Код Изгнания - Евгений Волков

географии тот факт, что Раграс — это одна из богатейших сырьевых систем по добыче обогащённого гелиона во всём рукаве. Тот теневой кукловод, который срежиссировал дестабилизацию и поднял бунт рабочих именно здесь, чертовски хорошо знал, что делает, — подвёл я итог, заставляя схему выстроить логистические векторы движения от Раграса к названным ключевым точкам.

Харрг протяжно присвистнул. Его уши дёрнулись, а вертикальный зрачок сузился — до наёмника, наконец, дошёл истинный масштаб моих умозаключений. Система Раграс в планах неизвестных кукловодов должна была послужить идеальной отправной точкой для полномасштабного похода против законной власти Императора.

Этот сектор разом закрывал слишком много критически важных позиций. Во-первых, географическая близость Союза Свободных Государств раз и навсегда снимала вопрос внешней политической поддержки. В ССГ испокон веков спали и видели, как бы побольнее уколоть имперцев, но, к их глубокому сожалению, накопленных сил для открытого противостояния Центральным Мирам у них откровенно не хватало. Но если в Раграсе полыхнёт полноценный мятеж, который выльется в официальное провозглашение независимости, именно чинуши из Союза первыми протянут повстанцам руку помощи. Воевать чужими руками, подливая масло в чужой огонь, всегда безопаснее и гораздо дешевле, чем развязывать собственную тотальную войну. Во-вторых, монополия на обогащённый гелион полностью закрывала вопрос самообеспечения сектора. Налаживая бесперебойные каналы сбыта промышленных партий топлива в тот же Союз или на чёрные рынки Фронтира, можно было без труда залатать любые дыры в бюджете молодой республики. На эти оборонные ресурсы не составит труда построить, вооружить и содержать частный оборонительный флот, достаточный для того, чтобы заставить имперские патрули держаться на почтительном расстоянии.

Но для реализации столь амбициозного проекта мятежникам требовалось время. Много времени. И вот тут, в самый критический момент, в игру вступал топорный, но эффективный шантаж жизнью Первой Принцессы. Капсула стазиса в трюме была призвана купить заговорщикам драгоценные циклы. Пока имперские аналитики будут лихорадочно решать, что делать, и пока высшая знать Трона не придёт к единственно очевидному, жестокому выводу — что жизнь одной девчонки, пусть даже королевской крови, не стоит геополитического краха государства, — Раграс успеет окопаться. Мятежники укрепят позиции и сделают всё, чтобы флот Империи был вынужден временно отступить для перегруппировки сил.

Но во всей этой безупречной мозаике я отчётливо улавливал фальшь. На бумаге и тактических визорах план выглядел монолитно, но интуиция Валиантов подсказывала: кроме явных рычагов давления, здесь присутствовало что-то ещё. Скрытое, неочевидное слагаемое. И я пока никак не мог нащупать этот ускользающий элемент общего уравнения.

Харрг, пускай и не обладал высшим стратегическим образованием Центральных Миров, уловил достаточно, чтобы осознать: сектор, в котором дрейфовала наша «Тень», превратился в чертовски важный исторический рубеж.

— Дай угадаю, шеф… — ракси хищно сощурил свой здоровый золотистый глаз, а его губы разъехались в ехидной ухмылке, обнажившей острые верхние клыки. — Ты ведь планируешь прибрать всё это к рукам?

— Не только это, Харрг, — я спокойно встретил его взгляд и коротким жестом отправил голографическую проекцию карты в небытие. Рубка погрузилась в привычный полумрак. — Мне не нужна просто сырьевая система. Я заберу себе вообще всё. Начиная с этого паршивого Раграса и заканчивая Имперским Троном.

— Шеф, при всём уважении… а харя не треснет? Не подавишься таким куском? — беззлобно фыркнул наёмник, пошевелив усами.

— А зачем пытаться заглотить всё разом, как ненасытный Рой? — я усмехнулся, плавно корректируя вектор движения корвета. — Будем действовать аккуратно. Глотать маленькими, тщательно пережёванными кусочками. И тогда, уверяю тебя, я не подавлюсь.

После короткого разговора в рубке мы на крейсерской скорости добрались до низкой орбиты Раграс-Прайм всего за полчаса. Вниз, под купол, мы спускались уже полным составом — я взял с собой Харрга и всю оставшуюся абордажную команду. Управлять корветом на орбите осталась Рина. Мышка, как и следовало ожидать, была крайне недовольна таким опасным раскладом и в очередной раз настойчиво предложила активировать Лили, которая справилась бы с контролем систем корабля в одиночку и в разы эффективнее. Но я пока ответил жёстким отказом. Да, сейчас квантовый реактор «Тени» даже не заметил бы вычислительной нагрузки от работы полноценного ИИ, но я почему-то подсознательно не хотел выпускать Лили из цифровой клетки. Время для неё ещё не пришло.

Тяжёлые абордажники рассредоточились и ожидали моих приказов рядом с замаскированным челноком, а сам я вместе с Харргом направился вглубь местных трущоб. На подходе к заброшенным промышленным кварталам нас бесшумно встретил Ригс. Как бы ни был богат и важен корпоративный город, на его окраинах всегда будут прорастать гнилые метастазы трущоб, где вынуждены выживать те, кто оказался слишком беден для легальной жизни под центральными сводами. Обычно в таких Богом забытых секторах силы правопорядка абсолютно бессильны, и мятежный купол Раграса не стал исключением. Самые дальние, неосвещённые палубы здесь были до отказа забиты отребьем, которое не могло или принципиально не хотело работать. Именно в эту клоаку Марс и Ригс заблаговременно утащили Берана.

Фарианец уверенно провёл нас сквозь лабиринт узких проходов и остановился у покосившегося бетонного здания, чьи оконные проёмы были намертво заварены тяжёлыми листами ржавого железа. Он толкнул хлипкую дверь, и мы вошли внутрь заброшенного склада. Под потолком здесь ещё сохранились мёртвые, покрытые вековой пылью манипуляторы автоматической загрузки, а по углам сиротливо жались полусгнившие ящики.

В самом центре помещения на хлипком табурете сидел Беран. Рядом с ним, подобно горе, возвышался Марс. Огромный рыжий ракси навис над пленником и что-то неторопливо, вкрадчиво шептал ему прямо на ухо. Услышав наши шаги и хищно дёрнув ухом, штурмовик напоследок весомо хлопнул Берана по плечу и двинулся в мою сторону.

Старого прораба явно успели основательно помучить, пока я летал туда-сюда между планетой и тайником. Его лицо превратилось в сплошное месиво из тёмных синяков и свежих кровоподтёков. Правая рука безвольно и неестественно свисала вдоль туловища, а сам он тяжело, хрипло дышал, пуская изо рта кровавую слюну.

Поравнявшись со мной, Марс неторопливо достал из кармана засаленного рабочего комбинезона, в который он облачился для маскировки, серую ветошь и принялся методично вытирать окровавленные кулаки. Закончив, он спрятал тряпку обратно и хмуро посмотрел на меня.

— Что-то дельное удалось из него выбить? — спросил я, кивнув в сторону безжизненно обмякшего Берана.

— А то, — Марс хищно оскалился. — В общем, ты оказался абсолютно прав, шеф. Этот старый хмырь и правда сидел на прикорме у теневых кукловодов. На его скрытом офшорном счёту обнаружилось несколько сотен тысяч свежих имперских кредитов. Его задача была до банального