Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

Боясь, что надзиратели, приносившие по утрам еду, заметят изменения, ей пришлось изображать легкое помешательство и страх. Она действительно боялась, что воздействие артефакта вернется. По сравнению с ним крысы, вонь и постоянный холод казались мелкими неудобствами. А сейчас она могла не только внятно мыслить, но и хорошо выспаться. Благодаря травянистому вкусу пилюль, которые оставил Берси, ее перестали мучать голод и жажда. Ни есть, ни пить просто не хотелось.

Сегодня утром вместо завтрака ей принесли лишь кусок черствого хлеба. Она не знала решили ли ее наказать или это прихоть надзирателя. Пилюлю, которую она приняла утром, была последней. И завтра придется потерпеть… Если она когда-нибудь выберется отсюда, то в списке людей, которые не переживут следующий месяц появятся еще три имени.

Елена открыла глаза, когда неяркий свет пробился сквозь веки. Через несколько секунд в коридор вошел один из надзирателей. Толстый бородач с массивным носом и кривыми зубами. Елене он всегда напоминал крысу, похожую на тех, которые вольготно чувствовали себя в подземелье. Мужчина держал в вытянутой руке мутный масляный фонарь. Следом за ним, осторожно ступая по грязному полу, шла Клаудия Лоури. Она что-то сказала, на что надзиратель огрызнулся. Клаудия подняла руку, на которой вспыхнул маленький огонек. Выражение ее лица не изменилось, но следующая фраза девушки заставила мужчину побледнеть. Он подвесил фонарь на крюк у дальней стены и поспешил удалиться.

— …свинья, — услышала Елена, когда Клаудия перешагнула порог ее камеры. — Здравствуйте госпожа Елена.

Клаудия почтительно поклонилась.

— Здравствуй, — улыбнулась супруга императора. Она подвинулась на лавке, освобождая место. В прошлый раз девушка осталась стоять, но сегодня она села рядом. Это была маленькая победа на пути к доверию. — Как твои успехи?

— Мне сложно оценивать, — в голосе девушки проскользнула наигранная нотка скромности. Выходит все, что показывала Елена, она усвоила. — В академии сейчас экзамены и я мало практиковалась. Дав вот, чуть не забыла, — Клаудия вынула из тряпичного кошелька горстку знакомых пилюль. — Берси просил передать. А еще сказал, что очень скоро вытащит вас отсюда. Вроде как даже быстрее, чем рассчитывал.

— Что-то произошло? — спросила Елена, убирая пилюли в потайной кармашек. — Поймали темного мага?

— Про темного я не слышала. Но произошло столько всего…. Асверы взбунтовались. Представляете? Позавчера ночью они сожгли в городе все храмы Зиралла. Старый храмовый район чуть целиком не сгорел от начавшегося пожара. Несколько отрядов городской стражи по глупости попытались их остановить. Говорят, демоны никого не оставили в живых.

— Дворец? — с тревогой спросила Елена.

— В город вошел легион, и асверы отступили обратно в здание гильдии. Не понятно, почему туда? Почему они не ушли из Витории?

— Если они захотят уйти, то сделают это в любой момент, — сказала Елена. — Они ставят ультиматум. Тебе нужно быть осторожной… ах, да… Берси.

— А чем им не угодил Зиралл? Горожане просто в ярости. Вот только страх перевешивает и даже самые ярые фанатики испуганно прячутся по домам.

— Не знаю, — честно призналась Елена. — Может быть деньги. Это первое, что приходит на ум. Подвалы храмов ломятся от золота, как думают простолюдины. А барон Хаук?

— Он рано утром ко мне заезжал, передал для вас эти конфеты. Так и сказал: — «сладости для госпожи Елены». А еще, чтобы вы не беспокоились за дочерей, он за ними присмотрит. Я ему сразу заявила, что это злая шутка, и я в ней участвовать не буду, а он обиделся.

Елена искренне улыбнулась, не став говорить, что он пошутил над Клаудией, а вовсе не над ней.

Они еще долго разговаривали, старательно не вспоминая ни о темной магии, ни о важном обучении. Клаудия легко делилась свежими новостями из жизни города. Пересказывала слухи о бессчетных темных магах, напавших на гильдию целителей. О культе Кровавой луны, который едва ли не спалил полгорода, вместе с главой Имперской безопасности. Еще раз пересказала про асверов и о том, чему стала сама свидетельницей. Как выяснилось, дом Клаудии располагался недалеко от одного из храмов Зиралла.

Отведенные два часа закончились слишком быстро, и впереди Елену ждала еще одна неделя в темноте и полной тишине. Провожал Клаудию второй из надзирателей, пришедшей со своим фонарем. Вот только уходя, они оставили первый фонарь на крюке.

«Обыск?», — первое что пришло на ум Елене. Она соскочила со скамьи, выгребла пилюли из кармашка и, заглянув под лавку, спрятала их в небольшую нишу, откуда давным-давно выпал камень. Она нашла этот тайник совсем недавно, как раз на подобный случай. Сложив туда «сладости», она задвинула камень. Очень не хотелось расставаться с теплым исподним. Завернувшись в складки балахона, она скептически оглядела себя. Нет, со стороны не видно. Но при обыске все равно найдут. Пару раз глубоко вздохнув, она попыталась взять себя в руки.

Гости появились спустя пять минут. Первым шел начальник тюрьмы Рене Ламбер, неся на руках большую кошку по окрасу напоминающую дикую рысь. Вторым плелся его помощник, как можно выше держа яркий фонарь. Вручив помощнику кошку, Рене вошел в камеру Елены.

— Ваше величество, — галантно поклонился он. Елена не смогла уловить и толики издевки или насмешки в его тоне и жестах. — Прошу простить за внезапный визит.

— Что вы, уважаемый Ламбер, — едва заметно улыбнулась Елена. — Разве в моем положении можно жаловаться на подобное упущение с вашей стороны?

— Да, — непонятно с чем согласился он. — Все мы слуги Императора и выполняем его волю. Он показывает нам, что может быть строг даже к самому себе…. Причина, заставившая меня лично спуститься в подземелье — это дилемма. Сложный выбор.

Рене протянул ей два письма, махнув рукой помощнику, чтобы тот поднес фонарь поближе. Елена прочла одно, затем пробежала взглядом по второму. На каждом из них внизу стояла печать императора с его личного перстня. В первом, в несколько строчек секретарь просил уточнить дату и время преждевременной кончины госпожи Елены. Второе почти идентичное и отличалось лишь несущественными деталями. Было видно, что составляли их два разных человека, имеющих доступ к печати. Стиль деловой переписки супруга она узнала сразу, а вот второй недоброжелатель заставил ее задуматься.

— Не вижу здесь дилеммы, — она вернула письма. На ее лице не дрогнул ни один мускул.

— Да, — еще раз согласился он, — здесь все четко и ясно. Видите ли, я горжусь, что при моем управлении ни один темный маг не выходил из подвала. Все они либо ожидают, либо