Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Тишину полей нарушал лишь монотонный стук копыт и далёкое пение жаворонков где-то высоко в небесной синеве. Запах спелого зерна и полевых трав смешивался с едва уловимыми ароматами магии, исходящими от путников.

— Итак, Карц мёртв, — наконец произнёс Друид Ветра своим странно холодным голосом, который словно доносился издалека, несмотря на то что он находился совсем рядом. В его тоне не было ни грусти, ни сожаления — лишь констатация факта. — Безумный фанатик до самого конца.

— Да, жаль парня, — отозвался Друид Воды, медленно качая седеющей головой с искренним сожалением. Он сжал поводья крепче, и вокруг его рук на мгновение сгустилась влага. — Хоть он и был помешан на своём огне, просто одержим им, но силой обладал воистину весомой. Потеря… очень значительна для нашего дела.

Друид Ветра презрительно хмыкнул, и листья вокруг него закружились быстрее, образуя небольшой смерч.

— Ты знаешь каким был Карц, Крагнор. Не более того. Его же безумие делало его крайне полезным в определённых ситуациях, это правда, но одновременно и совершенно непредсказуемым. Рано или поздно это обязательно должно было плохо кончиться. Я предвидел такой исход.

— Тем не менее, — возразил водный маг, — он мог бы ещё долго и верно служить нашему великому делу. А теперь нас в основе осталось только шестеро.

— Наша организация гораздо шире и крупнее основы, — напомнил Друид Ветра, но в его голосе тоже прозвучала нотка досады.

— Ты прекрасно понял, о чём я говорю, Радонеж, — нахмурился Крагнор. — В ядре осталось лишь шестеро, и потерять одну из основных стихий — то ещё сомнительное удовольствие. Кто же мог предположить, что Карц не справится с каким-то деревенским мальчишкой…

— Как там зовут того проклятого глубинного ходока? — спросил Друид Ветра, его серые глаза сузились до ледяных щёлок. В них мелькнуло что-то похожее на ярость.

— Григор, — ответил спутник, с отвращением сплюнув в сторону дороги. — Гигант со своей чёртовой Медведицей Алой Кости. Проклятый затворник из глухих лесов.

Друид Ветра медленно кивнул, его длинные волосы колыхнулись на плечах:

— Кто бы мог знать, что у кого-то ещё, кроме нашего Тадиуса, есть такой невероятно редкий и уникальный питомец. Медведицы алой кости… их так мало в мире.

— Именно, — мрачно согласился Друид Воды с горькой усмешкой, которая исказила его лицо. — Две известные нам медведицы, два хозяина. И они оказались по разные стороны нашего конфликта. Ирония судьбы.

— Эта организация жнецов леса определённо становится сильнее с каждым днём, — задумчиво протянул ветряной маг, его взгляд устремился к далёкому горизонту. — Хорошо хотя бы то, что у них нет самца алой кости. В паре эти твари были бы воистину страшны.

Они проехали несколько длинных минут в тяжёлом молчании.

Жаворонки где-то высоко продолжали свои трели, не подозревая о мрачных планах, что обсуждались внизу. Впереди на горизонте постепенно вырисовывался силуэт большого города с высокими дозорными башнями и мощными крепостными стенами из белого камня.

— Хотя, — наконец продолжил разговор Друид Воды, его голос стал более деловым, — основная миссия была выполнена просто блестяще. Хоть Карц и провалился со своей прямой задачей по захвату нужного нам зверя, шпион Тадиуса поразил меня успехами. Вот что значит правильная вербовка.

— Совершенно верно, — согласился Друид Ветра с явным удовлетворением, впервые за весь разговор в его голосе прозвучали довольные нотки. — Наш человек поработал действительно превосходно во время той операции. Столько бесценной информации и редчайшего биоматериала удалось собрать во время атаки на этот их Драконий Камень. Особенно образцы «Прилива» — они неоценимо помогают нам искать цель.

— Поэтому мы и здесь, — Крагнор холодно и хищно улыбнулся, и в воздухе вокруг него заискрились мельчайшие капли влаги. — А Карц всё-таки выполнил свою роль. За что ему наша посмертная благодарность. Именно он добыл первый ключ.

Городские ворота появились перед ними величественной аркой из белого мрамора, украшенной геральдическими символами. Стража в блестящих доспехах выстроилась по обеим сторонам проезжей части, но при виде приближающихся всадников их строгие лица сменились выражениями почтительного внимания.

Начальник караула, статный мужчина с седеющей бородой и множеством наград на груди, поспешно вышел вперёд и отвесил глубокий поклон:

— Милорд Крагнор! — обратился он к Друиду Воды с благоговением в голосе и повернулся к его спутнику. — Достопочтенный Радонеж! Добро пожаловать в наш славный город! Мы с нетерпением ждали вашего прибытия на турнир.

Друид Воды снисходительно кивнул, словно такой приём был для него обычным делом:

— Благодарю за радушный приём, капитан. Надеюсь, всё готово к началу состязаний?

— Разумеется, милорд! — торопливо заверил начальник стражи. — Арена переполнена зрителями, а участники уже собрались. Позвольте проводить вас, до начала осталось всего ничего.

Друид Ветра окинул окружающую роскошь презрительным взглядом. Золотые украшения на воротах, дорогие ткани на штандартах, сверкающие доспехи стражников — всё это богатство Золотого Королевства словно не производило на него никакого впечатления. Скорее наоборот — в его холодных глазах читалось нечто похожее на скуку.

К воротам подкатила роскошная карета из чёрного дерева, инкрустированная серебряными узорами. Но главной особенностью экипажа были не украшения, а его запряжка — две ветряные лошади. Изящные создания с серебристой шерстью переступали копытами, их длинные гривы постоянно развевались в собственном ветре, а вокруг тел кружились невидимые воздушные потоки. При каждом движении воздух рядом с ними слегка искрился, словно насыщенный магической энергией.

Друид Ветра поморщился, глядя на местные творения:

— Примитивная работа, — пробормотал он с нескрываемым презрением. — Даже в богатейшем из королевств…

Друид Воды лишь усмехнулся в ответ на критику спутника:

— Радонеж, друг мой, не все могут достичь нашего уровня. Но для местных нужд это вполне сгодится.

Карета плавно покатила по мощённым улицам города, мимо торговых лавок и особняков знати. Звуки турнира доносились отовсюду — крики зрителей, команды глашатаев, объявляющих о скором начале дуэлей.

Вскоре перед ними открылась грандиозная арена — огромная каменная чаша, способная вместить несколько десятков тысяч зрителей. Массивные стены поднимались ярусами к самому небу, а солнечный свет играл на полированных поверхностях, создавая ослепительные блики. Звук был оглушительным — тысячи голосов сливались в единый гул возбуждения, периодически переходящий в громовые нетерпеливые крики жажды зрелищ.

Трибуны были переполнены пёстрой, многоликой толпой: знать в расшитых золотом