Знахарь I - Павел Шимуро

Система выбросила табличку.

[АНАЛИЗ СУБСТАНЦИИ]

[Наименование: Цветок Сердечной Лозы (местное)]

[Свойства: Кардиотонический эффект, стабилизация сердечного ритма]

[Применение: Компонент для настоев, укрепляющих сердечно-сосудистую систему]

[Концентрация активных веществ: 73%]

[Совместимость с базовым рецептом: 89%]

[ПРИМЕЧАНИЕ: Не является искомым ингредиентом «Схема 9», но может использоваться как заменитель с пониженной эффективностью]

Не тот цветок.

Не тот, который мне нужен. Заменитель. Пониженная эффективность.

Я подавил разочарование. Это лучше, чем ничего. Восемьдесят девять процентов совместимости. Возможно, с этим ингредиентом я смогу создать настой, который продлит мне жизнь. Не вылечит полностью, но даст время искать дальше.

— Это то, что нужно?

Голос Варгана вырвал меня из размышлений.

— Частично, — я присел рядом с цветком. — Не совсем тот, который ищу, но подойдёт. Можно собирать.

Я достал нож из-за пояса и потянулся к стеблю.

Лезвие было в сантиметре от растения, когда система взорвалась предупреждением.

[ВНИМАНИЕ!]

[Метод сбора: НЕОПТИМАЛЬНЫЙ]

[При срезании стебля полезные свойства будут утеряны на 90%]

Я замер.

Нож завис над стеблем, не касаясь его. Секунда. Две. Три.

— Чего замер? — Варган подошёл ближе. — Режь давай. Нельзя долго на одном месте торчать — твари почуют.

Я медленно убрал нож.

— Не могу так. Испорчу.

— Чего?

— Если срежу, трава потеряет силу. Нужно выкапывать с корнем.

Охотник нахмурился.

— Наро всегда резал. Никогда не выкапывал.

— Может, поэтому его настои были не такими сильными, как могли бы быть.

Это смелое предположение. Я не знал, каким алхимиком был Наро. Не знал, насколько эффективны были его лекарства. Но система говорила ясно: срезать нельзя.

Варган какое-то время смотрел на меня, потом пожал плечами.

— Дело твоё, только поторопись.

Я убрал нож за пояс и начал подкапывать землю вокруг цветка пальцами.

Почва здесь была мягкой, рыхлой, почти как торф. Пальцы легко погружались в неё, раздвигая мелкие корешки и комочки грязи. Работал осторожно, стараясь не повредить корневую систему цветка.

Система выбросила обновлённую табличку.

[Метод сбора: ОПТИМАЛЬНЫЙ]

[Вероятность сохранения полезных свойств: 90%]

[Продолжайте]

Девяносто процентов — это очень хорошо.

Я углублялся в землю, постепенно обнажая корни. Они были тонкими, белыми, разветвлёнными. Похожими на те, что система показывала в проекции — форма раскрытой ладони с растопыренными пальцами.

Ещё немного.

Ещё чуть-чуть.

Корни показались полностью, и я начал осторожно вытягивать растение из земли.

В этот момент почувствовал вибрацию.

Она шла снизу, из-под земли — глухой, низкий гул, который ощущался скорее телом, чем слышался ушами. Как будто где-то в глубине что-то огромное пришло в движение.

Я вскинул голову.

Мрак впереди, который держался на границе видимости, сгустился. Стал плотнее, темнее, почти осязаемым. Зеленоватый свет кристаллов, и без того тусклый, потускнел ещё больше.

Варган отреагировал мгновенно.

Копьё взметнулось вверх, наконечник направлен в сторону сгущающейся тьмы. Его поза изменилась. Расслабленный охотник исчез, на его месте стоял воин, готовый к бою.

— Поторопись, лекарь.

Голос был спокойным, но в нём звучала сталь.

Я вцепился в цветок и рванул.

Корни вышли из земли с влажным чавкающим звуком. Комья почвы осыпались с них, открывая бледную сеть корешков. Не стал отряхивать растение, а просто сунул его в мешочек и вскочил на ноги.

Вибрация усилилась.

Теперь слышал не только гул, но и что-то ещё — далёкие, но приближающиеся звуки. Треск ломаемых веток. Топот тяжёлых ног. Рычание, низкое и угрожающее.

И визг.

Пронзительный, захлёбывающийся визг, который оборвался так же резко, как начался.

Мрак взорвался.

Из темноты вырвалось нечто огромное — нечто, чего я не ожидал увидеть.

Тварь была размером с быка, может, даже крупнее. Массивное тело на четырёх мощных ногах, покрытое чёрной шерстью, слипшейся от крови. Голова вытянутая, с пастью, усеянной клыками, каждый длиной с мою ладонь. Глаза горели алым огнём, безумным и голодным.

Но не это было главным.

Тело существа было усеяно огромными светящимися кристаллами, которые торчали из шкуры, как шипы. Они пульсировали мягким голубоватым светом ритмично, в такт какому-то внутреннему сердцебиению.

Система выбросила табличку.

[Вид: Клыкач (мутировавший)]

[Оценка угрозы: КРИТИЧЕСКАЯ]

[Культивационный эквивалент: 4–5 Круг]

Но существо было не одно — за ним, вцепившись в его бедро, висела какая-то тварь. Её зубы были погружены в плоть клыкача, кровь хлестала из раны, заливая серебристую траву тёмными потёками.

И ещё одна бежала рядом, кружа вокруг раненого гиганта, выискивая момент для атаки.

Это охота. Хищники преследовали раненого клыкача, загоняли его, истощали и загнали прямо к нам.

Клыкач взревел.

Звук был оглушительным, первобытным, полным боли и ярости. Он мотнул головой, пытаясь сбросить тварь с бедра, но та держалась мёртвой хваткой.

Потом его взгляд упал на нас — алые глаза, горящие безумием, уставились на Варгана и на меня — на маленьких людишек, которые стояли на его пути.

Новые враги. Или новая добыча.

— Беги.

Голос Варгана был спокойным.

— Куда?

— Назад, к деревьям. Не оглядывайся. Беги.

Клыкач сделал шаг в нашу сторону. Земля содрогнулась под его весом. Кристаллы на его теле вспыхнули ярче, пульсируя в бешеном ритме.

Я не стал спорить — развернулся и побежал.

За спиной раздался рёв, треск травы и удар копья о что-то твёрдое.

Я не оглядывался.

Глава 12

Земля ударила в лицо.

Я не понял, как оказался на земле. Секунду назад бежал, зачерпывая руками воздух, ноги несли меня к спасительным стволам деревьев-гигантов, а потом что-то толкнуло в спину, рёв ударил по ушам, мир перевернулся, и вот я уже лежу, уткнувшись носом в мокрую траву.

Вкус земли во рту — горький, с примесью гнили и чего-то металлического.

Руки провалились в мягкую почву, когда я попытался оттолкнуться. Колени взорвались болью, но я уже был на ногах и бежал, спотыкаясь и хватаясь за воздух, как утопающий хватается за соломинку.

Стволы-гиганты маячили впереди, обещая хоть какое-то укрытие. Я не герой — никогда им не был. Пятьдесят три года жизни научили меня одному: знать свои пределы. Там, позади, бушевало что-то, с чем я не мог справиться. Что-то, рядом с чем моё тело, мои знания, моя хвалёная хирургическая точность не стоили ровным счётом ничего.

Однако охотник остался там, по какой-то неизвестной мне причине.

Мысль мелькнула и тут же утонула в волне паники. Если я останусь, то стану обузой — буду путаться под ногами и отвлекать внимание. Заставлю его защищать меня вместо того, чтобы защищать себя.

Лучшее, что я могу сделать, это убраться подальше.

Рёв снова ударил по ушам, и