Металлический вкус космоса. Пенталогия в одном томе - Юрий Корнеев

бросилась к Анне. Платформа, к счастью, была ещё не загружена, так, лежали кое-какие пакеты. Вот на них и уложили Галю. Анну Линда из рук не выпускала. Хотели уже рвануть, но я их остановил – перетащил трупы на платформу, мусор за собой надо прибирать. Рванули к ангару. Там сразу залетели на лётную палубу. Эмма с Никой подхватили Галю, и они помчались в медсектор. Я связался с искином и объявил боевую тревогу: он тут же стал прогревать двигатели. А я сбросил все трупы на палубу. Я их до сих пор толком не видел, только расплывчатые контуры. Подошёл к одному и стянул с головы капюшон. Выпученные глаза, оскаленный рот и длинные уши. Аграф. Стянул капюшоны с двух других – тоже аграфы. Этим-то что от меня надо? Или это не по мою душу, а в связи с ожидающейся войной? Языка взять решили? Хотя, какой к чёрту язык – два гражданских и ребёнок. Точно за мной. Но слегка просчитались: помнится, когда-то ментальный удар шестой степени выдержал – что мне третье, я его даже не почувствовал, так, лёгкая щекотка по всему телу.

Искин доложил о готовности корабля к полёту: помчался в рубку. Аграфы так и остались валяться на палубе – потом разберусь.

Уселся в кресло, открыл ворота ангара и через силовую завесу вылетел со станции. Связался с диспетчером и сообщил ему о своём отлёте. Он мне сбросил извилистый свободный коридор, чтобы я мог спокойно пройти мимо сгрудившихся вокруг станции судов. Но выходил всё равно трудно. Коридор коридором, но разная мелочь так и мелькала вокруг. Обошлось, никого не задел. Наконец вышел в свободное пространство и начал разгон в сторону Дикого космоса. Всё равно куда, главное – отсюда быстрее уйти. Подмывало включить систему маскировки и уйти в гипер, но пересилил себя: ни к чему так светиться. Вряд ли нас кто-то здесь будет атаковать, да и силовой щит у меня такой, что его хрен пробьёшь. Так что разгонялись больше часа, потом ушли.

Помчался к девчонкам, они торчали в медсекторе.

– Ну, что? – спросил Линду.

– С малышкой всё в порядке. Через час выйдет из капсулы. А вот с Галей совсем плохо, она в коме. Что с ней – понять не могу. Удар был по мозгу, а я в этой области мало что понимаю. Тут нужен врач первой категории, да и он вряд ли разберётся.

– Понятно. Малышка хоть и слабенькая, но псион, моя дочь. Не зря её на базах к истинным причислили. Вот и перенесла спокойно ментальное воздействие. А вот с Галей – да, плохо получилось. Тебя тогда, помнишь, при атаке ящеров, аграфская нейросеть спасла: у неё есть защита от ментального воздействия, а у Гали хоть и хорошая, но простая сетка, ничем помочь ей не смогла. Ну что ж, будем надеяться. Главное, что она жива. Может, и обойдётся.

– Кто это был?

– Аграфы.

– Этим что надо?

– Что и всем: артефакты Джоре.

– И что будем делать?

– Через семь систем выйдем из гипера и посмотрим, кто за нами придёт. Разгонялись мы как обычный лёгкий крейсер, значит, и прыгнуть должны на обычное расстояние. Думаю, клюнут. А там уж будем решать, что с ними делать.

Так и сделали – прыгнули на семь систем, только не за семь дней, а за два: будем ждать, и не просто ждать, а к встрече дготовиться. Недалеко от места выхода из гипера нашёл большой булыжник. Слетал к нему на боте и замаскировал на нём разведзонд, связь с преследователями буду держать через него.

Потом отлетел подальше и выкинул трупы трёх аграфов. Они были в мешках, чтоб не воняли. Оружие и маскировочные балахоны с них я прибрал – хорошая вещь. Не оружие, его у меня хватает с их погибшего корабля, а эти балахоны. На том корабле я их не видел, а, вернее всего, просто не обратил внимания. Работают от мини-реактора, установленного на поясе. Правда, питательные стержни наполовину уже выработаны, а у меня таких нет, но найду. Надо было на базах поинтересоваться у искинов насчёт такой спецодежды, наверняка там есть и покруче этих аграфских балахонов. Но как-то мне это и в голову не приходило. В принципе, они мне и не нужны – диверсант из меня тот ещё, но пусть будут, может и пригодятся.

Вернулся на корабль и отлетел в другую сторону от булыжника с разведзондом, но не очень далеко, и затих. Будем ждать: если прилетит кто из окраинных государств, то через пять дней, если аграфы – то через четыре – у них гипердвижки совершенней. Знаю, у самого такой раньше стоял. Но был уверен, что это именно аграфы – диверсанты-то их. А может, они и ещё кто, из тех же Центральных миров: могли ведь и объединиться. Хотя вряд ли. Из того, что выяснил об аграфах из галанета, понял, что они всех других считают недоумками и совместно работать не будут. Да и как хабар делить? И не в их правилах делиться с кем-то. Нет, только они будут. Ну и хорошо. Нападение на моего ребёнка и жену я никому не прощу, так что кто бы ни прилетел, тут и останется.

Оставил Эмму в рубке и пошёл в медсектор. Линда с Никой были тут. Анна тоже здесь же крутилась. Надо же, и следа от ментального удара не осталось – такая же шустрая и непоседливая. Галя лежала в аграфской медкапсуле. Посмотрел ментальным зрением – огонёк еле трепыхался.

– Как у неё дела?

– Не очень.

– Вижу. Почему в медкапсулу Джоре не переложили?

– Мне с аграфской проще работать.

– Здесь она умрёт. Перекладываем её в капсулу Джоре.

Крышка открылась, я подхватил девушку на руки и отнёс в другую капсулу.

– Я с этой капсулой никогда не работала, – растерянно сказала Линда.

– Ну и что? Базу же ты выучила?

– Выучила. Но там не было ничего о ментальных воздействиях.

– Совсем ничего?

– Так, мелочь разная.

– Значит, что-то было? Вот и работай. А то сидите тут как курицы мокрые. Действуй! – уже рявкнул на неё.

Она тут же метнулась к капсуле – вот так-то лучше, может, и получится что. Взял за руку Анну и увёл её из медсектора – нечего ей тут околачиваться, мешается только. Пора бы уже заняться её воспитанием и обучением: у меня ведь остались детские обучающие инфокристаллы Джоре, вот и надо её посадить за их просмотр. Правда, там всё на языке Джоре, и она вряд ли что поймёт, но ничего,