Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

за сотню миль или за пятьсот, в зависимости от выбранной дороги. И если вы желали подвергать свою жизнь опасности. В Путях можно было очень легко умереть, или испытать нечто худшее. Уже давно Путями завладела Тень и оставила там свой след. Троллоков это не волновало, по крайней мере, пока ими командовали Мурддраалы. Троллоков вообще волновали одни лишь убийства, особенно, когда ими командовали Мурддраалы. И пока девять Путевых Врат оставались без наблюдения, существовала опасность, что любые из них откроются и из них хлынут десятки тысяч троллоков. А установка любого вида охраны без сотрудничества со стеддингами представлялась делом немыслимым. Многие люди не верили в существование огир, и вряд ли кто-нибудь ввязался бы в это дело по доброй воле. Может быть Аша'маны, если бы он мог им достаточно доверять.

Внезапно Ранд осознал, что он не единственный, кто устал. Лойал выглядел потрепанным и изможденным. Его кафтан был измят и висел на нем чересчур свободно. Для огир находиться вне стеддингов было очень опасно, а Лойал оставил свой дом добрых пять лет назад. Возможно, тех кратких посещении за последние месяцы было для него недостаточно.

— Может быть, теперь ты вернешься домой, Лойал? Стеддинг Шангтай всего в нескольких днях пути отсюда.

Стул Лойала тревожно заскрипел, когда он выпрямился. Его уши взметнулись вертикально, тоже тревожно.

— Моя мать будет там, Ранд. Она – известная Изрекающая. Она никогда не пропустила бы Большой Пень.

— Она же не могла проделать весь путь от Двуречья, – ответил ему Ранд. Мать Лойала была известным ходоком, но даже для огир существовали пределы.

— Ты не знаешь мою мать, – сокрушенно пробормотал Лойал – мрачно пророкотал барабан. – Она прибудет, прихватив с собой еще и Эрит. Она так и сделает.

Мин наклонилась к огир, с опасным блеском в глазах.

— Судя по тому, как ты говоришь об Эрит, я поняла, что ты хочешь жениться на ней, так почему же ты бежишь от нее?

Ранд, стоя у камина, бросил на нее внимательный взгляд. Брак. Авиенда считала, что он женится на ней, а также и на Илэйн, и на Мин по айильским обычаям. Илэйн тоже так считала, как бы дико это ни звучало. Он думал, что она так считала. Что думала Мин? Она никогда не говорила об этом. Он не должен был позволять им связывать себя узами. Узы иссушили бы их горем, когда он погибнет.

На этот раз уши Лойала вздрогнули предостерегающе. Уши были еще одной причиной, делавшей Огир плохими лжецами. Он сделал умиротворяющий жест, словно Мин была крупнее его.

— Действительно, хочу, Мин. Конечно же, хочу. Эрит красивая и умная. Я рассказывал вам, как она внимательно слушала, когда я рассказывал ей о…? Ну, разумеется. Я рассказываю каждому встреченному о том, что хочу на ней жениться. Но еще не время. У нас не так как у людей, Мин. Ты сделаешь все, что попросит Ранд. Эрит же будет ожидать, что я успокоюсь и останусь дома. Жены никогда не позволяют мужьям идти куда-либо или делать что-нибудь, если для этого необходимо оставить стеддинг дольше, чем на несколько дней. У меня есть моя книга и мой долг завершить её, а как я смогу это сделать, если не буду сам видеть все, что делает Ранд? Я уверен, что он сотворил многое с тех пор, как я покинул Кайриэн, и я знаю, что не смогу описать все его деяния в точности. Эрит просто не поняла бы меня. Мин? Мин, ты сердишься на меня?

— Почему ты думаешь, что я сержусь? – вымолвила она прохладным тоном.

Лойал тяжело вздохнул с явным облегчением в голосе, так что Ранд едва не вытаращился на него с изумлением. Свет, огир действительно думал, что она хотела сказать, что она не сердится! Ранд знал, что когда дело касается женщин, то это все равно, что искать путь в кромешной тьме. Любой женщины, даже Мин – а возможно, особенно Мин – но вот Лойалу предстояло хорошенько расширить свои познания в этой области, раз уж он собрался жениться на Эрит. Иначе, она освежевала бы его как жертвенного козлика. Лучше всего выпроводить его из комнаты прежде, чем Мин сделает работу Эрит за неё. Ранд прочистил горло.

— Подумай об этом перед сном, Лойал, – сказал он. – Возможно, к утру ты передумаешь. – Отчасти он надеялся, что Лойал так и сделает. Огир был слишком далеко от дома. Хотя с другой стороны… Если то, что рассказала ему Аливия о Шончан, было правдой, то он мог бы использовать Лойала. Иногда он испытывал к себе отвращение. – В любом случае, теперь я должен поговорить с Баширом. И с Логайном. – Вымолвив это имя, он стиснул зубы. Что Логайн делал в черном одеянии Аша'мана?

Лойал не поднялся. Более того, выражение его лица стало крайне обеспокоенным, уши отклонились назад, а брови повисли.

— Ранд, есть еще кое-что, что я должен тебе сообщить. Об Айз Седай, прибывших с нами.

Вновь за окнами вспыхнули молнии, а прогремевший наверху раскат грома был сильнее всех предыдущих. Иногда, затишье во время шторма лишь предвестник худшего.

Я же советовал тебе убить их всех, когда у тебя был шанс, – засмеялся Льюс Тэрин. – Я говорил тебе.

* * *

— Ты действительно уверена, что они были связаны узами, Самитзу? – твердо спросила Кадсуане. И достаточно громко, чтобы быть услышанной вопреки грому, раздавшемуся над крышей особняка. Гром и молния очень подходили к ее нынешнему настроению. Ей хотелось рычать. Требовалась изрядная порция выдержки и опыта, чтобы спокойно сидеть и потягивать имбирный чай. Долгое время она не позволяла эмоциям брать верх над собой, но ей хотелось во что-нибудь впиться зубами. Или в кого-нибудь.

Самитзу держала фарфоровую чашку, но она едва пригубила налитый в нее чай. Предложенный стул она тоже не заметила. Стройная Сестра отвела взгляд от камина по левую руку, колокольчики в ее темных волосах при этом звякнули. Она не потрудилась должным образом просушить свои волосы и они, влажные и тяжелые, свисали на ее спину. Тревога явно читалась в ее карих глазах.

— Едва ли это тот вопрос, который я способна задать сестре – особенно сейчас, Кадсуане и они, конечно же, не ответили бы мне. А кто бы ответил? Сначала я думала, что они поступили подобно Мерисе и Кореле. И бедняжке Дайгиан. – На ее лице появилось выражение сострадания. Она слишком хорошо знала боль утраты, терзавшую Дайгиан. Любая сестра,