Джо 6 - Харитон Байконурович Мамбурин

— А вот дальше — не знаю, — пригорюнилась женщина, — Никто не знает. Понимаешь, у нас нет иллюзий насчет архимагов, мы прекрасно знаем, что они такие же волшебники, как и прочие. Если их поставить перед необходимостью набирать новый Совет, они поступят, как и в прошлый раз. Им плевать на Гильдию…

— У вас есть прекрасный выход из этого положения, — хмыкнул я, скребя небритую щеку, — Я бы, даже сказал, идеальный. Правда «у вас» — это несколько неверно…

— Говори, что ты придумал! — требовательно уставилась на меня декан, — Чем быстрее я донесу эту информацию, тем всем нам будет лучше!

— Доносить нечего, — улыбнувшись, я потыкал в стройную женщину пальцем на расстоянии, — Работа с волшебниками, регулирование правовых актов, полная отдача себя делу. Новому Совету… да или старому, неважно, просто надо проехаться по мозгам также, как в свое время проехались вам, преподавателям. Архимаги, я уверен, знают, кто это с вами провер…

— Ты с ума сошёл⁈ — взвилась волшебница, размахивая руками, — Предлагать подобное! Это же рабство!

— Ну да, — пожал я плечами, — Вы, вон, не плачете, я смотрю.

— Мы… мы… мы разучились жить иначе! Наше сознание уже перестроилось!

— И у тех, кто жаждет власти, оно тоже перестроится. Вас же никто насильно в Школу не гнал, не так ли?

Женщина была очень возмущена, крайне, но никаких контраргументов у неё не было. Я знал о том, что они в свое время посовещались и решились не теребить эту тему, уже обретя в ней новый смысл существования, но моё предложение вызвало очень бурную реакцию. Чрезмерно бурную, потому что… Трилиза Саммерс не была обычной волшебницей. Она была прекрасным Мастером, педагогом, воспитателем и, что куда важнее, умным человеком. Она сразу поняла, что другого выхода нет. Что моя больная, эгоистичная, варварская, совершенно аморальная идея найдет живейший отклик у архимагов, ибо они все — такие же подлецы и моральные уроды, как и я. То есть деловые и практичные люди.

— Джо… ты мерзавец! — вот так прозвучала её капитуляция.

— Почему? — злобно улыбнулся я, разводя руки, — Потому что я хочу мира во всем мире? Покоя? Торжества закона и справедливости? Потому что я предлагаю то, о чем вы не осмеливаетесь подумать? Трилиза, вы не просто будете жить дальше счастливо и спокойно, вам еще будет кого проклинать за это. К тому же у вас сейчас столько готовых, провинившихся, кандидатов, которых, кстати, ни грамма не жалко…

— Ты чудовище! — с этим возгласом меня покинули… а через пару часов пара молчаливых волшебников, растворивших двери моего узилища, сообщили, что Джо совершенно свободен и может идти на все четыре стороны.

Обвинения против меня были признаны надуманными и несостоятельными, Гильдия Магов приносит свои извинения, бла-бла-бла.

— Падажжите! — возмутился я, выходя из камеры, — А за моральный ущерб⁈ Никуда я просто так не пойду!

…и оказался вытолкан из здания. Операция «Кракен» набрала такие обороты, что абсолютно всем, даже нанятому мной Барнаклу Корнблюку, было не до меня.

— Ага, щас! — злобно погрозил зданию кулаком я, — Не на того напали! Где тут редакция малышки Умиллы…

В редакцию меня тоже не пустили, поэтому, обидевшись, я пошёл к своей старой доброй подруге Сиффре Хашисс, выпить с дамой винца, да поговорить о вечном. Увы, самый знаменитый магазин манадримов оказался закрыт, а, спустя еще пару минут, я выяснил, что весь город пребывает чуть ли не на осадном положении. Зверолюды, гоблины, лепреконы и прочие волшебные существа жадно читали газеты, опасливо косились по сторонам, а при виде моего запоминающегося лица, удирали с разной динамикой поспешности.

Кажется, у меня всё получилось. Тогда стоит вернуться в башню, а оттуда попробовать узнать, когда это я в Пиджахе столкнулся с волшебником, которому сумел так оттоптать мозоли. Неужели это тот самый старый пердун, которого мы спасли, и который ответил на это чернушной неблагодарностью, попытавшись нас потом догнать и убить?

Глава 10

Сиротский подгон

План «А» может быть далеко не всегда только планом «А». Иногда он становится планом «В», «Г» и дальше по алфавиту, а иногда даже пригождается в совершенно другом деле. В данный момент же мой план «А» был, одновременно, и «В», и даже «Г». Проще говоря, солянкой из самых разных планов, которая пригодилась, когда всё вокруг полетело к чертовой бабушке из-за старого и вредного восточного колдуна. Именно поэтому я сейчас без всяких мам, пап и кредитов, а также мойр и сыновей герцогов, занят тем, что укладываю амулет со своей продвинутой суккубой на широкую грудь спящего Виллума Зарда, нового мэра Дестады.

Ну… как спящего? По башке я ему дал. Он спать не хотел. Всё ворочался, об отчизне думал. Скотина.

— Хозяин, это будет трудно… — тихим шепотом пожаловалась мне Мата Хари.

— Время есть, — скупо бросил я в ответ, укладывая вырубленного мэра поудобнее, — Мне тоже будет нелегко.

— Давай работай, дурында, — тихо отозвался у меня на груди амулет с Лилит, которую я, забрав из школьной библиотеки, забыл выложить дома. Соскучился, наверное.

Личный кабинет нового повелителя Дестады, устроившего моему бизнесу грустно, был неподалеку, в другом конце коридора, представляя из себя натуральную магическую крепость. Неизвестно, откуда этот гад натащил магов, видимо, с прежнего места службы, но отдать за эту паутину заклятий Зард должен был очень много. Его святая святых была защищена лучше, чем дверь в личные покои короля Харса Третьего, владыки Рикзалии. А я, знаете ли, понимаю, о чем говорю, я там был. Нужно было подстраховаться на тот случай, если Астольфо всё-таки придётся убивать монарха ложкой…

Так вот, оставив суккубу делать мэру приятное, а себе полезное, я пошёл в атаку на магический заслон, стоящий на моем пути к переписке этого гадкого человека. Проанализировав дверь своим ясным, видящим магию взором, я вернулся назад в спальню, а там, с натугой подхватив гадкого человека подмышки, поволок его тушу в кабинет. С помощью этой отмычки, весящей килограмм под сто, я смог нивелировать приблизительно девяносто пять процентов защитных заклятий, а с оставшимися пятью справилась магия. Положив мэра на ковёр, я принялся аккуратно шерстить его документы.

Работы предстояло много.

Тихо открывшаяся дверь стала для меня неприятным сюрпризом. На пороге стоял сюрприз приятный, точнее, стояла. Это была тоненькая и смуглая девушка, одетая лишь в пару позолоченных цепочек. Перед собой она несла поднос с чайником, поэтому не видела ничего до того момента, как я бросил