Металлический вкус космоса. Пенталогия в одном томе - Юрий Корнеев

у них – довольно распространённое ранение, и существует специальная программа по реабилитации таких раненых. Другое дело, сколько Галя пролежит в капсуле, она сказать не может, это зависит от разных параметров, но от декады до месяца. А вообще, всем членам моего экипажа необходимо поставить специальный имплант, защищающий от ментальных воздействий. Мне-то не надо, а вот остальные пусть завтра подойдут.

Поговорил с ней насчёт базы для себя. Без вопросов – именно таких баз у них сколько угодно. Единственная проблема – эту базу надо учить у них, так как для её освоения необходим специальный тренажёр. На базе он есть, у меня нет. В медкапсуле, что я установил у себя, тренажёры, вернее, программы для тренажёров, усредненные и уж программы для базы диверсантов точно нет. Это секретные разработки и, естественно, в свободной продаже ни баз, ни тренажёров никогда не было.

– И сколько мне её учить придётся?

– С вашим ИИ и вашим уровнем ментальной активности, от месяца до полутора. И это с учетом постоянных тренировок в тренажёре.

– А Галя сколько у вас пролежит?

– Может с месяц, может чуть больше.

– Понятно. Тогда согласен. Завтра приведу своих жён на установку импланта и лягу на учебу. Ещё – хотелось бы, чтобы вы посмотрели дочку, она тоже попала под ментальный удар, но быстро восстановилась. Но будет лучше, если вы её посмотрите.

– Хорошо. Дочку тоже приводите.

Распрощался с искиншей и отправился на корабль. Надо девчонок обрадовать, что с Галей всё будет в порядке. Хотя, они это, наверное, уже знают. Ну, тогда вместе порадуемся.

Глава 3

О состоянии Гали девчонки и в самом деле уже всё знали: искинша Линде сказала о ней то же, что и мне. Так что все выглядели радостными и довольными, а то пока сюда летели, слишком уж все нервными и подавленными были. Девчонки, в общем-то, жизнью битые, уже теряли и родных, и близких, но всё равно: опаска потерять Галю очень всех напрягала. Мы ведь и в самом деле уже одна семья. Да по-другому и быть не может – столько времени вместе и совершенно одни? Я, например, так к ним привык, что вообще воспринимал их как какую-то часть себя. Неотрывную. Потерять кого из них – это как потерять ногу или руку. Да и у всех такое же отношение друг к другу. Даже малышка всех девчонок воспринимала одинаково: все для неё мамы. Линда даже злилась сначала, а теперь привыкла. Тем более что Анну все девчонки просто обожают и относятся к ней как к своему ребёнку.

На следующий день всей толпой отправились в медсектор. Система жизнеобеспечения уже работала, так что мы были в одних комбезах. Правда, адмирал предупредил, что комфортные условия он создал только на небольшом участке базы, и если мне понадобится пройти куда-то ещё, то связываться с ним – он сообщит, нужно мне надевать скафандр или нет. Порекомендовал, кстати, подобрать себе пару скафандров со склада. Но только для меня. К сожалению, на базе все скафандры были рассчитаны на истинных Джоре, с частичным ментальным управлением, и для моих жён они не подходили. Обязательно воспользуюсь этим разрешением, а уж подходят они для девчонок или нет, там видно будет – всё равно и для них прихвачу.

В медсекторе первым делом занялись малышкой. В капсуле она пролежала около часа. Когда её оттуда достали, врачиха нас обрадовала:

– С девочкой всё в порядке. Были некоторые мелкие нарушения из-за ментального воздействия, но я их убрала. Но тут другая проблема: из-за этого воздействия, довольно мощного, активировалась ментальная составляющая девочки. Слишком рано – у нас дети начинают обучаться псионике с семи лет, и тогда им и активируют их ментальные способности. А вашей девочке всего четыре, и способности у неё довольно высокие – как бы чего не натворила.

– И что делать? – сразу начала волноваться Линда.

– Учить. Обучение должно быть непрерывным и ежедневным, хотя бы первое время. Но бояться не надо, ничего страшного она сделать не сможет – ни сил, ни навыков у неё нет. Но нашкодить может, даже сама этого не желая – просто так получится.

– Ну, если мелочь какая, то это мы переживём. Тем более я с ней уже занимаюсь. А как теперь быть с моей учёбой? Я ведь месяц с ней заниматься не смогу?

– Ничего за месяц не случится, не переживайте. А заниматься с ней должны не только вы, но и остальные: девочку надо учить всему, чему учат детей. Просто ей придётся взяться за неё немного раньше, чем другим детям.

Все сразу успокоились. Уж чего-чего, а учить её мамы любили и, собственно, этим постоянно и занимались. Так что ничего, в общем-то, и не изменится. Я поинтересовался у врача, нет ли у неё каких обучающих пособий для детей? Но, как и ожидалось, ничего такого на базе не имелось. Рассказал ей, что есть у меня – о тех самых инфокристаллах. Она их похвалила, сама когда-то по этим кристаллам училась. Нет, училась она, как и другие дети, у настоящих учителей, а эти инфокристаллы вроде учебного пособия, для закрепления того, что на уроках проходили. Таких пособий множество, но у меня как раз то, что и необходимо Анне в первую очередь. Главное для неё – научиться управлять своими ментальными возможностями, а остальному столько любящих её учителей научат.

Потом меня уложили в обучающую капсулу, и как она занималась девчонками, я уже не видел.

Проучился я чуть ли не два месяца – семьдесят дней. Учил специальную противодиверсионную базу, как и заказывал. Но она как раз была самая обширная. Ведь чтобы успешно бороться с диверсантами, надо и самому побывать в их шкуре, быть диверсантом, а потом уже учиться их вылавливать и уничтожать. Процесс делился: пять дней в капсуле, пять дней в тренажёре. С получасовыми перерывами – за это время надо было успеть проглотить несколько питательных и укрепляющих растворов, густых и очень противных. Ну и сбегать в туалет, естественно. С девчонками тоже успевал связываться. Ненадолго, но пару-тройку минут пообщаться мог. В основном с Линдой, но один раз – с Галей: она полностью восстановилась, и теперь её здоровью ничего не угрожало. Это мне только прибавило настроения, и я с новыми силами окунулся в учёбу.

Но, наконец, всё закончилось, и врачиха отпустила меня к своим. Радости было! Ника, которая как раз дежурила и возилась с малышкой, тут же подняла остальных из капсул: они,