Наездник 1-5 - Сергей Александрович Плотников

— «Защитников» р-расширили, — с лёгкой запинкой наконец сообщила мне колдунья. — На базе надстройку сделали, высокую, как мачта маяка, этот кабинет в ней. Все оборудование задублировали, и антенны, и вычислительный кластер новый собрали… Комьюнити признали высотный рефлектор «технологией значительного гуманитарного влияния», мы теперь вроде как именно центр управления и сами зеркала охраняем… Одновременно штаб Национальной гвардии Калифорнии заключил с «Небесным светом» дополнительный договор… А Экзо сразу после чествования пропал, как ты и говорил…

Думаю, надо закруглять разговор: довести Птицу до того, чтобы она не могла связно выражать мысли — это прямо я своеобразный «рекорд» поставил. Со знаком минус.

— Я рад, что комьюнити не только чествование тебе устроили, но и дали статус и должность, которых ты давно заслуживаешь! — теперь мне и самому не пришлось делать усилие, чтобы улыбнуться. — И нашему высотному зеркалу хорошую рекламу сделали. Жаль, что из-за этого тебя и Фриман работой завалило, но теперь опять можете рассчитывать на меня. Не думаю, что нахождение в России сильно помешает мне работать удаленно. Я ведь только приехать больше не могу, но не все остальное… Ну ладно, до связи — а то я и так тебя сильно отвелёк!

Нажав на экране «отбой» — я сделал шаг назад, уперся в деревянную стену своей комнаты. И сел прямо там, где стоял — ноги больше не держали. Короткий разговор потребовал от меня столько усилий, что после его окончания меня аж в пот бросило. Да так, что футболка промокла, будто я в ней под дождь попал!

— Ты её все еще любишь, — в ухо через гарнитуру сказала мне Зэта. Разумеется, она все слышала и видела от начала и до конца, и это был не вопрос.

— А толку? — отозвался на реплику я. — Не знаю, сделают ли мне в НИИ по работе невыездной статус, но я и сам за пределы России добровольно не сунусь. А Птица никогда не оставит своё новое место добровольно: слишком ответственная. Джаз, Оборотень, Роуз, чета Йонов — она сейчас для них всех важный человек на ключевой позиции. Это если оставить за скобками, что Штаты вообще своих сверхов неохотно куда-то отпускают даже внутри страны, я не говорю про заграницу! Шанс сорваться у неё был только со мной — последний. А теперь… насколько я знаю, ни одна любовь не выдержит проверку непреодолимым расстоянием. Сгладить финал отношений — вот и все, что я могу для неё сделать. И для себя тоже.

— Сказал человек, вытащивший меня из вечного небытия смерти, — неожиданно весело фыркнула синта.

— Вот именно, — с нажимом согласился я. — За тебя я вечности глотку перегрызу, если смогу, конечно, и никогда не отпущу. Ты — моя! Как думаешь, хотела бы Птица потерять все ради меня ради такого укрепления нашей связи, повторить твой опыт? Точно нет. Лучше уж приятные воспоминания о скоротечном пылком романе с иностранцем в юности…

Ответом мне был странный звук.

— Зэта?

— Лёгкий сбой системы… — протянула электронная девушка. — А я, дура, думала, что «забыла, как дышать» и «сердце останавливается» от по-настоящему сильного признания в любви — это такая игра слов. А я-то рассчитывала узнать, как это — ревновать?

Глава 15

— Я не могу их от тебя принять!

— Ба-абушка, — я устало потер лоб. — Это мои деньги, я их ни у кого не взял, а честно заработал. Так уж позволь позаботится о единственном близком родственнике. В конце концов это моя прямая обязанность, как твоего внука.

— У тебя и другие родственники есть… — отвела взгляд Марина.

— Хоть один из них даже не мне — тебе позвонил, чтобы спросить про меня? — перебил я её. Разумеется, в ответ получил молчание. — Вот и получается, что родственники у меня есть, но если бы не ты — уехал бы на полгода в детдом. Какие же они после этого мне «близкие»? Хотя, конечно, если ты им расскажешь про мой подарок, с них станется и передумать.

И опять опекунша промолчала — на правду про родичей ей возразить было нечем.

— Разреши мне помочь тебе хоть так, — почти взмолился я. — Я ведь через пару месяцев в экспедицию уеду, а там уже и время переезжать в научный городок, к работе и учебе. Ты ведь со мной не поедешь на новом месте хозяйство обустраивать?

— Прости старую, — вздохнула родственница. — Столько труда в землю здешнюю вложено, в хозяйство. Продать — что часть себя отбросить! Да и мешать я только тебе буду…

В ответ я просто обнял пожилую женщину. Она не стала ставить мне палки в колеса, когда я ей рассказал про свои ближайшие планы. А могла — чтобы несовершеннолетнему подписать контракт на подрядные работы в интересах НИИ Физики Пространства, ему обязательно нужно заручится разрешением опекуна.

Конечно, если бы я стал рассказывать, как планируемые исследования важны для спасения этого мира — быть мне запертым под замок до самого дня рождения. Потому что чем-то подобным бредил мой биологический папаша, сын Марины. Однако соображения карьерного толка «раньше начал — быстрее повысили» бабушке вполне зашли. Более того, она очень порадовалась такому прагматизму.

— А то смотри, денег у тебя теперь достаточно, чтобы улучшить системы автоматизации, — разомкнув объятия, предложил я родственнице. — Жить будешь рядом со мной, а землю и хозяйство будешь контролировать полностью удаленно, только летом как на дачу наведываясь.

Вроде совсем немного времени прошло с того момента, как мы встретились в аэропорту, но я уже успел прикипеть к Марине душой. Не нужно было быть эмпатом, чтобы понять: всё свое фермерство пожилая женщина развела прежде всего потому, что она давно уже осталась без семьи. Без смысла жизни, как она его понимала. Эрзац в виде требующего постоянного внимания хозяйства отчасти помогал, но… Протез может быть сколь угодно хорошим, но все же утраченную часть тела полностью никогда не заменит. Да что говорить: за неполный месяц жизни рядом со мной бабушка даже выглядеть моложе стала!

— Ладно, уболтал, — неожиданно для меня вдруг согласилась она. — Перееду. Но при одном условии. Женись и правнука или правнучку мне заделай! Тогда приеду нянчить, куда ж я денусь.

В наушнике гарнитуры, которую я теперь таскал почти все время, синта издала такой звук, словно подавилась воздухом.

— Зэта? — позвал я любимую, выйдя на свежий осенний воздух из под крыши.

— А я надеялась, что мне удасться Марине Викторовне понравится, — печально призналась мне электронная