Истинная на испытательном сроке - Вик Арис

Теперь я понимал, что дело давно уже не только в связи. Мне нравилось, как Саша смеется в неподходящий момент и говорит прямо, когда остальные предпочитают промолчать. Я уважал ее ум и способность находить ошибки в системах, которые создавали лучшие специалисты клана. Мне было важно, что она думает обо мне, даже когда ее мнение раздражало. Я хотел, чтобы она находилась рядом добровольно и не чувствовала, что за нее все решили.

Я любил Сашу. Не потому, что волк признал в ней истинную. Я любил конкретную женщину с красной помадой, сложным характером, привычкой спорить и полной неспособностью спокойно ждать, пока другие разберутся без нее.

Проблема заключалась в том, что сказать ей об этом я еще не успел. Последнее, что она услышала от меня перед похищением, было распоряжение об изоляции. Я снова использовал власть, хотя обещал спрашивать ее мнение. Причины у меня были серьезные, но для Саши результат выглядел просто: Андрей решил, что лучше знает, где ей находиться и что ей разрешено.

Инга заметила, как я сжал руку, и тихо сказала:

— Когда мы ее найдем, не пытайся сразу объяснить, как сильно испугался. Сначала выведи ее оттуда и дай самой решить, что ей нужно. Твой страх не должен становиться для нее еще одной обязанностью.

Я признал, что понимаю.

Саша действительно многому меня научила. Главным оказалось простое правило: находиться рядом с человеком не означало вставать над ним и принимать все решения за него.

До усадьбы мы добрались за двадцать две минуты. Она стояла в глубине старого парка за высоким забором. С дороги здание почти не просматривалось, только над деревьями виднелась узкая башня с подсвеченным циферблатом.

Ворота были закрыты. Камеры внешнего наблюдения работали с ошибками. Одна была направлена в землю, вторая постоянно поворачивалась, а третья каждые несколько секунд возвращалась в исходное положение. Артем вышел из машины, осмотрел оборудование и заметил, что системой либо много лет никто не занимался, либо кто-то внутри уже меняет ее настройки.

Я сразу понял, кто именно. Саша не стала бы спокойно сидеть в комнате, если рядом находилось оборудование и существовала хотя бы небольшая возможность получить доступ.

Макс занялся воротами. Замок продолжал работать, однако система воспринимала внутреннюю охрану как нарушителей и не могла определить, кому разрешено открыть вход. Кто-то перенаправил данные датчиков и заставил несколько систем проверять друг друга.

— Похоже, Саша успела заняться всей системой, — сказал Артем. — Охране внутри сейчас должно быть очень неудобно.

— Она не умеет ждать без дела. Особенно когда ее запирают и считают беспомощной.

Ворота мы открыли через аварийную линию. Артем отключил питание одного участка, Макс подключился к резервной панели, Левицкий контролировал дорогу и парк. Я находился рядом и не вмешивался, хотя мог просто снести их вместе с половиной стены. Силовой вход поднял бы тревогу и мог запустить подготовленную защиту. Кроме того, Саша специально направила меня к резервным системам. Значит, ей было важно, чтобы мы сначала разобрались в происходящем.

К зданию подошли через боковой служебный вход. Внутри горел аварийный свет, периодически включалась сигнализация и сразу замолкала. На стенном экране появлялись сообщения о нарушении внутреннего периметра, ошибке маршрута доступа и перемещении охраны в другой сектор.

Из ближайшего помещения доносились удары в дверь и мужские голоса. Макс проверил панель и сообщил, что внутри заперты двое охранников. Электронный замок не принимал их коды и показывал, что сотрудники находятся в запрещенной зоне. Освобождать их мы не стали. Левицкий остался следить за дверью, чтобы они не вышли нам за спину, если система внезапно восстановится.

Инга Михайловна сказала, что Саша нравится ей все больше.

Мы продолжили движение по коридору. Одна дверь открылась автоматически, другая оказалась заблокирована, а третью Артем открыл старым кодом, которым пользовались еще при моем отце. Система действительно работала с ошибками, но в них уже просматривался порядок. Саша закрывала пути охране и оставляла свободными направления, по которым могли пройти люди с семейными кодами.

Через запах пыли, нагретого оборудования и химического препарата я почувствовал Сашу. След был слабым, но становился отчетливее по мере приближения к техническому крылу. Я также уловил запах Леры и нескольких незнакомых мужчин. Охрана находилась дальше, часть людей перемещалась по соседнему этажу, однако рядом с женщинами сейчас никого не было.

К техническому помещению вел узкий коридор. Дверь оставалась приоткрытой, внутри мигал свет. Мы вошли осторожно, проверив углы и соседнюю комнату.

Лера сидела у стены. Она сильно похудела, кожа была бледной, а на запястье находился подавитель. Увидев меня, она попыталась подняться, но не смогла и снова оперлась спиной о стену. Артем сразу направился к ней и начал осматривать браслет.

Саша находилась у открытого сетевого шкафа. Она сидела на полу, в помятом платье, без одной туфли и с растрепанными волосами. На запястьях остались красные следы от пластиковых стяжек. В одной руке она держала отвертку, во второй — сетевой провод. Еще один провод был зажат зубами, потому что свободных рук ей не хватало.

Увидев нас, Саша вынула провод изо рта, внимательно посмотрела на меня и сообщила:

— Вы долго. Я успела закрыть троих охранников, сломать им систему учета перемещений, добраться до старого маршрутизатора и почти найти внешний канал. Еще немного, и я бы сама отправила вам адрес, хотя могла бы заодно передать претензию по качеству работы вашей службы безопасности.

Я подошел к ней, но остановился на расстоянии шага. Первым желанием было поднять ее с пола, прижать к себе и проверить все повреждения. После нашего последнего разговора я не имел права снова хватать ее без вопроса только потому, что мне было страшно.

Поэтому я опустился рядом на корточки и сказал:

— Я учусь сначала проверять план, а потом входить. Получается медленнее, зато мы добрались без потерь. Можно я помогу вам встать и осмотрю запястья?

Саша несколько секунд смотрела на меня. Видимо, она тоже заметила, что я спросил разрешения. Потом протянула руку и позволила помочь ей подняться.

— Прогресс есть. Небольшой, но в вашей ситуации уже радует.

Я спросил, ранена ли она. Саша ответила, что серьезных повреждений нет. Болели голова, плечо и запястья, во рту оставался привкус препарата, платье было испорчено, а сама она хотела есть, пить и принять душ. Затем она сразу перевела внимание на Леру. Подавитель действовал уже много дней, из-за него Лера была сильно ослаблена и нуждалась в помощи раньше нее.

Лера попыталась