Дракон подождет до четверга - Ramule

— Да.

— Вот так всегда! А ведь только улегся нормальным клубочком! Прекрасно. Величайший Следовик древней линии Охотников превращается в ночную няньку для пьяной рептилии.

— Бублик.

— Уверен, все из-за цветов. Ладно. Только если ты ляжешь спать.

Девушка радостно закивала в ответ. Он обреченно вздохнул и спрыгнул с кровати, потянулся, и через мгновение вместо маленького белого песика в комнате стоял огромный белый волк. Серебристая шерсть мягко светилась в полумраке, зеленый камень на медальоне вспыхнул и погас.

— Спи, хозяйка. Я доставлю этого умника домой.

Ана улыбнулась уже спокойнее.

— Спасибо.

— Не благодари. Лучше завтра купи ванильных булочек. Много. У меня после таких подвигов будет моральная травма.

Волк легко выскочил в окно. Ана осталась одна.

Она поставила корзину с цветами на подоконник, еще раз прочитала записку, прижала ее к щеке и осторожно улыбнулась. Каэр не был у Грисиллы.

Напиваться было глупо и безответственно, но совершенно по-мужски. И почему-то от этой его глупости на душе стало легче.

Ана легла в постель, положила карточку под подушку и впервые за весь день уснула спокойно.

В трактире «У голодного дракона» к тому времени стало значительно тише. Посетители начали расходиться, и лишь некоторые все еще сидели за столами.

Вдруг посреди зала появилось бело-зеленое свечение, а потом из него соткался огромный белый волк.

Бармен от неожиданности уронил бокал, а один посетитель, уже собиравшийся признаться в любви люстре, передумал и залез под стол.

Бублик оглядел зал.

— Доброй ночи. Где здесь пьяный дракон, потерявший остатки разума?

Грекс круглыми глазами смотрел на живую легенду, а потом медленно поднял руку и указал на дальний столик.

Каэр сидел у стены, положив локоть на стол. Перед ним стояла недопитая бутылка. Выглядел он почти прилично, если не считать расстегнутого воротника, растрепанных волос и задумчивого взгляда, направленного на пустой стул напротив.

— Ана? — спросил он у стула.

Бублик подошел ближе и прислушался к стулу, а вдруг ответит.

Каэр поднял глаза.

Несколько секунд он рассматривал Следовика очень серьезно. Потом вдруг улыбнулся.

— Вы.

— Я.

— Настоящий Следовик.

— По-прежнему.

— А где ваша хозяйка?

— Спит, но я не по этому поводу. Стало жалко одну маленькую девочку, которая сегодня плакала. Я ведь всегда прихожу на помощь, если это кому-то требуется. Вот сейчас тебе нужно. Очень.

Каэр выпрямился.

— Плакала? — и вдруг радостно заулыбался — все же плакала! Значит, ей на меня не все равно! Значит, не все равно!

Следовик удивленно смотрел на грозного мага.

— Вот это проняло!

Но Каэр его не слышал.

— Она получила цветы?

— Получила.

— Прочитала?

— Нет, съела. Конечно, прочитала.

— Что сказала?

— Что ты пьяный и за тобой надо присмотреть.

Каэр некоторое время молчал. Потом почему-то улыбнулся еще шире.

— Она беспокоилась.

— Не обольщайтесь, господин верховный маг. Женщины беспокоятся обо все подряд. Вы просто случайно попали в список.

— Нееет, она беспокоилась именно обо мне — повторил Каэр уже с пьяным упрямством.

Бублик закатил глаза.

— Вставайте. Отведу вас домой.

— Я сам могу.

Каэр поднялся, и тут же сел обратно.

— Разумеется, можете, — Следовик закатил глаза — Сейчас было убедительно.

Грекс подбежал с плащом.

— Господин Равеннар, ваш счет…

Каэр попытался достать кошелек. Не сразу попал рукой во внутренний карман. Бублик посмотрел на Грекса.

— Завтра пришлете в департамент.

— Конечно! Конечно. Лишь бы… то есть я хотел сказать, отношусь с большим уважением к древним фамильярам.

Бублик хмыкнул и вновь обратил внимание на дракона. Каэр все-таки поднялся. Бублик осторожно подставил ему бок, не позволяя упасть.

— Я не маленький.

Следовик ничего не сказал, а только подошел к нему ближе. Вдруг их окутало серебристо-зеленое сияние. Каэр и Следовик просто растворились в воздухе.

Квартира мага встретила их темнотой и легкой атмосферой заброшенности. Бублик довел Каэра до спальни почти без происшествий. Почти — потому что на лестнице верховный маг остановился, посмотрел на портрет какого-то строгого предка, а потом, ткнув в него пальцем, доверительно сообщил ему:

— Я не женюсь на Грисилле.

Портрет промолчал, а Бублик одобрительно кивнул.

— Наконец-то в этом доме прозвучала здравая мысль.

— Ана сказала, что ей все равно.

— Женщины часто говорят «все равно» именно тогда, когда им совсем не все равно.

Каэр покосился на него.

— Откуда вы знаете?

— Я древний фамильяр Охотницы, потомственный Следовик. Я знаю многое.

Они вошли в спальню. Каэр сел на край кровати и стал расстегивать пуговицы на рубашке. Получалось плохо.

Бублик сел напротив, глядя на это безобразие.

— Хотите совет?

— Хочу.

— Надо действовать хитростью, а не напролом.

— Это как?

— Используйте это. Он ткнул лапой в заявление на увольнение, которое добработница оставила несколько дней назад.

Дракон с трудом сфокусировался на его жестах, потом пьяно покачал головой и начал падать на кровать.

Комната медленно погружалась в сонную тишину. За окнами вновь зашумел дождь. Следовик постоял еще какое-то время, потом лапой аккуратно потянул плед и укрыл мага.

— И что она в нем нашла? — усмехнулся волк — разве что, нос ничего, но и то, сомнительно. Тут же воздух заискрился и Бублик исчез. Следом за этим послышался громкий храп, и дракон заворочался, подминая под себя подушку.

Глава 24. Домработница для дракона

Каэр Равеннар

Утром дракону показалось, что голова отделилась от тела и начала жить самостоятельной жизнью. Сразу вспомнился четвертый, а потом пятый и даже шестой стаканы «Драконьей выдержки». Внезапно мелькнула мысль, что, возможно, дальше, чем он, никто в этом вопросе не заходил.

Каэр просто лежал на спине, смотрел в темный балдахин над кроватью и старательно не двигался. Любое движение отзывалось в висках глухим ударом, будто где-то внутри черепа маленький старательный гном бил молотом по наковальне и делал это с мстительным удовольствием.

Мужчина вдруг вспомнил о Следовике и о том, как он разговаривал с портретом, потом о записке и о корзине цветов.

Он громко застонал и накрыл лицо подушкой. Несколько минут слышалось только тяжело сопение, потом подушка отодвинулась, и Каэр медленно повернул голову к окну.

За тяжелыми шторами только начало светать. Дождь почти стих. Пора было подниматься и приводить себя в порядок. Сегодня Мира Сольвей должна была прийти в «Зеркальную лилию» за часами. Эта мысль наконец заставила его сесть.

Мир тут же качнулся. Каэр поморщился, еще некоторое время посидел на краю кровати, вспоминая все известные ему заклинания от похмелья. Ни одно не подходило. В основном потому, что боевые маги умели закрывать разломы, ломать проклятья, держать защитный купол над кварталом и находить следы крови под тремя слоями маскировки, но никто из