Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

— Если тебе тяжело об этом говорить, можешь не продолжать, — спокойно сказала женщина, хотя всем сердцем ждала продолжения.

— Увидев, что за ней идет слежка, брат Митии кинул ей под ноги портальный шарик и втолкнул женщину туда, а в самую последнюю секунду, когда портал почти закрылся, в нее полетело заклинание «Черной смерти».

Любава вздрогнула, и миска, которую она держала, выпала из ее рук.

— Любава, где ее могилка? Ведь это ее ребенок.

— Это мой ребенок и только мой, — взвилась она, как волчица, защищающая своего волчонка.

Лабор для ее успокоения выдвинул руки ладонями вперед.

— Твой, и никто не собирается у тебя ее отнимать. Я хотел предупредить, что год назад вина советника не была доказана и он вернулся домой. Бывший жених продолжает искать какие-либо сведения о ней и ребенке. Он не уверен, что проклятье ее достало, поэтому продолжает поиски. А я-то видел, как полыхнуло проклятье, попавшее в нее. Это с ним я случайно столкнулся и получил ранение, но успел телепортировать.

Любава без сил села рядом на стул. Ноги подкашивались от волнения, а в руках чувствовалась мелкая дрожь.

— Думаешь, они появятся здесь? — обеспокоилась она.

— Может, но это будет не так скоро, так что живите спокойно. Ты мне покажешь завтра могилку?

— Если леший согласится: он сейчас очень занят подготовкой к холодам. Давай ложиться спать. У нас говорят: «Утро вечера мудренее».

— Это где это у вас? — поинтересовался раненый.

— Неважно! — Любава встала и пошла стелить себе постель.

Спозаранок она вышла во двор и попросила полудницу приготовить букет поздних цветов. Пока умылись и позавтракали, солнце поднялось уже высоко. Выйдя во двор, они заметили на пороге красивейший букет.

— Пошли, — сказала она, взяв букет в одну руку, а дочь — в другую. — Коня не бери, коротким путем пойдем.

Через поле прошли быстро и достигли кромки леса.

— Дедуля!

— Ну что ты, оголтелая, разоралась? Звери готовятся к зиме, а ты их пугаешь, — проворчал дед, при том оглядывая незнакомца. — Чувствую родную кровь погибшей.

— Здравствуйте, дедушка леший, не пропустите ли нас к могилке любимой?

— Да-а-а, вон она жизнь: иногда делает такие крутые повороты, что встать после них бывает трудно. Проходите.

Перед путниками появилась тропинка, и они оказались на высоком берегу небольшого озера, где одиноко стояло широколистное дерево, издалека похожее на круглолистную липу.

— Там под деревом и похоронена, — послышался голос лешего.

Лабор встал на колени перед небольшим холмиком и лег на него щекой, что-то говоря тихим шепотом и поглаживая землю.

— Мамочка, что это дядя делает? — спросила изумлённая Марьяна.

— Прощается со своей любовью, — тихо ответила мать.

— А разве с любовью можно проститься? — еще сильнее удивился ребенок.

— Все так сложно, золотце, когда вырастишь — поймешь. Запомни это место, когда-нибудь я расскажу тебе историю любви простой человеческой женщины и эльфа, которая закончилась очень трагично.

Девочка, видя настроение взрослых, лишь утвердительно кивнула.

Домой они возвратились поздно. В основном говорить было нечего, да и Лабор был в таком состоянии, что не хотел ни с кем общаться. Молча пообедали, мужчина лег на кровать и отвернулся к стенке.

Марьяна посмотрела на мать и вполне серьезно спросила.

— А кто эта женщина, к могилке которой мы сегодня ходили?

— Откуда ты поняла, что это могилка?

— Травка рассказала, потом дерево показало, — ответила задумчиво девочка.

— Как это показало? — не совсем поняла Любава.

— Как будто все происходит на самом деле, но только не на самом деле, а в голове, — она покрутила ручками вокруг головы.

«Только этого мне еще не хватало», — подумала женщина и без сил уселась на стул рядом с дочерью.

— Давай договоримся, Марьяна, ты у меня девочка умная, поэтому я с тобой буду разговаривать как со взрослым существом, договорились?

Девочка в ответ кивнула и уставилась на мать своими васильковыми глазами.

— Есть такие вещи, которые начинаешь понимать со временем, это касается не только детей, но и взрослых. Так вот, я могу тебе сказать, что это могилка очень хорошей женщины, которая любила своего ребенка и погибла ради него. Я пока — слышишь? пока! — не могу тебе все рассказать, потому что сама не до конца понимаю всю ситуацию. Но придет время, я все расскажу.

Любава взглянула на дочь и встретилась с не по-детски пристальным и серьезным взглядом своего ребенка. Девочка помолчала несколько минут, затем забралась на колени матери и уткнулась ей в грудь. Ради вот таких минут счастья Любава готова была перевернуть весь мир, лишь бы защитить свое дитя.

Глава 7

После отъезда Лабора прошел месяц. Днем было тепло, но к ночи холодало. Шел первый месяц отума (осени). Любава предчувствовала какую-то беду, поэтому заранее собрала узелок и сложила туда все, что могло понадобиться в дороге. Туда же были спрятаны пять золотых монет, отданные Лабором при отъезде. Долго с пространственной сумкой разбираться не пришлось — спасибо российским фэнтези.

«Ну да, грешна, почитывала иногда на досуге», — думала травница.

Времени в холодные дни было много, поэтому она заготавливала как можно больше микстур, настоек и мазей: если придется уходить, то возьмет всё с собой. В каждой деревне это всё можно было продать и выручить неплохие деньги. Она сшила себе теплую одежду, затем скроила из детского теплого одеяльца курточку для дочери — спасибо урокам домоводства, которые научили обращаться с иголкой.

В один из дней на пороге дома появились дети старосты Калидуса.

— Тетя Любава, Ариста велела предупредить, что какие-то незнакомые люди спрашивают, не живет ли поблизости женщина с ребенком, похожим на эльфа. Отец указал на вас и даже назвал дату, когда вы ее нашли в лесу.

— А что, меня в лесу нашли? — удивилась Марьяна.

Мальчики, поняв, что сболтнули лишнего, стали уверять подругу, что всех новорожденных находят в лесу. Обычно дети, жившие в деревне, рано начинают понимать об отношениях полов.

— Да поможет вам Вишанья за ваше доброе сердце! — проговорила она и стала быстро собирать оставшиеся вещи.

Одевшись и одев ребенка, она припустилась к кромке леса, крикнув на ходу, чтобы козу отвели вдове, присматривавшей за Марьяной. Она молилась и своим богам, и богине Вишанье, чтобы дедушка леший не ушел в спячку, иначе ее могут догнать. Когда Любава с ребенком на руках была уже близко, обернувшись, увидела возле своей избушки троих посторонних.

— Дедушка, помоги, — прошептала она.

— Так и думал, что неспроста они вначале по лесу шлялись, что-то выискивали, что-то вынюхивали, а потом в село поехали. Быстренько давай, куда тебе?