Гордость, зомби и демон - Вениамин Шер

Маруся покрутила головой, но понять, откуда прозвучал этот голос, так и не смогла. Казалось, говорили сами стены лифта.

Створки закрылись, и лифт двинулся вниз.

— Что-то мне подсказывает, что так просто нас не отпустят, — пробурчал на японском Хикару.

— Не нервничай раньше времени… — ответил я, сосредоточенно пялясь на табло.

Опускались мы минуты две, а затем лифт начал двигаться в сторону, пару раз сменил направление и наконец остановился, открыл свои створки. Мы же оказались словно на оживлённой улице. Куча людей в разных одеяниях и экипировке ходили по своим делам. По основной дороге разъезжали маленькие открытые автомобили. Улица была шириной метров двадцать, со стандартными тротуарами и каменным дорожным покрытием.

— Обалдеть! — воскликнула Руся.

Сама улица оказалась тоннелем, в стенах которых были двери и окна, вполне имитируя дома. Свет падал от сплошной широкой линии на потолке, издавая приятное дневное свечение, из-за чего в начале показалось, что мы на поверхности.

— Здесь недалеко, — сказал начальник, и мы, в сопровождении четырёх стражей, двинулись по оживлённой улице.

Если бы нас вели на убой, не думаю, что нас пустили бы на улицы оживлённого города. Конечно, должность «чтец» напрягала, но, мне кажется, в этом мире значение этого слова совершенно другое. Кстати, прохожие, в половине случаев, общались на языке содружества. Да и внешностью были вполне европейской, в отличие от стражей. И, мне кажется, принимали у себя беженцев с других стран Эйсхона.

Через пятнадцать минут ходьбы по этому городу мы остановились возле небольших двухстворчатых дверей, на створке которых была табличка, но прочесть, что там написано, я не успел, только выхватил слова: «Административное распределение». В этом явно ничего угрожающего нет.

Внутри этого здания нас встретили другие стражи, уже в красных пластиковых доспехах и без плащей.

— Для посещения клирика, по законам Датарока, вы обязаны сдать всё свое оружие, — монотонно произнес один из них.

Я первый вынул свой пистолет и нож. Дробовик с рюкзаком остались на борту. А вот японец недоверчиво схватился за катану и явно боролся с собой, чтобы не устроить здесь резню.

— Хикару! Прекрати! — шикнул я и, схватив его под руку, сам выдернул его оружие. — Пока никакой угрозы нет! Насколько я знаю, ты умеешь разделять плоть и обычной палкой! — добавил я и отдал катану стражу. Свои пистолеты он тоже оставил на борту, ибо тащить их в гости мы посчитали нерациональным.

— Благодарю за сотрудничество, — сказал страж и удалился в соседнее помещение.

— Пройдёмте, — безразлично бросил начальник и указал рукой прямо по коридору. Четверо стражей оставили нас у входа, теперь нас вёл один командир в серой экипировке.

Буквально за следующим поворотом мы увидели зал ожидания с мягкими диванчиками и небольшим столиком. А напротив них находились белые двухстворчатые двери. Страж подошёл к ним, слегка постучался, услышал в ответ: «Заходите!», отрыл дверь впуская нас первыми, и вошёл следом.

И вот теперь я напрягся капитально. Просторный кабинет был в бордовых тонах, с интерьером в готическом стиле. Полки с книгами, люстра, резная деревянная мебель, письменный стол, стулья, диванчики. Три здоровенных окна, с лесными пейзажами и голубым небом — что было явной имитацией так как мы под землей. А хозяин кабинета сидел за пустым письменным столом и выглядел, как католический священник в стандартной сутане, только красного цвета и с болтающимся сзади капюшоном. Встретил нас хозяин с лучезарной улыбкой на старческом лице, белые волосы его были завязаны в хвост.

— Возвращайся к своим обязанностям, Рахват, мы тут разберемся… — кивнул старик начальнику охраны, а когда тот покинул кабинет, добавил: — Присаживайтесь, молодые люди. У нас с вами сейчас будет очень интересный разговор. — И указал на два деревянных кресла перед своим письменным столом.

Мы с Хикару настороженно расселись и начали пристально смотреть на молчаливого, улыбающегося старика, который заинтересованно изучал нас.

— За то, что вы допустили в закрытый город заражённого, вас можно казнить на месте, — сказал через некоторое время старик на языке содружества.

— Постойте… — начал было я, готовясь вдарить телекинезом.

— Но в свете неординарности ситуации я закрою на это глаза, — всё так же лучезарно сказал он. — Мне передали, что вы представились посланниками из другого мира. Вы, молодая леди, не та, кем кажетесь. Это мне видно, — добавил он и, слегка прищурившись, начал всматриваться в лицо девушки.

Маруся тут же перехватила управление и испуганно заговорила:

— Извините. Но мы правда не из этого мира! И мой друг оказался в теле зомби, но он полностью управляет им! Мы не хотели нарушать ваши законы и просто просим вас сказать, как нам можно попасть назад! Ничего плохого… — тараторила она, но старик поднял руку, и девушка замолчала.

— Я верю, что вы не из этого мира. Вы не первые такие, за последнее время… Какова твоя способность в нашем мире, и… что может твой друг? — добродушно спросил он у Руси.

— Я умею читать мысли, а Хикару — бог смерти! — не задумываясь, выпалила она.

— Ты глупая грешница! — завизжал я фальцетом в её голове так, что она схватилась за уши. — Ты что творишь⁈

Хикару тоже недоуменно на неё посмотрел и сказал:

— Вообще-то, я помощник одного из богов смерти, так-то!

На наши слова старик расширил глаза, а затем в голос заржал, стукая кулаком по столу.

«Ну всё… Нам хана… Нас сейчас скрутят в бараний рог из-за способности Маруси читать мысли…» — оставил я всякую надежду на положительный исход.

Старик до сих пор смеялся, а я прямо чувствовал, как Хикару ищет взглядом какой-то предмет, похожий на импровизированный меч, дабы применить свои способности.

— После вашего заявления вас отправили прямиком ко мне не просто так, — признался старик, вытирая от смеха выступившие слезы. — Мой статус в Датароке невысок, но я являюсь экспертом в области мира духов. А уж призвать оттуда пару тварюшек мне раз плюнуть, — добавил он, щёлкнул пальцами, и по бокам от стола материализовались саблезубые собаки без шерсти, в метр в холке.

Они угрожающе рычали и капали слюной, готовые немедленно разорвать нас. Я орал Марусе, чтобы она передала мне управление, но от страха она застыла и ничего не могла сделать.

— Помощник бога смерти, умерь свой пыл. Если бы я хотел, вы бы давно отправились в свою обитель,