Тёмная суть - Анастасия Командор

– Я что, тебя звал?

Жатва вальяжно прислонилась к перилам балкона и усмехнулась.

– Показалось, что тебя надо выручать, хозяин. Чувствуется, знаешь ли, какое-то напряжение.

– Уже успела кого-то сожрать?

Она оглядела покрытые кровью ладони, обтерла их о рубаху.

– Птичку. Жирную, сочную птичку. В ее кишках осталось немного человечины с трупов, которые вы тут повсюду развешиваете.

С мрачным удовольствием Жатва заметила, как кое-кто из солдат глянул на обсиженных воронами висельников, побледнел и поспешно отвел глаза.

– Предлагаю скрасить досуг небольшим представлением, – громко, чтобы все слышали, заявил Фалькор. – Устроим бой. Поглядим, кто из них лучше.

– Не собираюсь тратить время на эти глупости, – отмахнулся Веллан.

– Не будь занудой, Вел, – вступил в разговор кронпринц. – Разве тебе самому не интересно посмотреть? Хотя это, конечно, не рыцарский турнир. Никто не умрет.

– Вам что, нечем заняться?

Эммерих развел руками и взглянул на Жатву.

– Представь себе.

– Ох, дорогой капитан Родеган, вы ломаетесь, точно девственница! Сумрак, поднимись туда и сломай Жатве руку.

Между бровей Сумрака залегла хмурая морщинка. Он вскинул голову к балкону, где стояла Жатва.

– Живее. Это приказ, – поторопил герцог.

Тогда Сумрак в один плавный прыжок перемахнул через перила и опустился напротив Жатвы. Он смотрел на нее, и все остальные смотрели тоже. Ждали.

Она усмехнулась. Отошла в самый угол так, чтобы оказаться спиной к наблюдателям, и тихо прошептала:

– Не беспокойся об этом. Делай, что говорят.

Сумрак перевел взгляд на своего хозяина, схватил ее за руку и резко надавил. Раздался треск. Жатва не смогла удержать тихого стона, хоть и пыталась. Кость даже не прорезала кожу, только бугорок обозначился под ней, но быстро исчез.

Жатва поморщилась и встряхнула рукой, разгоняя остатки мгновенной и яростной вспышки боли, потом с широким оскалом обернулась.

– И к чему все это, а? Мне плевать на боль. Хозяину плевать на меня. И нам обоим плевать на тебя, говна кусок.

Она громко рассмеялась, наслаждаясь перекошенной миной герцога. Эммерих хмыкнул, Веллан же сохранял хмурое молчание. Жатва не удивилась бы, появись он и на собственной свадьбе с той же каменной рожей.

– Еще раз!

Больше Сумрак не медлил. Одной рукой он прижал Жатву грудью к перилам, другой схватил за запястье. Так быстро, что она даже испугаться не успела. Хруст, всхлип. И еще хруст, с которым плечо встало на место.

– Что, так и будешь смотреть? – обратился герцог к Веллану. – Не дашь своей твари шанса защититься? Сумрак…

– Жатва, защищайся.

Она вмиг спрыгнула с балкона на площадь, где уже собрались привлеченные криками зеваки. Секунду спустя Сумрак встал рядом. С лица его не сходило хмурое выражение, а Жатва всеми силами старалась удержать дерзкую ухмылку. Пусть все видят: у Великой Кровавой Жатвы не бывает слабостей.

– Нападай, – приказал Фалькор. – И не смей проигрывать.

Сумрак стремительно подскочил к Жатве, попытался ударить, но она живо увернулась. Кулак просвистел у самых ее ребер. В ответ она врезала Сумраку в живот. Не понарошку, а со всей силы, чтобы не оскорблять его и не давать хозяину лишнего повода сомневаться в ней. Сумрак спокойно выдержал удар: ее кулак словно в каменную стену угодил. Жатва сразу отскочила назад, потом еще на шаг.

Сумрак наступал, ловко уклоняясь от ее кулаков и локтей. Задел плечо, заставив охнуть. Короткая заминка стоила Жатве еще одного пропущенного удара – в живот. Перехватило дыхание, кишки отозвались жгучей вспышкой боли. Жатва согнулась пополам, но еще до того, как зрение прояснилось, схватила Сумрака за руку, рванула на себя и впечатала колено ему в ребра. Он шумно выдохнул и в следующий миг вывернул руку из захвата, опрокинув попутно Жатву на землю.

Она откатилась в сторону и рывком поднялась, игнорируя треск в затылке. Почувствовала на зубах неизвестно откуда взявшуюся кровь – должно быть, прикусила случайно губу, – облизнулась и сплюнула. Поискала глазами в толпе герцога и крикнула:

– Нравится, малыш? У тебя уже встал?

Смех перешел в сдавленный хрип, когда удары Сумрака обрушились на ее ребра. Жатва немедленно двинула локтем ему под подбородок – брызнула кровь.

Но Сумрак улыбался. Жатва знала почему: он никак не мог задеть герцога, но могла она. Пусть так, пусть глупыми фразами и дерзкими ухмылками, когда от нее ожидали слез и криков. Это всегда бесило хозяев. Как бы они ни старались, как бы ни запугивали и как бы ни ломали, у них так и не вышло ее подчинить.

Сумрак опять оказался слишком близко. Его смоляные волосы нависли на лицо, дыхание со свистом рвалось из приоткрытых губ, за которыми виднелись острые зубы. Жатва увернулась от следующего удара, скользнув вбок, и врезала Сумраку по почкам. Он в ответ отбросил ее в сторону. Жатва собралась было рвануть к нему вновь, но внутри нее будто щелкнуло. Странное чувство – отголосок темной сути или простое чутье – заставило ее отвлечься от боя.

Она быстро оглядела толпу, не до конца осознавая, что пытается увидеть. Всего миг – и она выхватила взглядом хозяина. А еще через секунду оказалась у него за спиной…

Все произошло так быстро, что Жатва и сама не успела удивиться. Она опустила озадаченный взгляд – из ее груди торчал кинжал. А стоящий перед ней человек все еще сжимал рукоять побелевшими пальцами.

Обернулся Веллан и все, кто стоял рядом. Некоторые отпрянули, и вокруг образовалось немного свободного пространства.

Пока прочие ошалело пялились то на кару, то на безумца, рискнувшего напасть на капитана со спины, Веллан выхватил меч и коротким рубящим ударом обрушил сталь на шею убийцы. Клинок застрял, из разрубленной артерии хлынула кровь. Человек захрипел, брызжа алой слюной, и повалился на землю.

На площади воцарилась тишина.

Жатва вытащила из груди нож, смахнула капли и глянула на Веллана. А тот – на нее.

Она хотела сказать, что его жизнь, его кровь, душа и сердце – все принадлежит ей. Что она сама убьет его, когда придет время. И что пока еще не готова покинуть настоящий мир и вновь оказаться в гробнице. Но он и без слов ее понял.

– Ты оставил мне мало возможностей, – протянула Жатва. – Никого не трогай, не применяй силу… В другой раз могу и не успеть.

Потом она обернулась к кронпринцу и подмигнула:

– Уже больше похоже на рыцарский турнир?

Она была почти уверена, что все подстроил рыжий в отместку за вчерашнее оскорбление, когда хозяин не дал ему того, чего он хотел. Или герцог, ведь хозяин оскорбил и его. А может, оба. Нож в спину, когда все отвлеклись на маленькое представление, – очень похоже на этих ублюдков, у которых кишка тонка противостоять хозяину в открытую.

Веллан, глядя на Эммериха в упор, дернул мечом – всего лишь стряхнул кровь, – и зеваки отшатнулись. Никто не понимал, что происходит и что будет дальше. Но вдруг в почти полной тишине зазвучал рог.

Кто-то крикнул:

– Ваше высочество! Враг на подходе!

Едва слышно хмыкнув, Веллан убрал меч в ножны и последовал вместе с остальными к воротам, одарив Жатву напоследок еще одним молчаливым взглядом.

Лучники по команде натянули тетивы, когда на расстояние выстрела к воротам подъехали двое всадников, за которыми следовали шесть рыцарей в начищенных доспехах и крытая повозка. Над