Книжники. В объятиях прошлого - Ирина Фуллер

промычал, этот звук следовало интерпретировать как отказ отвечать на глупые вопросы: было бы известно, сказал бы. Такова была манера этого человека — суховатая, граничащая с грубостью. Однако он помогал, и это главное. В конце концов, как гласила любимая цитата Ю, «кто жил и мыслил, тот не может в душе не презирать людей». А Петропалыч, должно быть, сталкивался с самыми уродливыми формами, какие принимают человеческие пороки.

Решив, что больше ничем не сможет быть полезен, полицейский бросил пару настороженных взглядов по сторонам и пошел прочь.

Всякий раз после встречи с Петром Павловичем Констанция становилась более подозрительной, чем обычно. Поэтому до машины они со стажером шли молча, будто узнали какую-то мрачную тайну.

В автомобиле Аврелий тут же спросил, куда они теперь поедут и что будут делать. Констанция не спешила отвечать, задумчиво постукивая пальцем по подбородку.

— Заедем в Библиотеку, тем более что мы рядом, — приняла решение она.

А там, пока он по ее указанию изучал историю предыдущих охот на Миледи, Констанция отправилась на поиски книг о мушкетерах.

Клара, дежурившая в тот день в Абонементе, с брызжущей радостью, будто ей приплачивали за каждое обращение от охотника, сообщила, что на одном из стеллажей стояло целое собрание сочинений Дюма.

Пока она, будто штурман корабля, крутила колесо, заставляя массивные железные стеллажи неторопливо скользить по рельсам, к Констанции подлетел Аврелий.

— Кинг ловил Миледи, — заявил он то ли восторженно, то ли трагично.

В любом случае это прозвучало так громко и драматично, что несколько книжников, работавших в Картотеке, обернулись на них. Клара многозначительно взглянула на табличку «ТИШИНА В БИБЛИОТЕКЕ».

— И? — мрачно отозвалась Констанция.

— Ну… он может что-то знать.

— Что в отчете, Петроний?

Стажер замялся. Констанция подняла бровь. Он сконфуженно спрятал руки в карманы широких штанов.

— Там, ну, не подробно... Блин, ну что ты смотришь, это не я плохо заполнил прогу!

— Поищи информацию в бумажных формулярах, — процедила она. — В ящичке с фамилией «Упертый-осел».

Аврелий кивнул и устремился в другой конец помещения, туда, где стояли деревянные шкафчики-картотеки.

А Констанция продолжала мысленно ругать Кинга на все лады. Он, разумеется, был не единственным коллегой, который никак не хотел принимать нововведения вроде электронных отчетов. Многие ленились качественно заполнять карточки в программе, будто не понимали, что это им же и облегчало жизнь! Но если другие хотя бы делали вид, что пытаются принять новые правила, то Кинг демонстративно вводил в программу минимум информации. Так, чтобы это все действительно выглядело бессмысленно.

За последние полтора месяца она дважды сталкивалась с тем, что Кинг уже ловил ее персонажа, и с раздражением обнаруживала в СУПе отсутствие любых подробностей о том, как прошла охота.

Разумеется, Констанция выразила свое недовольство Артуру, но он лишь усмехнулся, сказал какую-то чушь и снисходительно пообещал ответить на любые вопросы устно.

Тогда она обратилась к Арине, которая отвечала за всю административно-техническую работу отдела. Но та лишь развела руками: Артур Кинг не поддавался перевоспитанию, упрямо отказывался идти в ногу со временем и просто ехидничал.

Естественно, это не остановило Констанцию: она пошла к Юджину. Тот заверил, что проведет беседу с нерадивым коллегой, обяжет его вносить данные в систему, объяснит важность этого для других охотников.

Сделал ли Ю, что обещал? Наверняка. Изменил ли Кинг свое поведение? Как же.

Наконец, Клара подвела Констанцию к нужным полкам.

— Формуляр нашел. Но тут тоже ничего толком нет, — сообщил подоспевший Аврелий. — Кстати, я не понял, если нужно писать в отчете три авторских листа, почему у Кинга так мало?

Констанция посмотрела на него с изумлением.

— Ты же на самом деле не писал по сто двадцать тысяч знаков? — уточнила она, боясь услышать ответ.

— Так… ты же сама… ты же сказала! Первый отчет, про Коллинза, я наскреб, хотя пришлось высасывать из пальца! А второй все еще в работе!

— Да ты что, с ума сошел? Я же пошутила.

Она глядела на него со смесью ужаса и сожаления. И еще немного — с чувством вины. Арина сказала, что в отчетах все в порядке, и Констанция не стала проверять. То есть, она собиралась, но пока что руки так и не дошли…

Тут Аврелий расхохотался.

— Да ладно, я прикалываюсь. Я все уточнил у Арины, она сказала бы, если что не так.

За это он получил тычок в то самое плечо, которое Констанция мгновение назад с состраданием сжала.

Кинг оказался на охоте, поэтому пришлось, стараясь не раздавить стекло на экране телефона, отыскать его номер в записной книжке. Около минуты Констанция втолковывала, почему нужно вносить информацию в СУП.

— Вы звоните, чтобы отчитывать меня, или у вас есть вопрос? — совершенно, кажется, не тронутый ее речью, спросил Артур.

Она выругалась.

— Леди так не выражаются, — заметил он.

— Джентльмены не доводят леди до исступления.

На том конце провода послышался мягкий смешок:

— О, боюсь, вы ничего не знаете о джентльменах…

— К черту, Артур, я звоню не за этим! Мне нужна информация по Миледи.

— Оу… сожалею, — прозвучало неискренне. — Дайте мне пару минут, я поймаю своего персонажа, он уже поблизости. И тогда перезвоню и расскажу, чем вы будете заниматься ближайшую неделю, пока я бью ваши результаты своими.

Констанция отключилась без слов прощания и зарычала.

— Кто еще из коллег ловил ее? — спросила она у Аврелия, который все это время стоял рядом.

— Никто. Странно, да? Неужели Миледи так редко оживляют?

— Просто система относительно новая, — сердито вздохнула Констанция. — Множество старых дел, которые хранятся в картотеках по всей России, туда еще не внесли. Это делают, но медленно. Поэтому сейчас там по большей части разрывы последнего года.

Ожидая звонка Кинга, Констанция села читать Мушкетеров. Она пролистывала пожелтевшие страницы, пропуская приключения главных героев и выискивая все, что касалось Миледи.

Несколько раз ее брови изумленно взлетали. Она определенно предпочитала Графа Монте Кристо приключениям д’Артаньяна. Знание сюжета про мушкетеров главным образом базировалось на известном фильме и на мультике, где все герои были собаками. Текст Констанция будто бы видела впервые, и он шокировал. Во-первых, «доблестный» д’Артаньян помогал королеве скрыть ее неверность, тогда как «коварный» кардинал пытался Ее Величество разоблачить. Во-вторых, милая кроткая Констанция Бонасье — такой она помнилась из советского фильма с Боярским, — оказалась той еще интриганкой, понукающей глуповатым мужем. И, будучи замужней женщиной, она