Весь Пол Андерсон в одном томе - Пол Андерсон

— Верно. Спасибо вам большое.

Голос ее оставался таким же бесцветным.

— Разумеется, к настоящему времени они безнадежно устарели, — продолжал Кирнс. — И все-таки они помогут вам уяснить для себя основные принципы психологии. Вы можете попробовать приложить их к себе — в любом случае это будет интересно… Возможно, вы даже поймете, в чем состоит ваше заболевание.

— Возможно, — согласилась Шейла. — Мне теперь думается куда как лучше. Я стала понимать, как холоден мир и как жалки мы, люди… — Она испуганно застыла. — Уж лучше бы я ничего не понимала!

— Когда вы сможете управлять своими мыслями, вы будете рады тому, что к вам пришла эта сила, — сказал Кирнс вкрадчиво.

— Как бы я хотела вновь оказаться в прежнем мире!

— Он был жестоким. Уж лучше не вспоминать о нем. Она кивнула и еле слышно прошептала:

— Солдатик, в твоих глазах тьма, волосы смерзлись, тело застыло… Пусть будет темно — к чему теперь свет? — Не успел Кирнс обеспокоенно нахмуриться, как она уже совсем другим тоном громко продолжила:

— Это было время наших надежд и нашей любви. Тогда были такие маленькие-маленькие кафе, помните? Кафе… Люди смеются, музыка и танцы, пиво, сандвичи с сыром, парусные лодки, остатки пирога, разговоры о налогах, шутки… Тогда мы были вдвоем. Где Пит теперь?

— Он скоро вернется, — поспешил ответить Кирнс, памятуя о том, что звездолет задерживается уже на две недели, но не желая лишний раз дергать Шейлу. — С ним все в полном порядке. Мы должны думать о вас, а не о нем.

— Да. — Она нахмурила брови. — Они приходят ко мне до сих пор. Я об этих призраках… Слова, звучащие ниоткуда… Порой они почти осмысленны.

— Вы могли бы произнести их вслух?

— Я не знаю. Этот дом находится на Лонг-Айленде, длинном-предлинном, долгом-предолгом… Где же ты, Пит?

Кирнс вздохнул с облегчением. Эта ассоциация его не тревожила. А что она сказала в прошлый раз?.. «Черное время нависло глыбой мертвого света, под ней же…» Может быть, ей действительно лучше быть одной?

В этом он уверен не был. Мир за последнее время слишком изменился. Разум шизофреников проник в такие дали, какие психиатрам еще и не снились. И все же ему казалось, что Шейле стало получше.

— Я знаю, с ними лучше не играть, — сказала она вдруг. — Это опасно. Если вести их за собой, они слушаются, но им это не нравится.

— Я рад, что вы это понимаете, — сказал он. — Что вам следует делать, так это упражнять свой мозг. Считайте его таким же орудием, как мускулы, — послушное вашей воле, необходимое для жизни орудие, понимаете? Помимо прочего, вам придется выполнить все заданные мной упражнения — как логические, так и семантические.

— Я их уже выполнила, — усмехнулась Шейла. — Триумфальное открытие очевидного.

— Ну и ну, — рассмеялся Кирнс, — я смотрю, мы уже и шутить стали!

— Почему бы и нет… И все же — где Пит?

Он ушел от вопроса и стал проверять ее ассоциативные способности. Диагностическая ценность этого теста практически равнялась нулю — каждый раз слова получали различные коннотации. И все же через какое-то время он надеялся выявить подлежащий этим внешним проявлениям поведенческий тип. Новая n-мерная конформная техника выглядела многообещающе.

— Ну что ж, мне пора идти, — сказал он наконец и, погладив Шейлу по руке, поднялся из кресла. — Все будет хорошо. Не забывайте об одной важной вещи. Если вы почувствуете, что вам нужна помощь или… скажем, вы вдруг заскучаете, без всякого стеснения звоните мне…

Шейла так и продолжала сидеть в своем кресле. Проводив Кирнса взглядом, она облегченно вздохнула.

«Доктор Фелл, вы мне не нравитесь. Вы похожи на бульдога, который искусал меня несколько столетий назад. Но вас так легко обмануть!»

У нее в голове зазвучала старинная песня:

Ах, он умер, госпожа,

Он — холодный прах;

В головах зеленый дерн,

Камешек в ногах. [514]

«Нет, — сказала она бесплотному голосу. — Уходи». Море шумело и ярилось, снег становился все гуще и гуще. Ей казалось, что мир сошелся над ней холодным свинцовым сводом.

— Пит, — прошептала она. — Пит, родной, я без тебя больше не могу! Пожалуйста, вернись, Пит! Вернись!

Глава 16

Корабль резко вышел из поля. Следующие несколько минут для них были ужасными.

— Где мы?

Из иллюминаторов на них смотрели незнакомые созвездия. Тишина была такой, что они слышали звук собственного дыхания.

— Не знаю, — простонал Льюис. — Мне это неинтересно. Я спать хочу.

Он пошатываясь пересек узкую кабину и плюхнулся на койку. Коринф проводил его взглядом и вновь уставился на звезды.

«Как это замечательно, — подумал он. — Мы снова свободны. Наш разум обрел прежнюю силу…»

Его тело содрогнулось от внезапно пронзившей его боли. Жизнь не приспособлена к подобным изменениям: внезапный возврат к прежнему полусознательному существованию и через несколько недель столь же неожиданное обретение сознательности, когда нервная система работает в совершенно ином режиме… Так можно и умереть.

«Все уже позади, но корабль наш продолжает лететь вперед. С каждым мгновением мы удаляемся все дальше и дальше от Земли. Нужно срочно менять курс!»

Он сидел, вцепившись в подлокотники