Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Красавчик соскочил с плеча и принялся обследовать территорию, его хвост дрожал от возбуждения. Горностай одобрял. Здесь было множество нор и укрытий.

Двухвостый лис осторожно приблизился к кромке леса и замер. Его поведение изменилось — настороженность сменилась заинтересованностью. Лес обещал укрытия, охотничьи тропы — всё, что нужно хищнику.

Я мысленно размечал будущие постройки. Здесь — вольеры для молодняка, защищённые от северного ветра холмом. Там — площадки для тренировок, достаточно удалённые, чтобы звуки боёв не пугали более чувствительных зверей. В том углу — склады кормов, расположенные так, чтобы запахи не привлекали диких хищников из-за периметра.

— Представляете, — сказал я, остановившись на вершине одного из холмов, — через год здесь могут жить сотни магических зверей. Каждый в подходящих ему условиях, получающий тот уход, который нужен для раскрытия его полного потенциала.

— Сотни? Я думала тысячи, — согласилась Лина, и в её голосе звучало неподдельное восхищение.

— Это говорит лишь о твоей неопытности, — я пожал плечами. — Комфортная загрузка здесь от двухсот до четырёхсот зверей. Но учитывай, что мы делаем акцент на качестве, а так же учитывай, что между вольерами нужны пустые зоны, а часть земли займут здания, дороги и склады.

— Большинство просто строят клетки и кормят по расписанию, — улыбнулся Дамир. — А ты думаешь обо всём.

Я усмехнулся.

— Потому что питомцы — не инструменты, а партнёры. И относиться к ним нужно соответственно. Это будет главным правилом этой фермы.

— А барон не будет против такого подхода? — усомнился брат.

— Как только увидит качество, вряд ли.

Я видел, что они не до конца верят и понимают меня. Они видели силу и результат в моей стае, но не видели той кропотливой, ежедневной работы, которая за этим стоит. Что ж, у них будет шанс. И либо они сбегут через неделю, либо останутся.

Мы стояли у озера, и я заметил, как Лина и Дамир переглядываются, словно принимая какое-то важное решение. В их движениях чувствовалась нерешительность.

— Чего мнётесь? Говорите уже.

— Максим, — наконец решился Дамир, делая шаг вперёд. — Мы хотели бы с тобой серьёзно поговорить.

Лина кивнула, поддерживая брата:

— После всего, что мы увидели… Твой подход к зверям, твоё понимание… Тот бой с Карцем. Это именно то, чего мы хотим. В гильдии подход схожий, но всё-таки… — она замялась. — Другой.

— В Гильдии нам говорят только о силе, о рангах, о том, как выжать максимум из питомца, — продолжил Дамир с разочарованием в голосе. — А ты говоришь о партнёрстве и понимании их потребностей.

Я внимательно посмотрел на них. Красавчик на моём плече насторожился, чувствуя серьёзность момента, а двухвостый лис замер неподалёку, его янтарные глаза следили за нашим разговором.

— Ну?

Лина сделала глубокий вдох:

— Мы хотим остаться здесь. Научиться тому, что ты умеешь.

Можно подумать я этого не понимал.

— Стать моими учениками? — я усмехнулся. — Если и так, то вы должны понимать, что возраст роли не играет. Хоть вы и старше, вашим командиром станет восемнадцатилетний Зверолов. И не думайте, что буду что-то спускать вам с рук. Дважды подумайте, дисциплина и требования будут жёсткие.

— Мы не против, — Лина тепло улыбнулась.

— Понимаешь, гильдия… — добавил Дамир. — Нас учат заучивать правила, но никто не объясняет, почему звери ведут себя именно так. Точнее, объясняют, но будто многое не замечают. А ты видишь то, чего не видят другие.

За эти дни они внимательно следили за каждым моим движением, каждой тренировкой со стаей. В их глазах читался голод к знаниям, который они не могли утолить.

— Вы понимаете, что это значит? — медленно произнёс я. — Отказаться от гильдии, от гарантированной карьеры, от поддержки системы?

— Понимаем, — твёрдо ответила Лина. — Но это наш выбор. Хоть отцу это и не понравится.

Я молчал некоторое время, обдумывая их предложение. В принципе, помощь не помешала бы. Ферма требовала множества рук, а найти людей, которые разделяли бы мою философию, было непросто.

— Хорошо, — сказал наконец. — Но у меня есть условия.

Их лица осветились надеждой.

— Во-первых, — я поднял палец, — все вопросы с Гильдией вы решаете самостоятельно. Официально, правильно и без скандалов покидаете её. Я не хочу иметь проблем с королевскими структурами из-за того, что вы сбежали. И если у вас не выйдет — бегать и хлопотать не собираюсь.

Дамир серьёзно кивнул:

— Это справедливо.

— Во-вторых, — продолжил я, — не собираюсь делиться секретами просто так с каждым встречным. Знания нужно заслужить. Тяжёлым трудом, постоянными доказательствами серьёзности ваших намерений. Начнёте с самых основ — уборки вольеров, заготовки кормов, строительства — считайте, что это те же необходимые знания. Только когда увижу, что вы действительно преданы делу и своим зверям, а не просто ищете лёгких путей к силе, тогда начнём говорить о настоящем обучении.

Лина без колебаний ответила:

— Мы готовы.

— Пф, готовы они, — я фыркнул. — Это не игра, работа будет грязной и изнурительной. Романтики в ней мало, сразу говорю.

— Мы понимаем, — уверенно сказал Дамир.

Решимость была искренней, хотя я сомневался, что они до конца представляют, что их ждёт.

Задумчиво почесал за ухом Красавчика.

— Значит, разочаровались в гильдии?

— Полностью, — твёрдо ответила Лина. — Мы готовы к новому, спасибо, что не отказал.

— Готовы? — я не усмехнулся. Мой взгляд стал холодным. — Вы даже не представляете, к чему вы должны быть готовы. Это не сказки.

Пора было проверить. Я сделал шаг к ним, вторгаясь в их личное пространство.

— Готовность — это когда тебе придётся по локоть залезть в кровавое месиво, чтобы вытащить застрявшего детёныша. Это когда от тебя воняет падалью, потому что ты три дня разделывал туши для корма хищникам. Готовность — это сидеть в ледяной воде по пояс, не шевелясь, двенадцать часов, выслеживая зверя, а потом понять, что всё зря. Это смотреть, как питомец, которого ты выхаживал, умирает у тебя на руках от болезни, которую ты не смог распознать.

Я замолчал, давая словам впитаться. Лина побледнела, а Дамир сжал кулаки.

— Ваше восхищение какой-то там силой пройдёт через неделю, когда вы поймёте, что она построена на крови,