Дружественные интриги - Владимир Михайлович Мясоедов

— Ну как? — Осведомился мужчина с чуть заметно светящимися белым светом голубыми глазами, взирая на лежащего перед ним ученика. Впрочем, имелась в его внешности и ещё одна довольно заметная магическая аномалия. Тень, отбрасываемая им на стену лаборатории, была не темной, а светлой, а вдобавок несла вокруг головы чуть заметно сияющее подобие нимба. — Тебе удалось узреть происходящее в ином мире, используя связь между своей душой и своим бывшим телом в качестве путеводной нити?

— Может быть… — Несколько неуверенно откликнулся Олег, мотая головой и пытаясь хоть как-то свести воедино всё то, что ему довелось услышать и увидеть за время транса. Вот только результат получался каким-то больно странным, если не сказать пугающим. — И, кажется, мы немного переборщили с методами раскрытия моего сознания…Или же тот, кто занял там мое место, вел за эти годы настолько интересную жизнь, что как-то мне связываться с ним теперь не хочется…Лучше уж я вместо попыток наладить канал по обмену техническими и магическими знаниями между нашими измерениями продолжу тихую и спокойную карьеру охотника на нежить, нечисть и демонов…

— Это прискорбно, — поджал губы хозяина лаборатории, взирая на своего ученика. — Особенно в свете того, что нижние планы с недавних пор бурлят, словно забытая на плите кастрюля, и летящие оттуда брызги неминуемо наведут хаоса по всему мирозданию.

— Да? — Слабо удивился Олег, вспоминая кости архидемона, завернутые в шубу, полученную с императорского плеча. — А что там стряслось?

— Передел зон влияния, — пожал плечами обладатель светлой тени, увенчанной нимбом. — Нечто подобное там происходит постоянно, но этот — большой, действительно большой, ибо десятки архидемонов либо погибли, либо резко усилились и теперь активно подгребают под себя владения убитых соперников либо просто тех, кто им под руку подвернулся, а оказать нормального сопротивления больше не может…И ходят слухи, что один из Владык сумел набрать достаточно мощи, дабы основать новый темный пантеон…

Дополнительный пролог. Взрывное воссоединение

Дополнительный пролог. Взрывное воссоединение.

Первым знаком надвигающихся проблем стал истошный лай собак, и уже одно это заставило Реку Полозьеву насторожиться, ссадить со своих коленей дочь с наполовину заплетенными косами и потянуться за любимым томагавком, благословленным духами предков. Охотничьи спутники, которых разводил, тренировал и самого рождения усиливал специальными чарами и отварами род её мужа, были не только очень крупными и сильными зверьми, вполне способными один на один справиться с парочкой волков или забравшихся совсем не в тот двор грабителей, а может даже не слишком опасным магическим монстром, но и очень умными. Определенно умнее некоторых людей, например тех, кто сейчас упился огненной воды в честь завершения военного похода и на ногах стоять не мог. Если бы одна из них подняла шум, то это могло бы оказаться случайностью или попыткой отпугнуть какого-нибудь слугу, который зашел не туда, куда надо, по мнению пса. Но когда сразу несколько этих верных и чутких сторожей изволили беспокоиться настолько сильно, то особых сомнений быть не могло — где-то рядом враг. Враг, которого целая дюжина зверей, свободно передвигающаяся по жилищу их рода и, вероятно, способных сообща разорвать на клочки даже голодного вендиго, сочла слишком опасным, дабы пытаться справиться с ним сугубо своими силами.

— Прячьте детей! — Крикнула Река тем женщинам, которые были бесполезны где-либо, кроме как в спальне их мужчины, взглядом практически срывая с петель те двери, которые вели в глубину особняка. Туда, где были напоминающие маленькие крепости безопасные комнаты, что даже самый могучий враг вряд ли сможет взломать быстро. Мысленно жена, защитника и мать кляла себя за излишнюю расслабленность и легкомысленность! На пир по случаю воссоединения со всеми, кто вернулся с войны против демонических армий, она оделась не практично, а красиво. И даже оружия почти не взяла, сделав исключение лишь для спрятанного в левом мокасине ножа, острой заколки в волосах да любимого томогавка, заодно служащего аналогом магического фокуса. Вполне достаточно, дабы не было стыдно показаться на людях или для решения всяких мелких проблем, вроде отрезания пальцев гостям, проявившим неуважение к одной из хозяек дома, но слишком мало, дабы иметь дело с теми, кто не побоялся прийти со злом в одно из трех сердец Нового Ричмонда. — Быстро! Нас атакуют!

Звонкий и яростный голос девушки пробил царящую во время праздничного застолья атмосферу, словно камень затянутую ряской гладь затхлого болотца. Кто-то уставился на неё как на дуру, кто-то вообще ничего не услышал или не понял, но все же некоторые, включая мгновенно стряхнувшего с себя хмельную негу супругу Реки, потянулись к оружию…И яркая вспышка, сопровождаемая грохотом мощного взрыва, раздавшегося где-то во дворе их дома и, кажется, выбившего во всей округе стекла, показал отсутствие ошибки в рассуждениях и инстинктах дочери одного из индейских племен, которую с детства приучали к возможности вражеского налета, что могут провести хоть точно такие же красные люди, хоть белые люди, а хоть и немертвые вечноголодные твари, с людьми лишь несущие отдаленное сходство. Весь лай после этого, кстати, словно ножом отрезало. Вероятно, кто-то из животных и был той причиной, по которой враг оказался вынужден перейти от попытки тихого проникновения к полномасштабной атаке. Ну а остальные псы, вероятно, решили поберечь дыхание и постараться рассредоточиться, дабы атаковать чужаков с флангов или вообще запрыгнуть им на спину, чтобы глотки перегрызть.

Где-то рядом раздался треск автомата, потом еще одного. Что-то сверкнуло во дворе ярко-фиолетовым, а через распахнутое окно пахнуло грозовой свежестью. Пусть их дом и погрузился в атмосферу праздничного веселья, впрочем, как и большая часть Нового Ричмонда, но хранящие покой остальных часовые и стражники все же были выставлены. Только вот остановить врага, кажется, не смогли, поскольку новый взрыв случился уже непосредственно в доме, содрогнувшемся всем своим деревянно-каменным телом словно животное, в которое попала крупнокалиберная пуля. И, кажется, частично обрушившимся. Во всяком случае, уши Реки различили характерный треск, вслед за которым послышался относительно глухой шелест катящихся друг по другу обломков.

— Хорошо, что особняк такой большой и прочный. Но плохо, что этот зал расположен высоко и в нем так много окон. — Решила Река, одновременно и создавая прикрывающую все её тело пелену волшебного доспеха, и подготавливая свою самую сокрушительную атаку, что должна будет сорваться с лезвия томагавка потоком силы смерти, брызгами астрала и