий. Ещё в прошлом году мои охотники за головами и идеями надыбали в Англии умника, работавшего подмастерьем в Dartford Iron Works, занимающейся всякими полезными механизмами и оборудованием. Дело в том, что в этот исторический период любая чихня, способствующая механизации процесса изготовления бумаги целиком и полностью, очень даже востребована. А сей Брайан Донкин как раз-таки в 1801 году занялся разработкой целой бумагоделательной машины и нуждался в солидном финансировании, так как полезными идеями просто переполнен.

Его идею перебраться в Лондон мои люди преобразовали в переезд в Россию (вместе с молодой женой) за солидную авансовую сумму и полное финансирование его хотелок. Плюс, крышевание бизнеса вплоть до государственного уровня. Какой изобретатель не променяет частное бегание и выпрашивание денег на возможность заниматься любимым делом, имея неограниченный бюджет от доброго патрона-покровителя? Вот то-то и оно, что любой ура-патриотизм заканчивается там, где начинаются хлопоты и трудовые будни с неполноценным финансированием и тратой кучи времени на выпрашивание пресловутого бабла.

Мы с Кулибиным создали товарищество, Канкрин открыл финансирование, а потом… Гы-гы, но неуёмная матушка нашего императора прознала о проекте и быстренько села на хвост. То есть, Мария Фёдоровна вошла в товарищество в качестве частного лица.

— Вы, Денис Дмитриевич, даже не смейте возражать, — хотя я и не собирался этого делать, — я перспективу вижу, поэтому лично буду шефствовать над прожектом.

Поразительно, но неуёмная «мадам» реально интересовалась новыми передовыми станками, которые у Кулибина появлялись и даже создавались. Тем более, что удивительной изобретательности ум Алексея Гладкого порой превосходил затеи и придумки самого Ивана Петровича. Кроме того, её императорское величество желало новой высококачественной бумаги, чтобы начать выпуск эдакого гламурного журнала своего малого двора. Чтобы и картинки с модными платьями, и статейки о событиях в светском обществе.

Ещё и старшего сына привлекла и тоже как частное лицо.

— Александр, сейчас помогите нам, а когда будет готова бумага для новых ассигнаций и заёмных облигаций, воспользуетесь результатами нашего общего труда.

Напыщенно, но по большому счёту верно. Так что государь из сверхдоходов от торговли выделил для товарищества солидную сумму. Потом из нашей бумаги себе напечатает сколько угодно денег для её покрытия. Правда император припахал моего банкира Канкрина и моего однофамильца (и как бы отдалённого родственника) князя Оленина, поручив им пока суть да дело, разработать программу денежной реформы, чтобы имелась под рукой в нужный момент.

Всё это сообщаю к тому, чтобы понятно стало чем лично мне старые ассигнации не угодили. А мсье Лессепсу по барабану какими деньгами платёж принимать, он не в его личный карман пойдёт.

— Дорогой маркиз, через две, максимум три недели из Парижа придёт подтверждение и соответствующие документы, так что подождите немного. В любом случае, благодарю вас за согласие сотрудничать в столь специфическом деле.

— Я тоже вас благодарю, мсье консул, — встречно расшаркиваюсь, обмениваясь любезностями, — надеюсь это поможет нашим странам во взаимовыгодном сотрудничестве и поставит на место австрийцев с их неуёмными амбициями.

Мы дружно побеседовали о том о сём, после чего распрощались взаимно удовлетворённые.

Через три недели меня пригласили в посольство и засыпали золотом. Ага-ага, а заодно торжественно вручили красиво оформленный документ с солидными подписями и печатью.

— Поздравляю вас