Знахарь I - Павел Шимуро

друг на друга через пелену мрака — человек и чудовище, разделённые расстоянием в несколько метров. Глаза твари светились тусклым красноватым светом, как угли в умирающем костре. В этих глазах не было разума, только голод и оценка — стою ли я того, чтобы тратить энергию на погоню?

Пауза затянулась.

Потом тварь фыркнула, развернулась и скрылась в зарослях, бесшумная, как призрак. Шелест листьев отметил её уход, и снова наступила тишина.

Я выдохнул.

Варган опустил копьё.

— Рыскун, — бросил он через плечо, не оборачиваясь. — Сытый рыскун — не опасный. Голодный — беда.

Я кивнул, хотя он не мог этого видеть.

— Идём, — охотник двинулся дальше. — Недалеко уже.

Последовал за ним, чувствуя, как дрожат колени.

Мрак сгущался, подступая всё ближе, и шёпот на грани слышимости становился всё громче и настойчивее, всё более похожим на приглашение, от которого лучше отказаться.

Но отступать было некуда.

Ребята, 2к лайков и автор выпустит дополнительную главу!

От автора:

Маг из древнего рода. Один взгляд, и чужие мысли становятся для него шепотом. Хочешь напасть? Поздно — он уже ведёт бой.

https://author.today/reader/285158

Глава 11

Мы шли уже около часа или мне так казалось. В этом проклятом месте время текло иначе — густо и тягуче, как тот мрак, что окружал нас со всех сторон. Минуты растягивались в часы, а часы могли сжиматься в мгновения. Я давно перестал пытаться считать шаги или отслеживать пройденное расстояние.

Варган шёл впереди, его широкая спина маячила в нескольких метрах от меня, и я цеплялся за этот ориентир, как утопающий за соломинку. Охотник двигался уверенно, время от времени чуть склоняя голову набок, прислушиваясь к чему-то, недоступному моему слуху. Его копьё покачивалось в такт шагам, наконечник тускло поблёскивал в зеленоватом полумраке.

Варган резко остановился.

Я едва не врезался в него, успев затормозить в последний момент. Охотник поднял левую руку, сжатую в кулак — этот жест не требовал перевода.

Опасность.

Я замер, стараясь даже дышать тише. Сердце ускорило ритм, и где-то на периферии зрения мелькнуло золотистое предупреждение системы о повышенной нагрузке.

Слева от нас, в густых зарослях какого-то гигантского папоротника, что-то зашевелилось. Листья дрогнули, хотя ветра не было. Между переплетёнными стеблями мелькнуло нечто тёмное и массивное.

Тварь вышла из зарослей медленно, почти лениво. Она была крупнее того рыскуна, которого мы видели раньше — размером с медведя, но построенная совершенно иначе. Приземистое тело на шести лапах, покрытое чем-то вроде хитиновых пластин. Голова плоская, вытянутая, с множеством глаз, расположенных полукругом. Каждый глаз светился тусклым янтарным.

Тварь замерла в нескольких метрах от нас. Её многочисленные глаза были направлены не на меня.

На Варгана.

Охотник стоял неподвижно, копьё опущено, поза расслабленная. Он даже не принял боевую стойку, а просто стоял и смотрел на существо, как человек смотрит на назойливую муху, которую пока не решил прихлопнуть.

Секунда.

Две.

Три.

Тварь издала странный звук — что-то среднее между шипением и урчанием. Её хитиновые пластины задрожали, и я понял, что это местный эквивалент нервной дрожи. Существо напугано.

Оно попятилось.

Шаг назад, ещё один. Глаза не отрывались от охотника. Потом тварь развернулась и нырнула обратно в заросли, исчезнув так же бесшумно, как появилась.

Я выдохнул.

— Чего она испугалась?

Варган хмыкнул и двинулся дальше, даже не оглянувшись.

— Меня.

Я нагнал его, стараясь не отставать.

— Как это работает? Ты же ничего не делал — просто стоял.

— А чего делать-то? — охотник пожал массивными плечами. — Твари умеют считать силу. Видят, кто добыча, а кто охотник. Я охотник, а она добыча, если захочу. Вот и вся наука.

Считать силу — интересная формулировка.

— Это связано с культивацией? С кругами?

Варган бросил на меня короткий взгляд через плечо. В его глазах мелькнуло что-то похожее на удивление.

— А ты башковитый, лекарь. Да, связано. Когда кровь густеет, когда жилы пробуждаются, тело начинает излучать что-то — давление, что ли, или запах особый. Твари это чуют за версту. Слабых жрут, сильных обходят.

Давление. Аура. Биополе.

В моём прежнем мире это считалось бы эзотерикой, шарлатанством, темой для жёлтых журналов, но здесь это работало настолько хорошо, что хищник размером с медведя отступил, даже не попытавшись атаковать.

— Почему я этого не чувствую?

Вопрос вырвался сам, прежде чем успел его обдумать.

Варган остановился и обернулся ко мне полностью. Его лицо было непроницаемым, но в глазах читалось любопытство.

— Совсем не чувствуешь?

Я покачал головой.

— Для меня ты просто человек — большой, сильный, но обычный. Никакого давления, никакой ауры.

Охотник долго молчал, буравя меня взглядом. Потом хмыкнул и отвернулся.

— Странный ты, лекарь. Ох, странный. Может, оттого что с верхов свалился или ещё от чего. Нутро твоё не как у нас устроено.

Он двинулся дальше, оставив меня наедине с вопросами.

Почему я не чувствовал ауру культиватора? Это тело было слабым — нулевой круг, никакой культивации. Возможно, способность ощущать давление других приходила вместе с развитием собственных сил? Или дело было в чём-то другом?

Моё сознание пришло из другого мира. Мозг, привыкший к рациональному анализу, к научному методу, к измеримым величинам. Возможно, я просто не умел воспринимать то, что местные чувствовали инстинктивно с рождения.

Ещё один пункт в длинном списке вещей, требующих исследования, если выживу.

Мы продолжили путь, и за следующие полчаса я насчитал ещё три подобных встречи. Каждый раз сценарий повторялся: тварь появлялась из мрака, замирала, оценивала Варгана и отступала. Ни одна из них даже не попыталась атаковать.

Рыскун с двумя хвостами, покрытый какой-то слизью.

Существо, похожее на помесь волка и богомола, с длинными передними лапами, оканчивающимися серповидными когтями.

Стая мелких тварей размером с крысу, но с зубами, как у пираний. Они кружили вокруг нас несколько минут, шурша в подлеске, пока наконец не растворились во мраке.

Каждый раз я наблюдал за реакцией хищников и пытался уловить то самое давление, ту ауру, которая заставляла их отступать.

Ничего.

Варган оставался для меня обычным человеком. Большим, опытным, опасным, но обычным.

Это странно и неправильно. И это требовало объяснения, которого у меня пока не было.

…

Варган остановился у очередного дерева, и поначалу я подумал, что он снова заметил опасность, но охотник не поднял руку для сигнала — вместо этого он присел на корточки, вглядываясь во что-то у основания ствола.

— Глянь-ка, лекарь. Это Наро собирал, помню.

Я