Крушение сурка. Том 2 - Владимир Алексеевич Абрамов

сменял от тридцати до шестидесяти партнёрш. Он даже особенно не запоминал их внешность — она выскакивала у него из головы уже через несколько недель после расставания. А имена девушек, с которыми переспал, он перестал запоминать уже давно. Чтобы не путаться, он называл их всех уменьшительно-ласкательными прозвищами.

За всё это время он умудрился отложить пятьдесят тысяч евро, а вместе с теми двадцатью тысячами, которые у него имелись на старте, и набежавшими банковскими процентами, его сбережения равнялись семидесяти тысячам. С одной стороны, сумма довольно неплохая для халдея. Мало кто из работников низовых должностей способен за три с половиной года собрать такие деньги. Для этого должно сойтись много факторов, примерно как случилось с Шульцем. Не каждый сможет несколько лет жить в маленьком помещении, которое делит с периодически сменяемым соседом. Не каждому подходит такой же разгульный образ жизни.

Александр не скрывал от самого себя, что таким образом он пытался компенсировать весь тот пережитый ужас, с которого начиналась его жизнь. Ещё он боялся вернуться к тому же, как жил в прошлый раз. Работа до изнеможения и ранней смерти. В свои тридцать с хвостиком он тогда больше был похож на человека, который ближе подобрался к пятидесяти годам. Из-за этого он больше не хотел жениться и заводить детей. Его пугала мысль о том, что снова придётся пахать, как проклятый, ради содержания семьи.

Поглядывая на свой банковский счёт, он постоянно хмурился. В последнее время ему всё чаще приходило в голову, что худшее, что можно сделать с деньгами — хранить их в виде наличности или чисел на банковском счёте. На последнем хоть и капали проценты, но они были настолько мизерными, что ни на что не влияли. Поэтому он всё чаще задумывался об инвестициях.

Хотя в акциях, облигациях и тому подобном он ничего не понимал, кое-что из прошлой жизни, то есть из будущего, он знал. Когда живёшь в цивилизованном обществе, невозможно полностью абстрагироваться от новостей. То там упомянут о корпорации, акции которой сильно выросли, то тут скажут о падении акции компании из-за кризиса. В общем, хоть о чём-то, но он был наслышан. К примеру, о том, что фруктовый бренд сильно вырос в цене после выхода на рынок их флагманского смартфона и сопутствующей линейки товаров.

Первый фруктовый телефон появился на рынке в две тысячи седьмом году. Это Шульц хорошо помнил, потому что тогда все кому не лень понтовались этими гаджетами. Быть владельцем смартфона, на задней крышке которого изображён фрукт, считалось крутым. Это был показатель статуса. Ради него девушки готовы были встать на колени и активно с причмокиванием поработать ротиком. Как тут не запомнить год его появления?

В новостях упоминалось, что рост капитализации фруктовой компании тесно связан с выпуском их передовых телефонов. Это означало, что если купить их акции прямо сейчас, в начале две тысячи четвёртого года, и удержать их хотя бы три года, то обязательно получится заработать. Сколько? Будет ясно потом. Очевидно одно — он вряд ли потеряет деньги при таких инвестициях. Главное — не прикасаться к этим акциями раньше срока.

Но он прекрасно помнил и о кризисе две тысячи восьмого года. В результате того кризиса пострадали многие компании и ценные бумаги почти всех фирм рухнули на бирже. Он не помнил, рухнула ли цена на фруктовый бренд, но лучше было считать что да.

Кризис, как он помнил, начался в августе две тысячи восьмого года. Поэтому он сделал себе пометку в старый блокнот и необходимости продать все акции до августа этого года. Потом нужно будет подождать и купить их же, когда они подешевеют, или что-то другое. Он надеялся к тому моменту начать хоть как-то разбираться в ценных бумагах. Для этого начал самостоятельно постигать тонкости финансовых рынков: читал книги и статьи в интернете на тему инвестиций, ценных бумаг и фондовых рынках. Для него это был тёмный лес, через который приходилось с трудом продираться. Он даже подумывал о том, чтобы поступить в колледж на экономическую специальность, но после того, как он посмотрел на цены за обучение в колледже, желание угасло.

Приняв решение, Шульц немного разобрался в тонкостях покупки и продажи ценных бумаг. Когда же с этим вопрос решился, он вложил все свои сбережения в акции фруктового бренда. На тот момент они продавались в районе от тридцати восьми до сорока центов за штуку. С помощью брокера ему удалось купить их по средней цене, то есть по тридцать девять центов. С учётом того, что евро стоил на четверть дороже и за вычетом комиссии брокера, ему удалось выкупить двести двадцать четыре тысячи акций (224 000). После этого он настроился на длительное ожидание и вернулся к своему прежнему образу жизни молодого повесы-альфонса.

Жить за счёт женщин смущающе? Ха! Да просто большинству мужчин подобное не светит, поэтому они смотрят на альфонсов осуждающе. Чтобы позволить себе такое, нужно многое.

Во-первых, место. Это должен быть курортный город, в котором много туристов. Туристы почти всегда щедры в отпуске. Они тратят деньги намного легче и проще относятся к новым знакомствам и необременительным интрижкам, чем в обычной жизни.

Во-вторых, нужна отличная и привлекательная внешность. Своему облику Александр посвящал много внимания и времени. Он поддерживал себя к хорошей физической форме с помощью упражнений. Рельефная мускулатура и кубики пресса на животе заставляют большинство девушек истекать слюной. Если к этому добавить смазливую внешность, светлые волосы с модной причёской и пронзительно-голубые глаза, то выходит смертельное комбо.

В-третьих, женщины любят ушами и им нравятся наглые парни. Конечно же, наглость бывает разной и зависит от того, от кого она исходит. Если к барышне подойдут с одним и тем же банальным подкатом неопрятный хмурый толстяк и улыбчивый красавчик, которому хоть сейчас место на обложке модного журнала, то первый окажется навязчивым хамом, а второй приятным и забавным парнем. Чтобы наладить с дамами контакт, требуется иметь подвешенный язык и проявить смелость. Ни с первым, ни с последним у Шульца не имелось проблем. После того, как он несколько раз умирал, он перестал бояться многого на этом свете. Даже смерть для него была нестрашна, но он её всё же сильно опасался, поскольку она означала для него начало очень неприятных событий и жизнь с чистого листа с ужасающими стартовыми условиями. К чему стесняться? Максимум его могли послать на три буквы или резко отшить. Но он после сотен знакомств стал настолько толстокожим, что не воспринимал такие отказы близко