Командор. Том 4 - Никита Киров

десантов крепостей. Флетчер сегодня необыкновенно молчалив, а Бронин необычайно разговорчив. Их нервы выдерживают с трудом, ведь семьи в Нерске, который совсем недавно мы считали глубоким тылом.

— Так точно! — отозвались офицеры.

— Работаем, — коротко сказал я.

После отошёл к столу, где Ван Ли прикрикивал на офицеров, пока те пытались сопоставить позиции войск с новыми сводками.

— Как нога? — спросил я.

— Вряд ли смогу прыгнуть с парашютом, но мне и не надо, — пробасил он. — Чай будешь?

— Пока есть время — давай.

* * *

А потом времени уже не было. Враг, наконец, пробился через холмы, и его танки вышли на равнину. И операция началась. Как водится, по плану не шло вообще ничего.

— Господин генерал! — тут же начались отчёты. — Ставка требует закрыть прорыв…

— Прорыв…

— Прорыв…

Развернувшиеся танковые войска Хардаленов за часы ломали оборону, которая по плану должна была удерживаться неделями, а новые соединения появлялись везде, где можно и нельзя, где их ждали и не ждали.

Если бы оставалось озеро, они бы не прорывались. Но озеро осушили десятки лет назад, и враг этим пользовался.

— Не зря говорят, что генерал Дитрих воюет мясом, — произнёс генерал Кондратьев, глядя, как в тылу огранской танковой дивизии появился вражеский десант. — Всё вложил в одну атаку. Но не просто в лоб бьёт.

Но на это у них и был расчёт. В отличие от осторожного Эрика Хардалена, главнокомандующий армией вторжения старый генерал Дитрих не боялся рисковать и терять людей. Ведь у нас не было крепостей, и он сконцентрировал войска для прорыва. А чего ему бояться, когда мы не можем направить туда крепости, а их ПВО сбивало наши самолёты.

В имперской армии было больше людей, и мы оборонялись. Но Дитрих и правда умел воевать. Не хочется признавать, но это старая школа, таких больше не делают. У нас был генерал Рэгвард, который умел противостоять такому напору и уже побеждал Дитриха на архипелаге. Но он в отставке, а старый вражеский волчара вернулся к войне.

— Куда разведка смотрела? — возмутился Ван Ли, когда целая бригада возникла позади линий обороны.

— Вот это опасно, — сказал я, показывая на карту. — Тут ставка и император. Врага там не ждут. Эвакуировать их надо, пока не поздно. Передайте приказ командору Бронину!

Приказ тут же ушёл, и Бронин отправит лучшего, это я знал. А я смотрел на карту, где всё шло не так, как думал наш штаб.

Впрочем, как обычно.

* * *

Ставка императора Алексея Громова…

— Ваше Императорское Величество! — воскликнул лейтенант Шульгин. — Я прибыл вас эвакуировать.

— Лейтенант, не забывайтесь! — отрезал капитан гвардии. — Вы не имеете права так запросто обращаться…

Бах-бах-бах!

Палатку смело взрывной волной, и она тут же загорелась. Стол для карт и мебель разнесло в клочья, осколками убило нескольких охранников и слуг. Шутник припал к земле, но поднялся, хотя в ушах стоял гул, и повалил на землю императора, одетого в гвардейский мундир. Тот с выпученными глазами смотрел на оторванную голову молодого парня из прислуги, который только что подносил ему чай.

— Ваше Императорское Величество! — крикнул Шутник, не слыша себя сам. — За мной! Эй вы! — Шутник посмотрел на гвардейцев, ещё не отошедших после взрыва. — Помогайте, вы чего встали? За мной!

Гвардейцы-телохранители пришли в себя и кинулись помогать десанту. Один проверил капитана, но тело, покрытое пылью и кровью, не подавало признаков жизни.

Император Громов пока не соображал, что происходит, а его вели к БДР-49 разведчиков десанта.

— Войну хотел посмотреть⁈ — со злостью прошипел один из нерских стрелков, идя следом. — Насмотрелся?

— Ну-ка тихо! — прикрикнул на него сержант. — Ты как вообще разговариваешь?

Вокруг шёл бой. 35-я парашютная дивизия армии Высшего Дома Хардален высаживалась с воздуха, несмотря на чудовищные потери от ПВО. Но даже те, кто оставался, продвигались, ведь их здесь не ждали.

— Хоть успели, — сказал Шутник, когда засунул императора внутрь машины. — Мы его вытащим, парни.

— Сделаем так, — начал лейтенант гвардии и снял с Его Величества чёрный берет офицера гвардии. — Я на него похож. Мы сделаем вид, что я — это он, а он — обычный офицер. Увезите его. Они же пришли за ним.

— Тебя же убьют, — шепнул Шульгин.

— Увези его, лейтенант, — попросил гвардеец, начиная бледнеть, будто сам это только что понял.

Но мнения не изменил.

— Удачи, брат. — Шутник кивнул ему на прощание.

Конечно, никто не отдал бы императора десанту, поэтому несколько гвардейцев поехали с ними. Но основная часть осталась отвлекать внимание и обеспечивать эвакуацию остальных сановников и свиты.

— Лейтенант, — Громов выглянул из машины и посмотрел на телохранителя, — Я этого не забуду. И о вашей семье позаботятся.

— В машину! — уже без всяких церемоний потребовал гвардеец.

Десантный броневик поехал по разбитой дороге. Взрывы продолжались, они были всё ближе и ближе. Парашютисты развернули миномёты на склонах холмов. Шульгин смотрел, как вздрагивает император при каждом взрыве.

— Разорвало, — шепнул Громов. — Их всех убило…

— Бывает, — Шутник пожал плечами.

Наконец, они добрались до вертолётной площадки. Там стояли десантники из второго взвода разведки, которых возглавлял лейтенант Громов. При виде императора-родственника он широко улыбнулся.

— Дядя, ты жив! — воскликнул лейтенант.

— И ты здесь? — удивился Громов.

— Это же моя работа. Я тут воюю. Вертолёт готов. Лейтенант Шульгин, вы не останетесь?

— Мне приказано доставить его в штаб, — отрезал Шутник. — Займите позиции со своим взводом.

— Есть!

Разведчик-Громов будто хотел что-то сказать, задумался, но отошёл, поправив каску. А император Громов сел в вертолёт. Они взлетели вместе с гвардейцами и с отделением десантников из взвода Шульгина, а через мгновение…

Дымовой след от ракеты появился под горой. Она летела вверх. Вертолёт выпустил ловушки, но раздался взрыв рядом с ним. Вертушка задымилась и начала падать.

— Борт сбит! — кричал радист в рацию.

Вертолёт упал в лесу, и вскоре над ним поднялся столб огня.

— Организовать поисковую команду, — приказал лейтенант Громов на удивление спокойным голосом, но после очередного взрыва сказал: — Хотя не стоит. Там точно все погибли. Да и враги там. Объявите, что Его Императорское Величество Алексей Громов погиб.

Радист