Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

когда уже перейдут в софоморы, появится больше кругов по интересам. Ну а джуниоры и сеньоры — эти уже одной ногой во взрослой жизни. Так что фрэшменов пока считают чмырями, добравшихся до хай скул по недоразумению, и неумению родителей пользоваться презервативами.

Ну вот, наконец, и мой номер — один-семнадцать. Я достал ключ и вставил в замок. Странно, она была открыта… Я решительно нажал на ручку.

В комнате уже были. Парень моих лет распаковывал чемодан. Парень как парень, моей комплекции, белый, черноволосый, одетый, как и все прибывшие в обычную, еще не школьную одежду.

— Привет! — он повернулся ко мне.

— Привет!

— Макс Райнер, — он протянул мне руку.

— Том Хоуп, — я ответил на рукопожатие.

— Ты новенький? Я что-то раньше тебя не видел.

— Я за старенького, — усмехнулся я. — А ты, я так понял, не новичок здесь?

— Восемь лет уже здесь, — вздохнул он.

— Да уж, — посочувствовал я ему. Прожить столько лет, находясь здесь по девять месяцев в году… Я вот как-то уже начал скучать по своему дому и комнате. — Ну тогда вводи в курс дела, что и как.

— Обязательно, — он сел на кровать. — Введу.

Я обвел взглядом комнату. Ничего, жить можно, но бедно. Довольно просторно, две кровати, стол. Стулья, пустые пока книжные полки. Ничего лишнего. Ну и естественно не сравнить с моими домашними апартаментами, которые показались бы хоромами.

— Есть хочешь? — у меня что-то подвело желудок. Ехали сюда мы довольно долго.

— Вообще-то скоро обед… — замялся Макс.

— Ладно мяться, — хохотнул я, и достал пакет, купленный на заправке по дороге. — Бери. Отличный резиновый гамбургер из Мака, со вкусом гондона.

— Надеюсь, неиспользованного? — усмехнулся Макс.

Отлично, свой человек. Не стал кривить рожу от моих шуточек.

— Не, соуса нет, — я подал ему завернутый гамбургер. — Чувствую, не скоро мы еще их попробуем.

— Ошибаешься, — сказал Макс, шелестя оберткой. — Вы же мимо Торчвуд-таун проезжали?

— Э-э, — пытался я сообразить. Вроде как нет, наверное, по другой дороге ехали. — Нет.

— Городишко тут неподалеку. Где-то в миле отсюда.

Ну точно, городишко. Если таун, а не сити — значит, в городе нет кафедрального собора, насколько я помнил свою училку по английскому. Таун — это ближе к нашему райцентру, уже не деревня, но и не особо значимый в масштабах страны город.

— Он как раз паразитирует на «Торчвуде». Супермаркет, магазины, закусочные, — Макс отсалютовал мне гамбургером. Короче, такая мини-база обслуживания. Ну, конечно, не только для студентов, перевалочная база для продуктов и товаров.

— Удобно.

— Не то слово. И студенты под присмотром. Так что, если что-то надо — подписываешь пропуск у классного — и вперед. Здесь пятидневка, хочешь — остаешься в общаге, хочешь — выписываешь пропуск и в городишко. Мороженое там поесть или закупиться тем, что в местном кафетерии отсутствует. Как видишь, любой каприз за ваши деньги.

— А с девчонками как?

— Ты про этих кур? — он кивнул головой в направлении женской общаги. — Ну вряд ли тут можно завязать крепкие отношения. Можно, конечно, кого-нибудь пригласить погулять, но только именно погулять. У местных надзирательниц просто телепатическое чутье, и срабатывание датчика «девственность в опасности» гарантировано. Да и сами они особо к этому не стремятся — для обучения важно, чтобы ведьма была невинной. Поэтому среди них много розовых. Это модно, толерантно, и не несет угрозы ну сам понял чего, а начальство на это смотрит сквозь пальцы, чтобы их ни дай бог не обвинили в угнетении секс-меньшинств. Если хочешь чего-нибудь добиться и сбросить напряжение — можешь попробовать со зверушками со зверофермы, нелюди к этому относятся, как к естественной части своего образа жизни.

— Нет уж, спасибо, — я чуть не подавился гамбургером, представив себе оскаленную рожу вампирши, сидящей на мне в позе наездницы. И потом, у меня же Холли есть, пусть пока и платонически. А зверушек я люблю в клетке, ну или этих — подальше от себя и не в звероформе.

— Кстати, ты еще на складе не был?

— Зачем? — удивленно спросил я.

— Эх ты, — усмехнувшись, сказал Макс. — Форму получить. Это тебе не обычная школа, тут каждому выдают все, от трусов до шапок. Все должно быть единообразно.

— Прямо армия какая-то.

— А ты думал? — подмигнул он мне. — По крайней мере половину этой богадельни контролирует и финансирует минобороны, хотя это и не афишируют.

— И когда туда идти?

— По распорядку. Сегодня наш факультет идет в пять вечера. Можно конечно и так потолкаться, но кладовщицы будут злые, им сегодня надо будет одеть всю ораву. Завтра же начало занятий.

— Вот блин! — хлопнул я себя по лбу. — А я ничего и не взял с собой, может пару ручек и тетрадей…

— А что я тебе сказал? Что ты получишь здесь все. Ну разумеется, «Монблан» тебе никто не выдаст, можешь купить за свой счет, но все остальное — опять же на складе получишь или уже в классе раздадут. Здесь, знаешь ли, на учеников не очень-то рассчитывают. Тут, кроме мажоров, и дети реднеков, и бывшие беспризоники, и эмигранты… Главное, на что обращают внимание — твой дар. Если он настолько сильный, что тебя берут сюда на учебу — об остальном ты на это время можешь не заботиться. Администрация делает все, чтобы избавить тебя от головной боли с приобретением, проживанием и прочим. А если бы было не так — мы бы не были такой сильной магической державой. И потенциальные сильные маги да ведьмы подыхали бы в детстве в канавах или шли бы в криминал. В нашем классе ты еще увидишь Вилли Голда, он немного дерганый, но это вполне объяснимо. Потомственный алкоголик из семьи потомственных алкоголиков, с самого дна, регулярно получавший от отца на орехи так, что даже в больнице валялся. Пока у него в первом возрасте, ну в семь лет, не проснулись магические способности, и он вывернул папашу наизнанку, в полном смысле. Зрелище, говорят, было жуткое. Ну и куда идти сироте из семьи со дна? Правильно, сначала в службу опеки, а те позвонили в «Торчвуд». Теперь он один из самых сильных учеников школы и будущий боевой маг. А так — либо подох бы, либо сел.

— Да уж, — заметил я.

— Так что можешь не париться. Эта школа — как армия, одна семья. И любой выпускник «Торчвуда» поможет другому, это правило снаружи соблюдается незыблемо. Поэтому если там ты был сам по себе, то здесь чувство локтя товарища под своими ребрами или на челюсти тебе гарантировано.

— Тебя послушать — так тут тишь да гладь, да божья благодать, одни