Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

Бланш легко подхватила её фразу, передразнивая шутливой интонацией в голосе:

— …не случится… Так я говорила себе. Случилось. А лекарства нет.

— Лекарство будет. — Про костяную фигурку от Дакарея Вик не стала говорить — это не выход: лечить, калеча других.

— Не будет. — не останавливаясь, как ренальский фарфоровый болванчик, закачала головой Бланш. — Не будет, не будет… Не будет… У вас уже проблемы с логикой. Мой муж в тюрьме. Лекарства не будет.

— А как же лечение у профессора Манчини? — напомнила Вик.

— Догадайтесь с трех раз, кто поставлял туда лекарства. Это делал мой муж. А он в тюрьме.

— Значит, кто-то иной изобретет…

— За тысячи лет никто не изобрел, а тут именно для вас изобретут? Ближе всех к открытию был Рауль. Освободите его, если хотите остаться феей. — вздохнула Бланш. — Или перестаньте быть феей. Простите, я устала. Я могу… Я не знаю, куда направляют в таких случаях? Сразу в суд? Или в тюрьму? Никогда не была в тюрьме, знаете ли… Куда мне сейчас?

Одли кивнул Лео:

— Вас отведут в камеру предварительного задержания — на время выяснения всех обстоятельств.

— Хорошо, — бесцветно выдавила Бланш. — Я согласна на все.

Она встала, опираясь закованными руками на стол.

— Не будьте как я, перестаньте быть феей, иначе эфир пожрет вас и выплюнет абсолютно безумной. Самое страшное во всем этом то, что мужчины отворачиваются от таких, как мы. — повторила Бланш снова, глядя в глаза Вик. Та в последний момент вспомнила важное:

— Кто Мудрый в вашей семье?

— Мудрый? — вздрогнула Бланш. — Мудрые не покидают Карфу, к вашему сведению.

Лео повел Бланш прочь из залы. С её уходом казалось даже дышать стало легче. Некоторые доктора говорили, что безумие заразно. Так ли это на самом деле, еще неизвестно.

Сейчас Вик все бы отдала за глоток свежего воздуха, но из залы не выйдешь — мужчины не так поймут и бросятся утешать, а это не то, что нужно… Вик налила себе в первый попавшийся стаканчик кофе. Он уже остыл, не принося необходимой бодрости. Может, сходить в ночную аптеку за ледяной колой? Впрочем, можно обойтись и без неё.

Она медленными глотками пила кофе. Хоть минуту ни о чем не думать. Хоть минуту забыться. Хоть минуту побыть наедине с самой собой и своими мыслями. Хотя нет — в мыслях, стоило только чуть-чуть расслабиться, появлялся Эван. Сейчас это запретная тема. Он в поездке. С ним все хорошо, пока ей лично не покажут его мертвое тело. До этого момента он жив.

Так, мысли опять пошли не туда.

Себ, сидя за столом, придвинул к себе печатную машинку и начал что-то быстро печатать. Стук, стук, стук, каждая клавиша больно впивалась в мозг Вик. Зато стук забивал все мысли об Эване.

Не думать. Не думать. Не думать. Не думать.

Звон возврата каретки, и снова клац, клац, клац…

Сделав очередной машинальный глоток кофе из уже пустого стакана, Вик заставила себя сбросить отупение и спросила, принимаясь раскладывать фиксограммы по папкам:

— И что теперь будем делать?

Одли стоял у окна, его рука то и дело дергалась в желании открыть окно, впуская свежий воздух, но он вовремя вспоминал о светомаскировке. Задумывался и… Рука снова тянулась к оконной ручке.

Грег, присев на угол стола, задумчиво рассматривал листы допроса Рауля Аранда — явно сверял с признаниями Бланш, ища несостыковки:

— Это ты к тому, что осуществилась мечта идиота — сразу два признания?

— Я не совсем это имела в виду… — пробормотала Вик, завязывая папку с делом Чернокнижника.

— Это-это, — Грег посмотрел ей в лицо и впервые на памяти Вик широко, открыто улыбнулся. — Буду просить помощи у детектива, предпочитающего опираться в расследовании на улики. Спасешь детектива, предпочитающего опираться на признания?

— У меня пока тоже плохо с догадками и особенно с уликами. — Вик посмотрела на Одли. Тот разрешающе махнул рукой, в очередной раз подавляя порыв открыть окно:

— Продолжайте, продолжайте. Я начинающий — буду учиться у маститых… Вашу ж мать… Как не хватает свежего воздуха. Хотя бы одного глотка. Это же безумие вокруг.

Себ перестал терзать печатную машинку и возвестил на всю залу:

— Вик, посмотришь перепись содержимого саквояжа леры Бланш или тебе зачитать?

Она закрыла на миг глаза, пытаясь одолеть головную боль:

— Давай сам. Даже не так. Что-то интересное было?

— Интересное? — повторил Себ. — Во-первых, Аранда, действительно её считает сумасшедшей. В саквояже не было ничего острого и опасного, а ведь в поездку всегда берут маникюрный набор и набор для шитья или вышивки.

Вик почувствовала себя неправильной нерой или сумасшедшей — она никогда не брала ничего для шитья и тем более вышивки. Бешенные белочки, только не это! Хуже было только вязание.

— Во-вторых, все в саквояже было перевернуто вверх дном, словно собирали в спешке или Бланш сама все перерыла в поисках чего-то. В-третьих, там лежал бумажник Аранды. И в-четвертых, там была смятая утренняя газета «Седьмица Аквилиты». Мбени в больнице давал показания — эту газету он купил по требованию нера Аранды, который, прочитав её, взбесился и смял, кинув на пол.

— Газета? — вздрогнула Вик. — Давай её сюда!

Она распрямила газету и быстро принялась её читать. Утром она допустила ошибку — недочитала её. Впрочем, Рауль Аранда, кажется, допустил ту же ошибку. В разгромной статье о Чернокнижнике не было ни слова о необычном фиксаторе и о Фишере. Именно поэтому Рауль Аранда не смог ничего сказать о Фишере.

Пролистывая страницу за страницей и вчитываясь в каждую статью, Вик спросила:

— Кстати, все забываю спросить: нашли уже того, кто слил сведения газетчикам? Надеюсь, это не вчерашний дежурный…

Ей ответил Одли:

— Нашли. Точнее почти — на Оленьем явно кто-то из военных проболтался, тут наши руки коротки, нам не найти болтуна.

Грег мрачным кивком подтвердил Одли, что уж он точно доберется.

— …а вот в управлении это был утренний уборщик — Брок же всю ночь строчил свои бумаги на стене. Он не убрал их в сейф на время тренировки в зале. — Одли покаянно склонил голову: — Моя вина. Забыл, какой рыжий бывает безалаберный.

Вик прищурилась, отвлекаясь от газеты — она нашла то, что искала: короткую заметку в криминальной хронике на последней странице. Всего пара строчек, которая могла оправдать леру Бланш. В то, что нер Аранда тоже лгал, Вик уже не сомневалась.

— Точно утренний уборщик?

Одли подтвердил:

— Точно. Он уже дал показания, и его оттащили в Королевский суд. А что?

Вик понятливо качнула своим мыслям:

— Вот почему газетчики и нер Аранда ничего