Тернии Тегваара - Дмитрий Анатольевич Гришанин

Полутораметровые, разноцветные и непохожие одна на другую старинные ограды, часто утопающие в низкорослом кустарнике, или укрытые тенистыми кронами высоких деревьев, вдруг остались позади, сменившись ровными рядами аккуратных полуметровых оград, точных копий друг друга, окружающих аккуратные холмики захоронений, с типовыми, похожими один на другой, гранитными плитами памятников. И никакой пышной растительности, выше чахлой, иссушенной солнцем травы, здесь уже не наблюдалось.

— Это и есть что ли новое кладбище? — уточнил Артем, невольно заозиравшись по сторонам, следом за проводником остановившись на открытом всем ветрам месте.

— Оно самое, — подтвердил Игорь. — И вот отсюда двадцать девятый участок начинается, — он ткнул рукой в отходящую от главной дороги земляную тропку, видимую метров на двадцать в ночи вдоль параллельных рядов невысоких могильных ограждений. Что примечательно: точно такие же прямые земляные тропки (между рядами низких оград) расходились по разные стороны от дороги буквально через каждые семь-восемь метров. И каким образом среди этого однотипного многообразия похожих, как близнецы, троп сторож угадал разделяющую участки межу? — для Артема с Викой так осталось неразгаданной загадкой.

— Ваши могилы должны быть где-то здесь, — продолжил, меж тем, вещать Игорь. — Ну-ка давайте посмотрим… — Он извлек из бокового кармана комбинезона длинный, узкий фонарь, включил и направил сфокусированный луч света поочередно на выстроившуюся по правому краю дороги вереницу мраморных могильных плит.

— Ага, ну вот, кажется, и они, — через считанные секунды снова радостно воскликнул Игорь. — Вон смотрите, — его палец указал на гранитный памятник, целиком освещенный приближенным фонариком, — Татьяна Зотова, — прочел он. — А там, рядом с ней, по соседству… — луч фонаря осветил памятник следующей могилы, — Вера Ковальчук… Остальные ваши родственники, если мне память не изменяет, должны находиться дальше от дороги, во втором и третьем ряду за первыми двумя… Вот, смотрите, как я и говорил… — фонарь осветил второй ряд могил от дороги, за Ковальчук оказалась могила Сергея Тучина, а за Зотовой — могила Анатолия Воротило. Луч фонаря скакнул еще дальше, и в третьем ряду, ожидаемо, оказались могилы Роговой и Глазнова.

— Браво, — похвалил сторожа Артем. — Мы б с Викой и днем среди этого нагромождения одинаковых оград замучились бы искать. А ты ночью, и вот так сразу. Лихо, блин! Молодец!

— Если б поработали здесь с мое, тоже бы быстро нашли, — хмыкнул довольный похвалой Игорек.

— Вы еще в десна друг с другом долбанитесь, — фыркнула Вика. — Привел и привел, с фига ли пафоса столько по такому пустяку нагонять.

— Злая ты, не добрая… — покачал головой Артем.

— Да пошел ты, — беззлобно отмахнулась напарница.

— Я вам не мешаю? — осмелился встрять Игорь.

— А в глаз?.. — зло зыркнула на него девушка.

— Эй, че на пустом месте завелась-то⁈ — возмутился Артем.

— Да фиг знает… Муторно на душе как-то стало. Не нравится мне здесь, — пожаловалась напарница.

— Мне думаешь нравится?.. Это кладбище, самое тоскливое место в городе, — развел руками Артем.

— А я предупреждал, — рискнул снова подать голос сторож. — Может, пока не начали, отмените свой заказ, и ну нахрен эти раскопки?

— Нее, без раскопок никак нельзя, — обломал его Артем.

— Но…

— Заткнись, и без тебя тошно! — на корню прихлопнула робкий протест сторожа уже Вика.

— Ладно, давайте тогда побыстрее с этим закончим, — с тяжким вздохом покорился неизбежности Игорь. — Выбирайте: какую копать будем?

— Погоди, не так быстро, — остудил его запал Артем. — Нам прежде нужно памятники со всех шести могил сфотографировать… — Артем достал из заднего кармана джинсов айфон и перевел его в режим фотосъемки при ограниченном освещении.

— Моя помощь нужна? — уточнил сторож.

— Да. Ты, пожалуйста, каждую могилу мне по очереди фонарем освети, — распорядился Артем, закончив приготовления. — И, вообще, пойдем-ка со мной. Будешь под ноги светить. А то с этими низкими оградами — того и гляди запнешься и растянешься… Эй, Вик, не тормози! Видишь же как нам с лопатами шарахаться неудобно. Подержи их, пока мы с фотками не закончим.

Девушка недовольно фыркнула, но подчинилась, забрала у напарника и сторожа лопаты и, чтобы не мешаться под ногами, отошла в сторонку.

Артем с Игорем приступили к делу…

Интерлюдия 8

Интерлюдия 8

(За одиннадцать месяцев до описываемых в книге событий)

— Смотри сама. После первого контакта с существом погиб твой молодой сосед, — стал загибать пальцы Стумли. — Когда ты занималась в своей комнате аэробикой, этот бедняга сидел в нескольких метрах за стеной у себя дома. И на свою беду оказался ближайшим к тебе разумным существом. Тот первый контакт, сама знаешь, вышел достаточно продолжительным. На его поддержание понадобилось много маны. И из несчастного «донора» заклинание-паразит незаметно выкачало всю жизненную силу, потому здоровый, сильный, молодой парень сгорел, как спичка, тихо скончавшись у себя дома от многочисленных инфарктов и инсультов… Следующий не менее продолжительный твой контакт с огненным существом состоялся уже в степиной квартире. Там в роли «доноров» заклинание-паразит использовало твоих друзей.

— Как это? — не удержалась восклицания Лена.

— Сам я там не был, и свечку не держал, — хмыкнул гном и, посерьезнев, продолжил: — Но дело было, думаю, примерно так. Степана, выбранного тобою на роль своего хранителя, заклинание-паразит не тронуло, по полной отыгравшись на остальной шестерке ближайших к тебе разумных. Если бы ребят было меньше, они бы сгорели, так же быстро и практически безболезненно, как первая жертва заклинания-паразита — твой сосед. Но объема жизненной силы шестерых здоровых молодых людей оказалось более чем достаточно для одного, пусть и продолжительного, контакта с инопланетным существом. Потому заклинание-паразит выпотрошило каждого несчастных лишь наполовину, оставив инвалидов, с частично спекшимися мозгами и с надорванными сердцами, умирать в страшных мучениях. Покидая практически в беспамятстве степину квартиру, ты не заметила кошмарного состояния остающихся в квартире друзей. Степан же, оставшийся после твоего ухода наедине с покалеченными гостями, когда у него на глазах друзья стали ни с того, ни с сего корчиться в муках и молить о смерти, окончательно принял навязанную тем же «паразитом» судьбу твоего хранителя, обернулся вампиром, доверился первобытным инстинктам и, как смог, облегчил участь дорогих ему людей. Совершенная им в ту ночь в квартире массовая бойня, как бы это пафосно не прозвучало,