Дракон подождет до четверга - Ramule

— Не надо. Драконью кожу прокусить практически невозможно. Не трать силы.

— Я же Следовик, ты забыла? С такой ерундой точно справлюсь.

Ана наконец почти рассмеялась. Потом снова всхлипнула, но уже тише. Бублик пододвинулся ближе, подлез к ней под руку.

— Спи, хозяйка. Завтра будет новый день, новые улики и, скорее всего, новый повод назвать дракона дураком.

— Он не дурак.

— Значит умным.

Ана подтянула одеяло и закрыла глаза. Она устала от переживаний и сейчас просто хотела спать.

Каэр тем временем вошел в свой дом в таком настроении, что старые магические светильники в прихожей сначала зажглись сами, а потом с громким треском начали лопаться один за другим.

Дракон больше не сдерживался. Он зарычал и ударил кулаком по стене. Осталась сильная вмятина. Следом на пол полетела кружка с недопитым кофе, которую он оставил утром на полке у зеркала.

Дома был беспорядок, хотя Агата Лорн ушла всего два дня назад.

Ужин, естественно не было, а готовить Каэр не умел от слова совсем.

Каэр медленно закрыл глаза.

— Великолепно.

Дракон внутри тоже был недоволен. Через полчаса Каэр вошел в трактир «У голодного дракона».

Увидев его, тролль у двери даже слегка кивнул и приглашающе помахал дубинкой.

В зале было шумно, пахло жареным мясом, хлебом, пряностями, кофе и чем-то сладким. На вывеске толстый дракон все так же обнимал картофелину, глядя на нее с таким счастьем, будто хотя бы у него в жизни все сложилось правильно.

Каэр мрачно посмотрел на вывеску.

— Везет тебе.

Показалось, что толстый дракон на вывеске подмигнул. Каэр пришел сюда только с одной целью — напиться, чтобы больше ни о чем не думать и не вспоминать.

Грекс заметил его сразу. Маленький официант подлетел к столику, едва верховный маг сел за тот же столик, за которым они в тот вечер сидел с Аной.

— Господин! Рад снова видеть вас. Вы один? Без супруги?

Каэр поднял тяжелый взгляд. Грекс понял, что вопрос был неудачным.

— Кофе? И что-нибудь поесть.

— Нет. Выпить. Много.

— Могу также предложить жаркое «После семейной ссоры».

Каэр посмотрел на него.

— Что?

— Очень популярное блюдо. Подается с картофелем и соусом сожаления. Простите, профессиональная привычка. Сейчас принесу что-нибудь мясное.

Грекс уже собирался исчезнуть, но тут замялся и вдруг наклонился и тихо, почти шепотом сказал:

— Мира вчера была здесь.

Каэр медленно выпрямился, а лепрекон продолжал. Его маленькие пальцы с силой сжали блокнот.

— Она меня не узнала. Смотрела так, будто вспоминала, кто я такой. А мы с ней три года работали вместе. Она мне пироги из дома приносила, когда у меня племянник болел. Она не могла меня забыть.

Каэр почувствовал, как внутри все стало холоднее.

— Что она сказала?

— Что увольняется. Что больше не будет петь. Что встретила человека, которого ждала всю жизнь. Что любит его и теперь все будет иначе. Я спросил, кого. Она засмеялась. Но смех был… не ее. Понимаете? Как будто кто-то заставил ее радоваться. Она все повторяла: «Я так счастлива, Грекс. Так счастлива». А глаза пустые. Совсем пустые.

Каэр вспомнил лабораторный лист. Может быть кали влюбленности.

— А потом она ушла. — Грекс сглотнул — что-то здесь не так.

Каэр не стал лгать.

— Скоро все выяснится.

Официант кивнул. Глаза у него покраснели.

— Я принесу вам ужин.

Он ушел.

Каэр остался сидеть у стены.

Перед ним возникло лицо Аны. Не сегодняшнее холодное, не вежливое, не то, которое говорило: «Мне все равно». А вчерашнее — у водосброса, когда она прижималась к нему и плакала. Лучше бы она плакала сегодня!

А он еще сегодня сказал, что пойдет к Грисилле. Каэр закрыл глаза.

— Идиот.

— Простите? — осторожно спросил Грекс, вернувшись с подносом.

— Это я не вам.

— Понимаю.

Каэр посмотрел на принесенную бутылку.

— Это что?

— Настойка «Драконья выдержка». Горит красиво. После второй порции люди признаются в любви. После третьей — бывшим. После четвертой — мебели. Не рекомендую четвертую.

— Наливайте.

Грекс хотел что-то сказать, но передумал. К полуночи Каэр понял несколько вещей.

Во-первых, Грекс был прав: четвертая порция была лишней.

Во-вторых, трактирная мебель действительно иногда заслуживала признания, особенно стул, который героически не позволял ему упасть.

В-третьих, он совершенно точно не хотел спать рядом с Грисиллой.

В-четвертых, ему очень хотелось сказать об этом Ане.

Он попросил у Грекса бумагу и перо.

«Госпожа Верис, сообщаю, что не нахожусь…»

Каэр посмотрел на строчку и поморщился.

— Нет.

Вторая тоже не удалась.

«Ана, ты ошибалась…»

Он зачеркнул.

На третьей карточке почерк пошел чуть неровнее.

«Ана, я сейчас напиваюсь в «Голодном драконе», а не сплю рядом с Грисиллой. Это, возможно, тоже не самое лучшее мое решение, но в этом виновата ты! И если я свалюсь под стол и останусь здесь спать, то тоже только из-за тебя. А еще, у меня нет ни чистых рубашек, ни носков,

Каэр».

Он перечитал. Пьяно улыбнулся, сочтя, что записка вышла отличная, потом подумал и ниже подписал:

«Цветы не виноваты. Прими их, пожалуйста».

Потом подозвал Грекса.

— Мне нужна корзина цветов.

— Прямо сейчас?

— Да. Самая большая.

Каэр молча положил на стол несколько золотых монет.

Через сорок минут в дверь квартиры под крышей постучали.

Ана проснулась не сразу. Ей показалось, что стук приснился. Потом Бублик поднял голову.

— Если это снова судьба, я подаю жалобу на ее методы!!!

Стук повторился. Ана накинула халат, зажгла маленький светильник и осторожно открыла дверь.

За порогом стоял мальчишка-курьер, почти скрытый огромной корзиной цветов.

Цветы были невероятные. Белые, розовые, серебристо-сиреневые, с тонкими зелеными искрами на краях лепестков. В центре лежала маленькая карточка.

— Госпоже Верис, — сонно сообщил курьер. — Срочная доставка. Сказали, очень срочная.

Ана растерянно поблагодарила мальчишку и забрала корзину. Закрыла дверь. Поставила цветы на стол.

Бублик уже сидел рядом.

— Ого, — сказал он. — Ящер начал двигаться в правильную сторону. Может, и не буду кусать.

Ана взяла карточку. Прочитала. Потом еще раз. Щеки у нее стали розовыми. Глаза тоже подозрительно заблестели, но уже не так, как вечером.

— Что там? — спросил Бублик.

Ана протянула ему карточку.

Бублик прочитал. Фыркнул. Потом прочитал еще раз.

— «Цветы не виноваты». Ну надо же.

Ана прижала карточку к груди и счастливо улыбнулась.

— Он в «Голодном драконе». Пьет. Не с ней.

— Это я понял.

— Бублик…

— Нет. Даже не думай! Следовики этим не занимаются!

— Пожалуйста. Он же может в неприятности попасть.

— Хозяйка, ты сейчас просишь меня спасать взрослого дракона, который сам напился в трактире, потому что не